Роанна. Тяжесть Короны - Виктор Постоенко

— Ваше Величество, а кому я это принес? Мои внуки уже получили такую книжку. И через неделю она поступит в продажу в магазин на рынке. Думаю, мастера покроют все свои издержки. Такого не было никогда, даже капельку похожего. Они сделали набор во внерабочее время, думали я буду ругаться. А я сам радуюсь этим картинкам как малое дите. И я заставил их рассказать мне все нарисованные сказки. Ну а вдруг меня внуки дома спросят?

В кабинете естественно я усидеть уже не могла, перенесла все на после обеда, и понеслась домой. Именно так, почти бегом. Элора с удивлением пару раз заглядывала мне в лицо, но промолчала. Микка и Хола были сама невозмутимость, остальных я не видела.

Я сидела на диванчике, с обеих сторон ко мне прилипли Влад и Элис, а я, открывая каждую страницу, рассказывала им все нарисованные там сказки, насколько помнила. А оказывается, я помнила их все.

Память сама подсказывала слова, как будто доставая тексты сказок из каких-то глубин моего подсознания. Сзади за спинкой дивана не дыша замерла Элора, я подняла голову, да не может быть, но ее глаза были на мокром месте, особенно когда я читала детям «Спящую красавицу».

Микка и Хола, застыв как статуи, сидели по обеим сторонам двери на полу, все во внимании. Обе няни присели на краешек второго диванчика и внимали не дыша. Когда я уже заканчивала с хрипотцой рассказывать сказку про кота в сапогах, внезапно обнаружила еще одного внимательного слушателя. Когда в дверь тихо вошел Райан, я просто не заметила. Видно он приказал сестрам не шевелиться, и сел сбоку в кресло. Когда я закрыла книгу, первой ее открывать кинулась Элис

— Мама, исчо хатю, ну мам, ну исчо. А можно тако паатицце как у той девоцки что спит. Ну мааам, ну?

Райан протянул руку, и Элора быстро передала ему книгу, сама по дороге, не утерпев, еще раз в нее глянув.

— Роан, откуда эта красота? Это кто такое сделал? Я первый раз в жизни держу в руках такую книгу.

— Герцог Гломский сегодня принес, и сказал, что через неделю она появится в продаже в книжном магазине на рынке. А эти сказки ему рассказали по его просьбе те мастера, кто делал эту книгу. Ну а я их сразу запомнила, настолько они поразительные — слукавила моментом я.

— Ваше Величество — спросила няня — а в каком магазине не скажете?

— В том, который рядом с швейной лавкой Арны. Но я попрошу для нас несколько комплектов сюда.

Элис быстро сползла вниз с диванчика и моментом забралась к Райану на колени, за ней с другой стороны залез Влад, встал на стул, схватившись за плечи отца.

— Пап, а там лиликан был злой, а потом стал мыфкой, а кот раз и съел ее.

Открылась дверь и показалась голова Кэтрин. Райан кивнул мне головой, мол иди, я тут разберусь. Кэтрин сказала, что уже время приема, и там меня ждут оба графа, и Херефорд и Хьюз. И пришел граф Ойген.

Я извинилась перед всеми, но первым пригласила Ойгена, сказав, что дела государственной безопасности прежде всего, а Кэтрин попросила угостить обоих графов малиновым чаем с тыквенно-морковным пирогом, испечённым сегодня Франкис по моему рецепту.

Ойген доложил полную обстановку по всем провинциям. Начал с севера, с оазиса Орин-Нур, потом спустился ниже, рассказывая, сколько удалось задержать сторонников мидийцев в Катанге, о захвате мидийского шпиона в Джамбаре. Иногда он подглядывал в свои записи. Я ждала, когда его повествование опустится южнее.

А на юге он удивил меня. Его людям удалось выследить ночной приход к нашим берегам быстроходной шхуны западной постройки. С нее высадились четыре человека. После чего они проследовали почти через пол Империи и расположились на постоялом дворе недалеко от Анлора.

За это время удалось кое-что о них узнать. Один из них был мидийским купцом, ранее часто бывавшим в Рианоле, двое числились в розыске как мятежники еще с времен их службы графу Райлану. А вот четвертый был явно иноземец. Решили пока их не трогать, но не спускать глаз ни с одного.

И вот сегодня иноземец в сопровождении мидийца и одного из мятежников под видом торговцев приехали в Рианол. Остановились в доме одного из бывших дворцовых евнухов, который сам уволился, как только взошел на престол отец нашего Императора. А через час из дома выбежал мальчишка, и отнес письмо в дом графа Херефорда, после чего вернулся обратно.

— Ваше Величество, что будем дальше делать? Я приказал не спускать с них глаз, боюсь спугнуть. Пришел к Вам, а тут сам граф Херефорд с графом Хьюзом.

— Ильдар, давай не будем торопиться, иди к себе, я позже тебя все равно вызову, есть у меня вопросы по брожению на юге по поводу будущего указа.

— Госпожа, если Вы по поводу монахов, то я уже нашел все ниточки, и собирался Вам завтра вместе с Императором доложить у вас во дворце.

— Хорошо, так и сделаем, а сейчас я приму обоих графов. Срочности нет в их визите, но возможно, они как раз и пришли по интересующему тебя вопросу.

Так и оказалось. Оба каледонца были встревожены. Они получили сегодня письмо от бриттского короля, который обещал им обоим прощение, если они опять начнут служить Лондиниуму. Человек, который привез письмо, ждет их ответа в течении суток, после чего уедет. И тогда по приказу короля казнят всех их родных, оставшихся на островах.

— Ваше Величество, тут кроется какая-то ошибка — начал Хьюз — моих родных не осталось. Отец умер, братьев всех казнили за участие в мятеже вместе с семьями, может и есть какой дальний родственник, но не настолько он мне родственник, что бы я изменил данному мне Вам слову.

— Скажу то же самое — продолжил Херефорд — все мои со мной, а кого нет, так тех уже и в живых нет. Меня беспокоит другое. Письмо действительно написано королем лично, я знаю его почерк, и кто-то же