Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский

— Знал.

Тима подчеркнул последнее слово.

— Познакомились в восемьдесят четвертом.

— Где?

— На тренировке.

— Самбо?

Тима посмотрел на нее с легким удивлением.

— Нет. На боксе.

Он достал два стакана и поставил на стол.

— Хотя Юрка тогда и на самбо ходил. Вообще непонятно было, когда он все успевал.

— Вы занимались вместе?

— Немного.

Тима усмехнулся.

— Я тогда мастер по боксу был. Думал, сейчас школьника немного погоняю.

— Получилось?

— Не очень. — усмехнулся Коротков.

— Юра выиграл?

— Там у нас не соревнования были. Просто обычный спарринг.

— Но кто был сильнее?

— Упрямая вы.

— Работа такая.

Тима выключил чайник.

— Я его поначалу хорошо гонял. Он ведь не боксер был. Но дрался, зараза, очень неприятно. Работал жестко и неуступчиво. А потом я решил чуть схитрить.

— Как?

— Локтем его приложил. Типа случайно.

Вика подняла глаза.

— Вы часто так делали?

— Когда надо было.

Он сказал это без особого смущения.

— А Юра?

Тима усмехнулся.

— А Юрка сделал вид, что поплыл, подставился, а когда я кинулся добивать, сам меня локтем поймал.

— И?

— Вырубил.

Тима поставил перед ней стакан.

— Я тогда понял, что пацан интересный.

— Ему было семнадцать?

— Еще шестнадцать, кажется. Семнадцать только исполниться должно было.

Вика ничего не сказала.

Тима сел напротив.

— А вы его откуда знаете?

— Мы встречались.

— Понятно.

По лицу было видно, что ему интересно значительно больше, но спрашивать он не стал.

Вика перевернула страницу блокнота.

— Вы сказали, что потом тренировались вместе.

— Да.

— Зачем?

— Я его готовил.

— К чему?

Тима замолчал.

— К боям.

— Каким боям?

Он посмотрел на нее, и Вика заметила, что тот понял: сказал лишнее. Потом Тимофей решился и махнул рукой

— Да хрен с ним. Восемь лет уже прошло, теперь это в порядке вещей стало.

Он откинулся на спинку стула.

— Был тогда в городе тотализатор.

Вика нахмурилась.

— Какой тотализатор?

— Подпольные бои с денежными ставками.

Ручка в ее пальцах остановилась.

— Бои?

— Ну да. Без правил, можно сказать. Состоятельные люди собирались, бойцов выставляли, ставки делали. Победителю деньги, проигравшему тоже что-то платили.

— И Юра там участвовал?

Тима засмеялся.

— Еще как участвовал.

Вика некоторое время молча смотрела на него. Еще несколько часов назад Казанцев и Гонгадзе говорили о семнадцатилетнем школьнике. Странном. Спортивном. Рискованном. Но все-таки школьнике.

— Кто его туда привел?

— Я.

В голосе Тимы неожиданно прозвучала почти гордость.

— Я его первый раскусил.

— В каком смысле?

— С виду сопляк сопляком. Морда пацанячья, худой. Посмотришь — школьник из хорошей семьи. А потом он начинает работать, и уже становится не смешно.

Тима улыбнулся.

— Я тогда подумал: на нем можно хорошие деньги поднять.

— Как?

— На ставках. Никто его не знает. По виду лох лохом. Ставят против него. А он выигрывает.

— Вы специально заставляли его выглядеть слабее?

— Не заставлял. Объяснил, что надо делать. Первые бои он тянул. Давал себя побить, изображал, что еле вытягивает. Народ думал, случайно повезло. На следующем опять ставили против.

— А деньги?

— Делили.

— Юра понимал, во что ввязывается?

Тима усмехнулся.

— Юрка?

— Да.

— Да у него по бабкам голова всегда отлично работала. Он такие вещи понимал быстрее меня.

— Шестнадцатилетний мальчик сознательно участвовал в подпольном тотализаторе и делал ставки на собственные бои?

— Не мальчик.

Тима покачал головой.

— Вот это вы сразу из головы выбросьте. Возраст у него был мальчишеский. А сам он… Не знаю.

Он задумался.

— Я тогда сколько раз ловил себя на том, что разговариваю с ним как со своим ровесником или даже старше. Потом смотрю — сидит пацан. Через месяц школу заканчивает.

Вика вспомнила почти те же слова Казанцева и Гонгадзе.

— Он много дрался?

— Три боя, если память не изменяет.

— И все выиграл?

— Все.

— Сильные противники?

Тима пожал плечами.

— Первые два нормальные. Мы специально подбирали так, чтобы он должен был вытянуть. А последний…

Он замолчал.

— Что последний?

Тима потер ладонью лицо.

— Последний бой был с Ледоколом.

— Кто это?

— Ледокол тогда был местным чемпионом. Здоровый кабан. Тяжелее Юрки килограммов на двадцать пять, если не больше. Дрался очень жестко. Людей на больничку после него частенько увозили.

— Зачем Юра с ним вышел?

— Его подставили.

Вика подняла глаза.

— Кто?

— Организатор.

— Имя?

Тима помолчал.

— Марк Абрамович Кацман.

Вика записала фамилию.

— Почему подставил?

— Мы со ставками слишком умные были. Абрамыч после первых боев понял, что я публику дурю. А перед последним вдруг оказалось, что Юркин противник травмировался, противник Ледокола тоже куда-то исчез. И Кацман предлагает Юрке выйти против чемпиона.

— Юра мог отказаться?

— Конечно.

— Почему не отказался?

Тима посмотрел на нее как на человека, задавшего странный вопрос.

— Потому что это Юрка.

Вика невольно улыбнулась.

— Очень исчерпывающий ответ.

— Какой есть.

Тима потянулся к бутылке на подоконнике, потом почему-то передумал.

— Я ему тогда говорил: не дури. Выйди, побегай минуты три, потом ляг. За проигрыш семьсот рублей дадут. Нормальные бабки.

— А он?

— Сказал, что выиграет.

— И вы поверили?

Улыбка исчезла с лица Тимы.

— Нет.

Вика заметила это сразу.

— Вы были уверены, что он проиграет?

— Я Ледокола видел. И Юрку видел. Тут даже сравнивать смешно было.

— Но Юра вышел.

— Вышел.

— И?

— Сделал его.

Тима сказал это коротко.

— Как?

— А какая разница?

— Для меня есть.

Он раздраженно вздохнул.

— Сначала немного побегал от него. Потом сцепился в рубке и поняв, что проиграет, вышел за спину и выиграл удушением. Правда выглядел Юрка после этого — краше в гроб кладут

— Вы говорили, что делали ставки.

— Делали.

— На Юру?

Тима отвел взгляд.

Пауза оказалась достаточно длинной.

— Обычно на него.

— Обычно?

Он сжал губы.

— На последний бой я поставил на Ледокола.

Вика положила ручку на блокнот.

— Почему?

— Потому что не верил, что Юрка его вытянет.

— А вы ему сказали?

— Нет.

— Сколько поставили?

— Какая теперь разница?

— Тимофей.

Он зло посмотрел на нее.

— Много.