Ретро Бит 1-10 - Сева Сотх
У крыльца стоял ктулхомобиль, аэрографию которого дополнили тысячей глаз в самых неожиданных местах. Ну ладно, двумя десятками глаз — для тысячи площади фургона откровенно маловато. У заднего колеса сидела Каналья, посмотревшая на нас с таким видом, словно мы уезжали с единственной целью — заморить котейку голодом, а вся улица ее не подкармливает.
Из открытых настежь задних дверей фургона выбрался Эдди в кожанке с заклепками и огромным мешком на плече. Какой-то неправильный у нас Санта-Клаус, да и до рождества еще больше месяца.
— Си-Си, Эль-Кей, чуваки! — обрадовался нам музыкант. — Как там “Большое Яблоко”, не надкусили его еще?
Следом за ним из фургона вылез Тодд Уокер с таким же мешком. Но физических кондиций геймеру не хватало и тащил он груз просто по земле. Белая рубашка у него на спине промокла от пота, галстук парень закинул на плечо.
— Пирожочек, аккуратней, там внутри детские сердечки. Смекаешь? — потребовала Трейси. — Младшенькая, вернулись?!
Пенни Смит поспешила задушить нас в объятиях.
— Ребята, что там в мешках? — поинтересовался я.
— Ограбили почтовый поезд! Джесси Джеймс нами бы гордился! — хохотнул рокер.
— Ну как там Бродвей? На Кошек ходили? Ой, да и плевать, если нет. Я была, мне не понравилось, потом расскажешь, всё потом! Си-Си, это письма! Нам! Ну, то есть шоу ЙЕП! Детишки пишут Пенни Смит письма, смекаете? Миссис Лондон позвонила утром со студии и потребовала забрать всё, пока у них почтовая комната не лопнула, обещала сжечь, если не заберем. Мне! Пишут! Дети! И Тодди тоже.
Глаза у блондинки подозрительно блестели.
— Три мешка, — отчитался Уокер, отдуваясь и возвращая галстук на положенное место. — Пока мы ехали, я пересчитал один. Семьсот тридцать четыре конверта. С поправкой на неравномерную наполненность — около двух тысяч.
— Чувак, это нечестно, — пожаловался Эдди, перехватывая свой мешок поудобнее. — Нам фанатки за весь недавний тур и одного такого мешка не написали.
Я взялся помогать и ухватился за мешок “Скайуокера”, Линда не осталась в стороне и помогла Трейси с последним, самым легким на вид. По ощущениям, килограммов пятнадцать “детских сердечек” нам с Тоддом досталось. Эдди, как я понял, качается, чтобы хорошо выглядеть на сцене, иначе как он эту тяжесть утащил? Да и остальную группу мистер Карлсон наверняка гоняет, держит в форме.
Сгрузили лут в игровой. Большая часть сотрудников уже разошлась по домам, только в программерской Джон стучал по клавиатуре, а Юки в своём отдельном уголке обводила фотографии на графическом планшете.
Не успела Линда распустить завязки на первом мешке, как внутрь с деловым видом нырнула Каналья и начала шуршать конвертами. Это же ей всё привезли. Иного варианта нет.
— Ребят! Давайте почитаем! — Трейси уселась прямо на пол рядом с мешком, запустила руку внутрь и поспешила отдернуть.
— Ай! Каналья, это не тебе письма!
На руке девушки осталась тонкая царапина, но письмо она успела ухватить. Линда сбегала в ванную и вернулась с пузырьком перекиси.
Достался телеведущей конверт, подписанный крупными печатными буквами и украшенный парой сердечек.
“Дорогая Пенни! Мне восемь лет, и когда я вырасту, я на тебе женюсь. Мама говорит, что ты для меня старовата, но я все равно женюсь. Скажи Тодду, чтобы держался от тебя подальше. Твой Бобби”.
— Я ничего такого! Никогда! — густо покраснел Уокер. — Даже не думал!
— Ой, сахарочек, да все вы иногда думаете, в этом нет ничего такого! — хихикнула Трейси.
— У меня, похоже, появился серьезный конкурент, — мрачно констатировал Эдди. — Восемь лет — это, типа, молодая кровь.
— Бобби молодец! Не испугался мне в любви признаться! Через десять лет я останусь все еще хороша, а ему как раз стукнет восемнадцать. Хи-хи. Не дуйся, рок-звезда, я тебя люблю.
Второе письмо зачитала Линда.
“Уважаемая Пенни. Моя мама говорит, что от видеоигр гниют мозги. Пожалуйста, скажи ей по телевизору, что это неправда. Она смотрит с нами каждую пятницу. Ее зовут Барбара. Дэнни, 9 лет”.
— Ха-ха! Наше старое название! — развеселился Эдди. — Гнилые мозги!
— Скажу! — торжественно пообещала Трейси, прижав листок к сердцу. — Прямо в эфире скажу!
— Создать отдельную рубрику, где вы читаете самые интересные письма и отвечаете, на самом деле стоит, — посоветовал я.
Сергей Супонев так делал. Не факт, что в “Новой реальности” настоящие письма зачитывали, во всяком случае мой приятель, которого я не помню, написал туда и ответа не получил никакого. Но глядя на эти три мешка, поступивших в адрес местечкового шоу с регионального ТВ, ужасаюсь, сколько корреспонденции сыпалось на канал ОРТ.
— Босс, смотри, а это тебе, — после оккупации первого мешка наглой канальей мы доставали по очереди из второго. Кошка внутри просто сидела. Заняла территорию.
“Мистер Коламбус! Я видел вас в ЙЕП на другом канале, но папа сказал, что писать вам нужно на КРОН. Я сломал джойстик из-за вашей “Флэппи Бёрд”. Папа говорит, что теперь, если вы честный человек, то должны купить мне новый. В магазине он стоит 12 долларов 99 центов. Джимми, 10 лет. P.S. Игра всё равно классная, я дошел до 50-й трубы”.
Что же, хочется подарить пацану новый джойстик, причем нормальный Каналья Пад, а не стандартный для Коммодора, но и создавать прецедент неправильно. Дойдет до того, что постоянно всякие халявщики начнут нам писать.
— Милый, Джимми молодец, давай подарим ему джойстик, — предложила добрая душа Линда.
— Подарим. Но не в компенсацию за сломанный, а за высокий результат. Пятидесятая труба — это хорошо. Так и объявим. Пока обычный, а когда сделаем свой — еще и его пришлем. Но оформить надо как-то так, чтобы мы на подарках не разорились. Например, по джойстику за выпуск дарить.
— Сахарочек, а тебе ничего не пришло? — спросила Трейси у Тодда.
— Пришло. Я… я пока не открывал. Мне страшно, — признался парень, но под взглядами трех пар людских глаз