Константин Калбанов - Росич ч 1(Концерн)

Но бал ее разочаровал. Там было много народу, вот только никто не хотел замечать молоденькую, сгорающую от нетерпения девушку. Возможно она была слишком молода, возможно не так хороша собой – спорное утверждение, весьма спорное, но только на нее отчего-то никто не обращал внимания. Музыка все лилась и лилась, то задорная, то вдохновенная, пары кружились, общались, девушки журчали веселым смехом, обхаживаемые кавалерами. А потом появился он. Антон Сергеевич Песчанин. Боже, что это был за мужчина. Высокий, косая сажень в плечах и в то же время стройный как Аполлон, волевой и в то же время мягкий взгляд, лицо обладало правильными чертами, и в то же время это было лицо сильного человека, загорелое на солнце и задубевшее на соленом ветру.

Именно он сделал тот ее первый бал незабываемым. Он подошел, чтобы поговорить с отцом. Но увидев как томится Светлана, прервал разговор и пригласил на первый ее танец. Боже, что это было за чувство. Быть среди равных на этом празднике жизни, а не стоять скромно в сторонке, ожидая когда же на тебя обратят внимание. Так они и танцевали, Антон Сергеевич составил ей пару на весь вечер, премежая танцы и беседу с ее отцом. Уже в середине вечера на нее обратили внимание другие кавалеры. У нее была договоренность с партнером, что они будут танцевать только через раз, так как ему нужно было поговорить с ее папенькой, а она и не против. Светлана терпеливо ожидала когда проиграет одна мелодия и нетерпеливо взирала на Песчанина, требуя уделить внимание и ей. В такие перерывы к ней подходили молодые люди, но желая отомстить всем им, за то, что не замечали ее раньше, она всем отказывала, ожидая ЕГО.

Ничего не понимающий Петр Афанасьевич, перевел взгляд на жену и принял выжидательную позу. Вера Ивановна поняла его сразу же. Муж требовал объяснений происходящему, так, что традиционное чаепитие, которым она всегда потчевала его, когда тот возвращался из моря, откладывалось.

— Петруша, я уже давно хотела тебе рассказать. Дело в том, что у нашей Светочки кавалер объявился.

— Это хорошо. Но что происходит-то, ты можешь мне объяснить? И кто он?

— Не все так просто Петенька. Кавалер-то и не знает, что он кавалер, а вот Светочка сохнет.

— Так кто он?

— Ну, Антон Сергеевич и есть. Помнишь в собрании он к нам подошел и вы с ним разговаривали, а после этого ты часто стал с ним общаться?

— Разумеется помню, что за глупый вопрос.

— Вот тогда то, наша егоза и положила глаз на него.

— Так ей тогда только шестнадцать было.

— Много вы мужики в женщинах понимаете. Ты думаешь как взбалмошная девчонка, так только егоза и есть.

— Так он же много старше ее.

— А ты думаешь, об этом не говорено.

— Та-ак. Выросла значит дочка.

— Выросла Петруша, — по-бабьи всхлипнув кивнула супруга старого моряка.

Петр Афанасьевич достал папиросы и молча закурил, если учесть то обстоятельство, что курил он только в своем кабинете, то был он в полном расстройстве чувств. Нет, Антон Сергеевич для его дочери партия вполне завидная, а то что старше, господи так этим сегодня никого не удивишь, вполне себе обычное дело. Его расстроило другое, он привык все и всегда держать под контролем и ему казалось, что так оно и есть. Его сильно волновало, то обстоятельство, что при всем обилии женихов во Владивостоке и дефиците невест, у его дочери все еще нет кавалера, а оно вона как получается.

Светлана всю ночь не сомкнула глаз, ей постоянно чудилось, что именно в этот момент Антон испускает последний вздох. Затем пугаясь собственных мыслей, она истово крестилась и начинала молиться. Затем ее охватывали мысли о том, что вот сейчас она срывается из дому и мчится к нему, отстраняет в сторону собравшихся возле кровати умирающего врачей и прижимает его к своей груди, после чего ее милый почувствовав, что рядом с ним она, открывает глаза и признается ей в своей любви, а затем чудесным образом выздоравливает.

Но затем эти видения отходили на второй план и оставалось понимание того, что это только мечты маленькой девочки, а на самом деле он возможно сейчас лежит в своем гостиничном номере, совсем один ни кому не нужный и возможно умирает.

Наконец и эта мысль отметена в сторону. Этого просто не может быть, ведь есть Анна Васильевна и Елена Викторовна, они любят Антона и не позволят ему быть одному в эту тяжелую минуту, они обязательно сохранят его для нее. Не могут они поступить по другому, ведь Света им так верит и уважает.

Так мечась из стороны в сторону, из крайности в крайность она провела ночь, а как только пробило восемь, быстро оделась и никому не говоря ни слова, выбежала из дома. Она быстро шла по мостовой не замечая того как холодный ветер бросает ей в лицо поземку и крупинки снега таяли на ее разгоряченном лице, превращаясь в холодные капли воды, скатывавшиеся по щекам к подбородку.

Ближе всего от их дома находилась гостиница в которой у Песчанина был постоянно забронирован номер и Света не раздумывая бросилась туда. Портье встретил ее не скрывая своего удивления и любопытства, что могла забыть в гостинице девушка из порядочной семьи, совершенно одна, да еще в такой ранний час. То, что девушка порядочная он определил с первого взгляда, за время службы гостинице ему приходилось видеть девушек самого разного сословия и рода деятельности, он безошибочно мог определить девиц легкого поведения, даже если они были и из высших слоев общества. Совсем не обязательно, чтобы они были достаточно взрослыми, ему приходилось встречать и девиц совсем юного и невинного возраста и безошибочно определять их развязность и распутство. Однако эта девушка отличалась от них как лебедь от ворона.

— Чем могу быть полезен? — любезно поинтересовался портье.

— Извините пожалуйста. Не подскажете, Песчанин Антон Сергеевич сейчас у себя в номере?

— Нет, барышня.

— Он уже ушел?

— Его не было здесь уже в течении нескольких месяцев, в настоящее время он в отъезде. Вы хотели бы ему что-то передать.

— Нет-нет. Еще раз извините, я пойду.

Теперь было ясно, что Антон мог быть либо у Звонаревых, либо у Гавриловых. Пролетка нашлась быстро, несмотря на относительно раннее время у гостиницы их было несколько. Все же и Гавриловы и Звонаревы жили далеко, на окраине города, неподалеку от НИИ. Извозчик отчего-то оказался недовольным названным адресом, хотя это и выразилось только в мимолетном взгляде, но Светлана это заметила. Отчего бы это? Неважно. Вскоре она уже была возле дома Звонаревых. Конечно она с таким же успехом могла пойти и к Елене Викторовне, так как обе женщины относились к ней с одинаковой симпатией, но выбор пал именно на Анну Васильевну, потому что она жила ближе.