Сергей Гужвин - Иванов, Петров, Сидоров
И, последнее — чаще улыбаться. Надменно опущенные уголки рта никак не могут вызвать любовь у верноподданных.
Николай боялся, что такие чрезмерные требования вызовут возмущение у Аликс, но он ошибся. Алиса ехала в Россию со страхом и любопытством. Её страх был страхом перед новым и неизвестным. Теперь же Николай указал ей способ преодолеть страх и план действий по вхождению в роль Императрицы. Аликс не только не была против, но и схватилась за блокнотик записать всё, что говорил Николай, для памяти.
Николай говорил о банках, заводах, фабриках, крестьянах, купечестве, о Сибири и Средней Азии, о плотинах гидроэлектростанций и больших кораблях, о сверхзвуковых самолётах и космических кораблях. У Аликс кружилась голова.
Трое суток до Москвы пролетели незаметно. Аликс как-то по-другому начала смотреть на Николая. Во взгляде к любви прибавилось уважение и восхищение.
* * *25 октября траурный поезд с телом усопшего Императора Александра III прибыл в Москву.
На перроне, уставленном шеренгами гвардии и заваленном цветами, поезд встречали Великий князь Сергей Александрович с женой Эллой и Великий Князь Михаил Николаевич.
Гроб из вагона вынесли гвардейцы и установили на колесницу. Тронулись. Вдоль улиц войска, тысячи народу, тишина и сдавленные рыдания. Так Москва в последний раз встречала Великого Императора. Напротив каждой встречающейся на пути церкви — остановка и лития. В Кремле гроб установили в Архангельском соборе. Московское духовенство всё в сборе. Панихида.
* * *Петровы и Сидоровы стояли за шеренгой солдат и смотрели на проезжающий траурный кортеж. Как "чистую публику", их пропустили в первый ряд, и они с любопытством рассматривали эту пышную церемонию. Иванов остался в гостинице.
Наши путешественники во времени приехали в Москву 20 октября, как и просил Николай, и поселились в гостинице Метрополь. Приехали и заняли самые роскошные номера, благо гостиница была почти вся свободна. А на следующий день, когда разнеслась весть о кончине Государя, в гостинице было не протолкнуться. Все окрестные помещики съехались в Москву, боясь пропустить такое событие, как прощание с Императором.
Путешествие из Парижа в Москву прошло замечательно, если не считать постоянного дыма из трубы паровоза.
В Метрополе был электрический свет, и Иванов, проверив его АВОметром, поставил ноутбуки на подзарядку.
Все четыре дня, до прибытия траурного поезда в Москву, псевдоамериканцы ходили по городу и смотрели во все глаза. Старая Москва завораживала. Всё, что их современники могли видеть на ретро-фотографиях, черно-белых и пожелтевших, представало во всей многоцветной красе. Одежда горожан, стены домов, маковки церквей, всё было живым, насыщенным и ярким.
23 октября, поздно вечером, Иванов, включил абрудар и дождавшись, когда Николай вернулся от Аликс в своё купе, проявил у него на столе листок с их адресом в Москве. Николай взял листок со стола, прочёл и кивнул головой.
— Ждите. 25-го я в Москве, но будет некогда. А вот 26-го будьте все утром в номере, за вами приедут.
* * *Когда траурная колесница проехала, народ начал расходиться. Наши друзья тоже направились в гостиницу. Завтра переезд, нужно собраться.
Иванов встретил их вопросом:
— Николая видели?
Да видели, видели. — ответил раздражённо Петров, — и не только Николая. И Алису видели.
— И что? — удивился Иванов.
— Да ничего, — Петров, сняв накидку, плюхнулся в кресло. — Я был уверен, что он от этой Алисы избавиться.
— Чего вдруг?
— Ладно, не будем об этом. Похоже, наш царёк начал последовательно наступать на все грабли, которые ему подсовывает его судьба. И его знание истории ничему не учит. Как бы нас впереди не ждала Октябрьская революция.
— Не кипятись. С таким настроением нам не победить.
— Нам? А что от нас зависит?
— Да всё от нас зависит. Можем его сознание твоим заменить? Хочешь?
Петров поднялся из кресла и с возмущением посмотрел на Иванова:
— Совсем с ума сошёл? Я что — Император? Помощник капитана судна ещё быстрее развалит страну, чем Преображенский полковник.
— Вот и успокойся.
Кульбит с временной петлёй, проведённый новоиспечённым Императором, не оставил в памяти наших героев воспоминаний о смерти Алисы. И никто об этом не помнил.
* * *26 октября, в 8 часов утра, у гостиницы Метрополь остановились три кареты из каретного двора Московского градоначальника. Из первой выскочил молодцеватый гвардейский офицер и вбежал в парадный вход. Через некоторое время служки из гостиницы начали выносить невероятное количество чемоданов и коробок, и грузить в кареты на багажные места. Первым к каретам вышел Иванов, наблюдать за погрузкой, потом потянулись остальные. Наконец багаж был погружен, все расселись, и кареты покатили в сторону Кремля.
"Покатили в сторону Кремля" — сказано, конечно, очень громко. Вокруг Кремля все улицы были запружены народом, поэтому кареты сразу попали в самую настоящую пробку.
Тем не менее, минут за двадцать кареты доползли до Никольской башни, и проехав сквозь жандармское оцепление, въехали в Кремль. За стенами Кремля было посвободнее, и через минуту кареты остановились перед Потешным дворцом.
Великолепие и роскошь древних боярских хором поражало.
Дашенька Сидорова раскрыв рот, смотрела на сказочный терем, а потом, сглотнув, спросила шёпотом:
— Мам, мы что, будем жить в этом музее?
Все промолчали. Взрослые и сами были очарованы красотой белокаменной резьбы.
— Обалдеть! — Сидоров приподнял котелок и почесал лысину.
В Потешном дворце располагались комендатура Москвы и Великий Князь Сергей Александрович распорядился освободить на втором этаже правое крыло для "господ инженеров".
Николай пришёл к ним вместе с Георгием и Сандро после панихиды в Архангельском соборе.
За закрытыми дверьми они поздоровались с мужчинами за руку, дамам коротко поклонились. Георгий и Сандро, с любопытством разглядывали пришельцев из будущего.
— Сегодня 26 октября, а через пять дней, 1 ноября, похороны Папа. Второго я возвращаюсь в Москву. К этому времени Кремль должен быть очищен от посторонних лиц, в смысле, будут удалены государственные учреждения. Останутся только священнослужители, монахи Кремлёвских монастырей и охрана.
Он задумчиво посмотрел на Георгия. — Может монахов тоже? Нет, пусть пока остаются. До похорон резкие движения не поймут. Да и после не поймут, но я уже буду здесь. Вы, господа, как только этот дворец освободит дядя Сергей, то есть Московский градоначальник, начинайте устраиваться. Места достаточно. И накопируйте чистых "терабайтов", предстоят серьёзные дела, будем часто сохраняться.