Джерри Пурнелл - Принц наемников

— Хорошо, Джонсон. Начнете как новобранец. Вам еще придется заслужить нашивки.

— Да, сэр, конечно, сэр. — Джонсон прошел туда, где стояли новобранцы. С каждым шагом его походка и поведение менялись. Начал он угодливо согнувшись, а когда дошел до конца помещения, распрямился и шел гордо.

Гардемарин двинулся дальше вдоль строя. Вызвались добровольцами двадцать человек, но он отобрал только троих.

Час спустя в поисках новобранцев появился сержант морской пехоты Совладения.

— Никаких мятежников и дегенератов! — сказал он. Отобрал шестерых молодых людей, осужденных за уличные разборки, поджоги, нанесение увечий, сопротивление при аресте, нападение на полицейских и различные другие правонарушения.

— Уличные банды, — сказал Халперн. — Вполне подходят для морской пехоты.

Наконец их отвели обратно в загон для осужденных и предоставили самим себе.

— Ты на самом деле ненавидишь СВ? — спросил Марк.

— Мне ненавистно то, что он делает.

Марк кивнул, но Халперн только усмехнулся.

— Ты ничего не знаешь, — сказал он. — Угнетение? Расстрелы мятежников? Конечно, все это СВ делает, но это не самое худшее. Это симптомы, а не причина. Все дело в их проклятой так называемой разведывательной службе. Подавление научных исследований. Цензура научных журналов. Они даже не делают вида, что продолжают фундаментальные исследования. Когда в последний раз у дипломированного физика возникла стоящая идея?

Марк пожал плечами. Он ничего не знает о физике. Халперн улыбнулся. В его улыбке не было тепла. В голосе звучала горечь.

— Они говорят, что сохраняют мир. Что всего лишь не допускают возникновения нового оружия, новых военных технологий. Вздор! Они все остановили из страха, что кто-нибудь где-нибудь когда-нибудь…

— Заткнись! — Говорил рослый волосатый человек, большой живот которого нависал над поясом комбинезона. — Услышу еще раз это сучье нытье, разнесу твою хреновую голову.

— Эй, полегче, — ответил Халперн. — Мы здесь все заодно. Мы должны объединиться против классового врага…

Рука рослого взметнулась без всякого предупреждения. Он ударил Халперна по зубам. Халперн согнулся и упал. Головой он ударился о бетонный пол.

— Я тебе велел заткнуться. — Человек повернулся к Марку. — Хочешь что-то сказать?

Марк был в ужасе. «Я должен что-то сделать, — думал он. — Сказать что-нибудь. Все, что угодно». Он попытался заговорить, но не смог.

Рослый человек улыбнулся и пнул Халперна в бок.

— Я так и думал. Эй, да ты неплохо выглядишь, парень. Нам куковать в проклятом корабле без баб полгода. Хочешь ко мне в койку? Я о тебе позабочусь. Прослежу, чтобы тебя никто не обижал. Тебе понравится.

— Оставь парня в покое. — Марк не слышал, кто это сказал. — Я сказал, отвяжись от него.

— Кто там пасть разевает? — Волосатый мужик оттолкнул Марка к стене и повернулся к говорящему.

— Я.

«Новичок выглядит не очень внушительно», — подумал Марк. Лет сорока, стройный. Однако не худой. Мужчина стоял, сунув руки в карманы комбинезона.

— Оставь его в покое, Карпер.

Карпер улыбнулся, шагнул к новичку и попытался нанести удар. Но тот увернулся и ударил Карпера ногой в голову. Карпер отшатнулся, и в этот миг на него обрушились два новых удара; он ударился головой о стену. Тогда новичок приблизился и уверенно ударил Карпера по почкам. Рослый мужчина упал и покатился по полу.

— Пошли, парень, тут воняет. — Новичок улыбнулся Марку.

— Но мой приятель…

— Забудь о нем. — Он махнул рукой. В загон вошли пятеро охранников. Они подняли Халперна и Карпера и унесли их. Проходя мимо Марка и его нового знакомого, один из охранников подмигнул. — Видел? Может, еще увидишь своего друга, а может, нет. Они не любят тех, кто создает проблемы.

— Билл не создавал проблем! Это другой все начал! Это несправедливо!

— Парень, насчет справедливости тебе лучше забыть. Иначе конца твоим проблемам не будет. Есть покурить? — Он взял у Марка сигарету, взглянув на пачку. — Спасибо. Как тебя зовут?

— Марк Фуллер.

— А я Дуган. Зови меня Бифф.

— Спасибо, Бифф. Думаю, мне была нужна помощь.

— Еще бы. Черт, это было забавно. Да и Карпер все равно начинал действовать мне на нервы. Сколько тебе лет, парень?

— Двадцать.

А этому что нужно? Боже, неужели он тоже ищет товарища по койке?

— Ты не выглядишь на двадцать. Налогоплательщик, верно?

— Да… но откуда ты узнал?

— По тебе видно. И что делает здесь парень-налогоплательщик?

Марк рассказал.

— Это было несправедливо, — закончил он.

— Опять это слово. Ты учился в колледже? Читать умеешь?

— Ну, все умеют читать. Дуган рассмеялся.

— Я не умею. Не очень хорошо. И готов биться об заклад, ты единственный во всем загоне, кто прочел целиком хоть одну книгу. Где научился?

— Ну… в школе. Может, немного дома.

Дуган старательно выпустил кольцо дыма. Оно повисло в воздухе между ними.

— Я ни разу не видел видиск, пока меня не загнали в школу, а там никого не заботило, смотрим мы на экран или нет. Мог бы кое-чему научиться, но… слушай, может, ты знаешь то, чего не знаю я. Хочешь держаться меня?

Марк подозрительно посмотрел на него. Дуган рассмеялся.

— Эй, я не содомитствую с мальчишками. Во всяком случае, для этого меня нужно долго держать взаперти. Но человеку нужен приятель, а ты своего потерял.

— Да. Хорошо. Хочешь еще сигарету?

— Лучше прибережем их. Они нам еще понадобятся. Нарядный офицер открыл дверь загона.

— Классификация, — крикнул он. — Выходите через эту дверь.

— Надо идти побыстрее, — сказал Дуган. — Пошли. Вслед за другими они прошли длинным коридором и опять оказались в большой комнате. В конце комнаты стояли столы, и за каждым сидел надзиратель. Постепенно Марк и Дуган дошли до одного из них.

Надзиратель едва взглянул на них. Они назвали свои имена, и он набрал их на клавиатуре, встроенной в стол. Принтер загудел, и из него выпали две бумажные полоски.

— Есть предпочтения? — спросил надзиратель.

— А каков выбор, приятель? — спросил в ответ Дуган.

— Я тебе не приятель, — усмехнулся надзиратель. — Танит, Спарта и планета Фулсона.

Дуган содрогнулся.

— Ну, мы, конечно, не хотим на планету Фулсона. — Он сунул руку в карман Марка, достал пачку сигарет и положил на стол. Сигареты исчезли в комбинезоне надзирателя.

— Значит, не Фулсон, — сказал надзиратель. — Да, я слышал, что на Спарте осужденных освобождают. — Он больше ничего не сказал, но выжидающе посмотрел на них.