Александр Логинов - Феодал
Называли таких умельцев по смешному - огородники. По незнанию Андрей было подумал, что так зовут тех, кто работает в огородах. Оказалось, что нет. Так называли умельцев, строящих городские укрепления. Ибо городком назывались лишь те поселения, которые обнесены были крепостной стеной. Андрей вовсе не собирался строить город на месте усадьбы. Но практика штурма усадьбы польского пана показала, что тын - не- надежная защита от ворога. И набег татар летом лишь чудом удалось отбить. Если бы не пушки, татары легко захватили бы княжескую усадьбу. Конечно, Андрей обучил холопов обращаться с пушками, но высокие стены все-таки надежная гарантия безопасности. С высокими стенами спокойней будет.
Наученный горьким опытом Литовского похода, Андрей распорядился на всякий случай прихватить с собой в дорогу парочку пушек. Мало ли какая надобность в них случится. Если бы князь догадался взять пушки в набег на литовские земли, то не было бы таких больших потерь в его войске.
Из детей боярских сопровождали Андрея Лука Фомич, Федор и Кузьма. Крещеный норвежец Даниил на пару с новгородцем Прохором так же напросились взять их с собой. Неждан не сумел выкарабкаться из лап костлявой и отдал богу душу. Прохор тяжело пережил смерть друга, и Андрей опасался, что пьянка погубит мужика. Потому он согласился с просьбой мужиков взять их с собой в Новгород, тем более что буйный новгородец каким-то образом нашел общий язык с урманом, таким же буяном, как он сам. Уланы Кулчука, само собой, тоже шли. Андрей и шагу не мог ступить без своих татар. Теперь-то он понимал, почему русские князья всегда нанимали и нанимают на службе татар. Без них никуда.
До Переяславля добирались с комфортом. Спиридон по поручению Андрея еще летом озадачил мастера изготовлением крытого возка. На сани установили деревянные рамы и обтянули хозом. Возок утеплили и стенки обшили красным бархатом с традиционными вышивками и украшениями в виде жемчуга и драгоценных камней. Андрей считал, что это лишние, но оказался в меньшинстве, когда Прасковью поддержали не только все женщины, но и все боярские дети. Для удобства установили внутри возка мягкие лавки и поставили маленький столик. Кузнец изготовил небольшую железную печурку, по типу буржуйки, и железную трубу для вывода дыма из возка. Получилось, конечно, неказисто, первый блин, как говорится комом, зато тепло. Дрова для печурки везли в особых санях, и по необходимости холоп, отвечавший за тепло, время от времени заносил дрова внутрь возка. Спать в возке можно только полулежа, если хотелось поспать по-нормальному, то, пожалуйста, извольте в обычные сани, на пахучее сено, под медвежью полсть или санное одеяло. Катерина, провожая любимого в дорогу, распорядилась положить для князя одеяло самое лучшее, разумеется, с ее точки зрения. Чем больше украшений в виде узоров и жемчугов с каменьями - тем лучше одеяло, так нехитро рассуждала девушка. Вот и приходилось Андрею укрываться санным одеялом и думать о баснословно высокой цене вещи. Постепенно Андрей начал привыкать, что в обиходе князя, когда он выходит за пределы своих хором, дешевых вещей быть не должно, иначе это будет, несомненно, уроном его чести. А с этим тут строго.
Стараниями боярина Маслова время в дороге летело незаметно. Пили заморские вина и всю дорогу пьяно горланили песни. Андрей опасался, что такими темпами потребляя алкоголь он станет законченным алкоголиком. Костя, конечно, по-своему хороший человек, но чтобы столько пить... Воистину предки наши были покрепче своих потомков. Да и пили все натуральное - мед ставленый, вина заморские. Это не водка паленая, что сплошь и рядом продавалась во времена ельцинского развитого капитализма.
До Переяславля домчались быстро. Тяжелогруженый санный поезд Маслова безнадежно отстал, а у Андрея товар, приготовленный на продажу, уместился в четыре дюжины возков. Саней в княжеской усадьбе много, можно было позволить себе роскошь грузить возки в половину грузоподъемности, так и лошадкам легче и скорость движения в два раза выше. Все остальные товары предусмотрительный Иван Андреевич загодя переправил в Москву по рекам, пока еще не закончилась навигация. Да и переправлять-то особо нечего. Продовольственные припасы самим нужны, народу в усадьбе тьма-тьмущая, а всех накормить-напоить надо. Да и смысла нет везти капусту далеко, в Переяславль - еще, куда ни шло, а в Москву - дураков нет. Далеко возить выгодно только дорогостоящие товары. Сахар, например или икру красную, черную, воск, мед, меха, ювелирные украшения, дорогое оружие. Оттого вся торговля, в основном, шла летом, по рекам. Так транспортные расходы обходились дешевле.
Шустрый приказчик, из новеньких, бойко распоряжался разгрузкой товаров, которые предназначались для продажи в стольном граде Резанском и для домашнего обихода княжеских хором. Дворовые нагружали сани товаром для отправки в Москву и Новгород, в основном бочками с мехами и воском, медом. Сплошная суета. Обоз увеличится минимум втрое, в основном, за счет меда и воска и зерна, приготовленного на продажу в Москве.
Ранним утром, затемно, санный поезд отправился в Москву. Хлеб выгодней продавать в Москве, это все знают, там цены самые высокие по всей Руси. В Новгороде за хлеб тоже хорошую цену дают, да только кто повезет туда хлеб, если и в Москве с выгодой продать можно? Разве, что сами Новгородские купцы и возят. Новгород - город огромный, хлеба ему нужно много.
Не так давно монголы провели перепись населения Новгорода и всех его окрестных земель. Так в самом городе насчитали переписчики сто десять тысяч тяглых людей. Всего же в землях Великого Новгорода проживало пятьсот тысяч человек. Своего хлеба в Новгороде в неурожайные годы всегда не хватало, потому новгородцы делали запасы впрок. Вот и гоняли новгородские купцы хлебные обозы из тверского и московского княжеств, а порою из резанского и пронского княжеств. Из Европы хлеба не дождешься. Они там, в Европе, сами без хлеба сидят. Литва та же Европа - сама сидит впроголодь. Хлеба своего еле-еле самой Литве на прокорм хватает. В Ливонии та же ситуация. А все почему? Да потому, что все больше овес выращивают там, а на Руси - рожь-матушку. Даже если урожайный год, то никто не станет заморачиваться перевозкой зерна. Цена на хлеб везде одинаковая, что в Брюгге, что в Риге, что в Новгороде.
Андрей отложил грамотку купца, в уме пытаясь подсчитать, сколько можно выручить от продажи хлеба. Купец сообщал, что уже сейчас оптовая цена в Москве за кадь [134] ржи составляет три алтына. В Пскове же за зобницу[135] дают девять денег псковских. Ну, это тоже самое, что новгородские. В прошлом годе в это время в Пскове давали на три деньги больше, сообщал купец между делом. В Москве в этом году наоборот, по сравнению с прошлым годом, цена выросла и намного выросла. И постоянно растет.