Черная кровь Марса - Вадим Викторович Шарапов

Он сделал паузу и еще раз задал свое обычное:

— Вопросы?

— А если «Ризничий» не справится? — спросила Родригес.

— Ты уже спрашивала. Повторяешься. Тогда мы действуем по плану «Б», — ответил Камински. — Взламываем шлюз сами, отключаем турели силой. Это займет больше времени, но мы все равно выполним задание. Вопросы еще есть?

Вопросов не было.

— Тогда — по местам. Готовность номер один. Если надо, примите стимы, но без жести, ясно?

Бойцы разошлись, и Камински снова остался один. На экранах уже отчетливо был виден Марс. Ржавый лик планеты заволокло пылью. Где-то там, внизу, в этой холодной пустыне, работали люди, которые даже не подозревали, какая судьба им уготована.

«Берегите себя, парни, — мысленно пожелал он удачи своим бойцам. — И вы, русские, тоже берегитесь. Мы идем».

«Мы нашли русла высохших рек и следы древних океанов, которые еще столетия назад астрономы видели в телескопы. Но жизнь на Марсе, если она и была, погибла за миллиарды лет до зарождения человечества. Или ушла глубоко под землю, под слои вечной мерзлоты. Мы были уверены, что планета мертва. Но иногда наши приборы ловили странные эхо-сигналы, которые никто не мог объяснить. Может быть, Марс не мертв? Может быть, он спит?»

(Черновые записи, не вошедшие в отчет Первой марсианской экспедиции, 2131 год)

1

Известие о том, что Москва наконец-то санкционировала экспедицию в район Эллады, пришло на базу «Королев» ранним утром, когда за иллюминаторами еще только занимался холодный фиолетовый рассвет.

Через два часа Круглов собрал в кают-компании всех, кто был свободен от вахты, и зачитал короткую шифровку из Центра управления полетами, поступившую по каналу связи; заодно он сбросил Елене стенограмму заседания. Текст был сухим, казенным, но за обтекаемыми фразами чувствовалось нешуточное напряжение. От успеха экспедиции зависело многое.

Закончив читать, Круглов аккуратно убрал личный коммуникатор в карман комбинезона и обвел взглядом притихших людей.

— Значит так, товарищи ученые, исследователи и прочие мыслители, — негромко произнес он. — Умные головы на Земле решили, что без экспедиции на Элладу — никак. Есть мнение, что именно там может быть основное месторождение «черного льда» … кстати, кто это у нас такой поэт?

— А это Дед, — безмятежно наябедничал Горелов, — со своими байками. Совсем нас запугал, еще пока мы на Марс летели.

Токарев незаметно показал Гоше кулак, и тот втянул голову в плечи.

— Ладно, — оборвал их Главный, — это все лишнее. У кого есть вопросы, мысли, дельные рационализаторские предложения? Выкладывайте, пока не начали собираться.

Первой встрепенулась Елена, которая уже две недели изводила Круглова рапортами с просьбами разрешить ей выезд на Элладу. Ее глаза загорелись тем жадным огнем, который появлялся у нее всегда, когда речь заходила о неизведанном. Ковальчук подалась вперед, едва не смахнув со стола кружку, и заговорила быстро, горячо, словно опасаясь, что от нее сейчас отмахнутся.

— Семен Борисович, это же именно то, о чем я говорила! Волин на совещании у Президента упоминал импактную гипотезу — и это имеет смысл! Мы обсуждали, что данные телеметрии с Р-17, помимо всего прочего, показали аномальную радиоактивность и температуру, и похоже, что Эллада может дать нам ответы на многие вопросы. Там, под реголитом и слоем льда, могут быть такие же «соты», как в пещере, или что-то подобное. Если мы найдем связь между этими объектами, это будет доказательством того, что древняя сеть охватывает всю планету. Это же переворот в науке!

— Переворот переворотом, — спокойно, но с нажимом произнес Круглов, постукивая пальцем по столу. — А людей мне жалко. Ты, Лена, ученый, тебе новые горизонты подавай. Понимаю. Уважаю. Но я-то старый практик. И я отлично помню, чем закончилась прошлая вылазка в те края, когда Саня Бережной решил, что ему непременно надо познакомиться с Элладой поближе.

— Поэтому мы и должны идти подготовленными, а не сломя голову! — парировала Елена. — Именно на это Президент нам и дает «добро»!

Круглов поднял руку, призывая к тишине, и повернулся к Топазу.

— Руслан, что скажешь? Ты эти места лучше всех знаешь. Как там твоя знаменитая чуйка? Молчит?

Топаз, несколько секунд подумав, отхлебнул чаю, хмыкнул задумчиво, как человек, который знает многое, и сейчас решает — что главное, а что значения не имеет. Потом неторопливо начал:

— Район сложный, конечно. Объективно сложный, с дурацким рельефом по пути, еще хуже, чем у нас. Я там дважды побывал, но оба раза проездом, так что не могу назвать себя экспертом. Один раз без приключений, второй — еле-еле ноги унесли, когда «Бык» провалился в скрытую трещину. — Аскеров помолчал. — С тех пор я там без зондирования ни шагу. Если идти, то только с Шкипером — он с марсоходом не то, что на «ты», он с закрытыми глазами проведет машину.

— Значит, решено, — Круглов подвел черту. — Идем малым составом, не будем распыляться.

Поколебавшись, он продолжил и сказал такое, отчего даже у всегда невозмутимого Топаза брови поползли вверх.

— Новиков — за старшего, на тебе общее руководство. Шкипер — контроль трассы, за механика-водителя. Ковальчук — научное руководство, отбор проб. Жаров — обеспечение жизнедеятельности и связь. Все, сбор через два часа. Вопросы? Вопросов нет. Все свободны, не теряем времени.

Когда все начали расходиться, Артем задержался и подошел к Главному.

— Семен Борисович, разрешите вопрос?

— Валяй.

— Почему я старший-то? Топаз же… То есть, Аскеров же опытнее, да и Дед…

Круглов устало потер переносицу и несколько секунд молчал, глядя в стену, где висел портрет Юрковского.

— Аскеров, конечно, опытнее, с этим не поспоришь. Только мне он нужен здесь, Артем. На нем вся машинерия держится, сам понимаешь. — Он сделал паузу и добавил уже тише: — И Дед… На Олега у меня тоже свои соображения, которыми, уж прости, с тобой я сейчас не поделюсь. К тому же, на базе нужен свой глаз. Мало ли что.

Артем хотел было возразить, все-таки предложить Деда вместо себя, но Круглов положил ему широкую ладонь на плечо.

— Хорош уже вибрировать, товарищ Новиков. Справишься. Пришло время расти, брать ответственность на себя. Ты готов, — и вдруг спросил такое, что удивило. — Ты Грина читал?

— Александра? — растерянно уточнил Артем.

— Грэм Грин тоже хорош, — хмыкнул Круглов, — но его, я думаю, ты позже оценишь. Да, Александра. «Алые паруса». Читал?

— Да, — парень все еще не понимал, к чему клонит Главный.

— Помнишь, как в один прекрасный день