Игорь Бусыгин - Игры богов

Олег закрыл глаза, хмыкнул от досады, не вовремя отключил Око, но уже хорошо, что может без перстня Сварога и вызвал всевидящее. Приказал:

— Покажи мне светлицу Великой княгини киевской, Ольги. Если её нет в тереме — найди.

Образ Ольги замерцал, она улыбнулась своей прекрасной улыбкой, показала своё любимое и долгожданное чадо.

— Я скоро прибуду, готовь дружину, сбор на Кипре, — буркнул Олег.

— Ты придумал что-то новое? Я раньше этого не видела… Я сделаю всё, как ты мне сказал. Когда ты будешь в моём тереме?

— Скоро, — Олег улыбнулся всем, чем мог, глазами, губами и даже ушами. И — исчез.

— Око, может, тебе имя подарить?

Око не ответило.

— Сейчас найди Синеуса, где бы он не был.

Викинг, как бывалый воин, только крякнул, когда рыжий появился в мерцающем Зеркале.

— Побратим, собери малую дружину. Пошли на разведку ребят Бати, чтобы они прощупали Бирку. Она скоро зарастёт илом, но нам это необходимо. Захвати её. После этого — на остров Готланд, там ты создашь новую столицу.

Олег задумался, как её обозвать. Синеус заорал:

— Торсбург!

— Хорошо! Вперёд, и походным маршем! Ещё, пока я не забыл. Создашь запасную крепость на озере Тингсведе и назовем её Бульверкп.

Как всегда Олег исчез внезапно.

— Зерцало, а теперь мне найди кормчего Гунтрума и походного кошевого. — Нет, не кошевого, а рериха, походного конунга — Карла.

Око улыбнулось: оно столько лет ничего не делало, а тут работы — непочатый край. А без работы даже кони дохнут. И решило подшутить, ведь шутки понимают друзья, но не господа. И пошутило, забросило Олега в прошлое, недалёкое прошлое. Оно разделилось на две половины.

— Вах, — пробормотал Олег.

В одной — Гунтрум гордо стоит на корме «Золотого орла», наблюдая сквозь туман горящий Лондон. В другой — Карл. Его лицо сияло от радости. В его руках — корона Альфреда Великого. Он воздел руки к небу, нацепил корону на голову и громко заорал. А ещё через пару мгновений к его дикому рёву присоединился грохочущий грохот, потому что норманны начали возбуждённо лупить топорами, секирами, рукоятками мечей по щитам, панцирям и даже по собственным головам. Олег нежно улыбнулся.

— Око, я буду тебя называть, или обзывать, — Люба, моя хорошая. Покажи мне не прошлое, а настоящее.

Око улыбнулось так, как умеет улыбаться любящая или любимая женщина. И показало.

Карл и Гунрум стояли рядом, море шептало им песни Венеции и Генуи. Шептало тихо и ненавязчиво.

Олег возник из неоткуда, рявкнул:

— Где вы болтаетесь, пиратские морды?

После грабежа Лондона им всё казалось сказкой и песней, даже появление громадной фигуры разъяренного Олега, нависающего над «Золотым орлом» их не удивило.

— Великий конунг, мы около берегов Испании.

— На Кипр, и быстрее! Без грабежей, даже ночами без остановок!

После лёгкой добычи в Лондоне пираты научились болтовне англо-саксонцев, и Карл захрипел голосом, пьяным то ли от крови, то ли от вина.

— Будет исполнено, благородный лорд! А если не исполним, то да сожрёт наши печёнки повелитель морей — Ньерд, а сердце вырвет Фенрир!

Олег закрыл Око, немного помолчал, невесело ухмыльнулся:

— Я совершенно сознательно показывал вам, вожди, будущие и настоящее. Родился будущий Император, Святослав. Вина! Много! Пускай его сегодня выпьют все, кто могут, и все, кто хотят!

В голове у Скальда мгновенно возникла песня, он тут же её пропел-проговорил:

И это будет гимном для Гвардии! Олег чуть-чуть приоткрыл свои ехидные глаза:

— Ну и как, будущее генералы, вам оно понравилось?

Вопрос исчез в никуда.

Игорь схватился за свой длинный чуб, покраснел от смущения и еле слышно:

— А кто такие генералы?

Олег кисло улыбнулся, растянув свои тонкие губы, и мгновенно запахло смертельной магнолией, всем показалось, что его зубы стали как у матёрого волка.

— Генералы, это всё в будущем. Будете вы все и генералами, адмиралами, маршалами, но это в будущем. Самое главное — вера в Императора, генерал будет командовать армиями, адмирал — флотом, а маршал… — Олег почесал свой рыжий затылок: — Ну а маршал — это свадебный генерал, чтоб нам с вами, будущими маршалами, по старости вино и пиво было проще пить и не о чём не думать.

Олегу понравился собственный монолог, он поманил пальцем Мухаммада и попросил:

— Поведай нам, высокорожденным, о славном и достопоченом Али Зибаке.

Мухаммад посмотрел на псевдовыокорожденных, подумал про себя: «Какие же они все идиоты! Мне достанется меч пророка, я поведу войска халифа! О, вонючие почки пьяного верблюда».

А деваться некуда, ведь смерти боится. А что этому то ли князю, то ли магу? Что в его рыжую башку взбредёт — неизвестно. Ведь еще Али говорил, что новый правитель Кипра, Египта и Сирии умеет читать мысли.

— Как мне поведала Фатима… — Мухаммад ненадолго задумался и как дервиши на рыночных площадях запел, заверещал:

— Слава Аллаху, господу миров!

Привет и благословение господину, господину посланных, господину и владыке нашему — Мухаммаду.

Поведаю я вам, о владыки будущего и настоящего, первую историю Али. О меч пророка! Лучше я сейчас вызову Али и он вам сам всё расскажет.

Мухаммад цыкнул, мгновенно появился воин пустыни.

— Я приказываю, здесь и сейчас должен быть Али — каирская ртуть!

Бедуин молча поклонился. Подождали, Али примчался, как сумасшедший ветер пустыни, ухмыльнулся бандитской рожей и с издёвкой поклонился:

— Я приветствую тебя, блистательный аль-Насар аль-Ихшид! Что ты мне изволишь приказать или повелеть?

Олег распустил брюхо, раздул щёки и, подобно властителям Востока, попросил-приказал:

— Расскажи мне свою первую историю.

— Позволь мне, сыну греха, рассказывать так, как про меня говорят в Каире, Багдаде и Дамаске.

У Олега исчезло брюхо, щёки втянулись:

— Позволяю, даже больше того, прошу.

Али приступил к пересказу легенд, которые ходили по всему халифату:

— Бисмилляи ир-рахман ир-рэхим!

Вознесем молитву к престолу Всевышнего и с молитвой я начну своё повествование.

Али пришел домой и рассказал матери, что Салах, командир молодцев[2] просит его привезти волшебный сундук из Заколдованного города. «И ты согласился на это?» — спросила Фатима.