Владимир Кучук - Под взглядом двух лун
Вакуленко приехал из Москвы, куда занесла его отца под дембель все та же воинская служба. В Москве Володя учился с девятого по одиннадцатый класс. Хоть круглым отличником в школе и не был, оценки в аттестате о среднем образовании позволяли рассчитывать на поступление в не самый захудалый ВУЗ Москвы. Да и отец, к тому времени достигший высокого положения на службе и заимевший множество полезных знакомств в разных "верхах", был готов максимально посодействовать этому поступлению. Может все так и случилось бы и Владимир Вакуленко сейчас сидел бы в каком ни будь офисе в центре Москвы на должности старшего менеджера или коммерческого директора одной из тысячи фирм, которые постоянно что то продают, меняют, предлагают, представляют, гарантируют и так далее. Но в дело вмешался, как это бывает не редко, Господин Случай.
В конце девятого класса в школу пришел новый учитель — бывший военнослужащий, списанный со службы по состоянию здоровья, а точнее — по ранению. Звали его Михаил Викторович. Ранение он получил, участвуя в силовой операции по установлению конституционного порядка на территории Чеченской республики, или, говоря по-простому — во время второй чеченской войны. После долгого лечения в госпитале, медкомиссия признала капитана ВДВ, командира разведроты 23-й десантно-штурмовой бригады, Звягинцева Михаила Викторовича, непригодным для строевой службы.
Вначале были запои, частые и продолжительные. Жена, родственники которой настоятельно советовали бросить мужа — алкоголика, не губить свою молодую жизнь, своими слезами, уговорами, терпением, любовью, в конце — концов, вытащила его из той бездны, выходила….Родился сын, жизнь приобрела новый смысл. С работой, правда, туговато поначалу было. Устроился охранником на завод, тот вскоре закрылся. Взяли водителем к одному бизнесмену. Платили хорошо, ничего не скажешь. За пол года даже смогли каких-то денег накопить. Но потом этот бизнесмен разорился. Вызвал к себе Михаила и так и сказал, напрямую, мол — у меня полный голяк. Претензий не имею, но и платить не могу.
А тут в школе, где учительствовала жена, как раз освободились, одновременно, две должности — преподавателя по военному делу и ОБЖ и, после непродолжительных уговоров, Звягинцев решил попробовать себя на этом, как говорится, поприще.
Проблем в деле налаживания контактов с учениками не возникло: все девчонки школы тут же влюбились в высокого, с фигурой Аполлона и голубыми глазами, хоть и слегка прихрамывающего, мужчину. Мальчишки же, сразу же признав его непререкаемый мужской авторитет, дали кличку Рембо и на занятиях даже близко не позволяли себе тех выходок, которые запросто могли допустить при других учителях.
Со временем, при поддержке администрации, Михаил открыл при школе секцию самбо, в которой с удовольствием занимались многие, в том числе и Вакуленко. Постепенно секция переродилась в военно — патриотический клуб "Десантник", в котором ребята изучали историю ВДВ, путешествовали по местам боевой славы различных десантных подразделений во время войны, устраивали встречи с ветеранами — десантниками, изучали тактико — технические данные различного оружия. А самые смелые члены клуба даже совершили по несколько прыжков с парашютом — посодействовал один из бывших сослуживцев Звягинцева, который работал инструктором в аэроклубе. Среди этих смельчаков был и Владимир.
А к окончанию школы Вакуленко уже четко знал, куда будет поступать.
Субботин до поступления жил под Санкт-Петербургом, в Гатчине, с матерью и младшими братом и сестрой. Отец у них умер, когда сестренке — младшему ребенку в семье, был только год, а Сашке — семь лет. Может поэтому многие проблемы, которые пацанам обычно помогают решать отцы, ему приходилось преодолевать самому. На этом и основывалось формирование его характера. Хоть в школе Александр и был круглым отличником, мать вызывали чуть ли не каждый день — то к классному руководителю, то к директору. Дело в том, что любой непоседа по сравнению с ним, особенно в начальных классах, выглядел законченным флегмой. Маленький рост, чуть ли не самый меньший в классе, компенсировался неуемной и, казалось, неистощимой энергией и хорошей физической силой. Физрук в нем души не чаял, потому что Сашка часто выступал на различных соревнованиях в своем городе и, в основном, успешно. Выдумщиком он тоже был еще тем. Например: как-то после большого перерыва с десяток мальчишек пришли в классы по уши в грязи и мокрые. Как выяснилось — Субботин устроил соревнования по перепрыгиванию огромной лужи посреди школьного двора. Из участвующих сухими и чистыми остались человека три, в том числе и затевала. Или на физкультуре, когда преподаватель, после основных занятий, дал время поиграть в футбол, Сашка поспорил с одноклассником, что с большого расстояния мячом попадет точно в простенок между окнами. Мяч был установлен, как будто для выполнения одиннадцатиметрового удара, Субботин стал пятиться назад. Пацаны замерли. Никто не верил что Сашка будет бить, ведь попасть шансов, практически, никаких, а значит — окно будет разбито со всеми вытекающими отсюда последствиями. Кто-то даже тихонько, бочком, покинул место событий, как говорится — от греха. И вот — разбег и удар!..Ко всеобщему облегчению и безмерной гордости исполнителя удара, мяч лег точно в простенок между окнами на уровне второго этажа. Пришла очередь бить оппоненту Александра. Тот сначала категорически отказался, но был взят на "слабо" и "ссыкло" и смирился….
Окно в кабинете завуча на третьем этаже весело брызнуло осколками стекла под мелодичный звон и, через мгновение, в нем возникло охреневшее лицо хозяйки кабинета. В одно мгновение опытный взгляд поверх очков на кончике носа срисовал разбегавшихся, как тараканы, мальчишек, и в голове тут же был составлен список участников безобразия. Первым в этом списке, уже по умолчанию, был Саша Субботин. Маме за разбитое стекло пришлось платить пополам с родителями другого участника дуэли, а победитель получил свой очередной неуд в четверти за поведение.
Вот так и жили: Александр, с одной стороны, был одним из лучших учеников и спортсменов, гордостью школы. А с другой — директор, завуч, классный руководитель "рыдали" от каждодневных его выдумок и выходок, сводящих на нет общешкольные показатели по дисциплине.
После девятого класса Субботин учился в Питерском радиотехническом техникуме. По окончании год работал в мастерской по ремонту бытовой аппаратуры, хозяином которой был муж близкой подруги матери Александра. Работа нравилась, спорилась. Сашка все схватывал на лету и вскоре стал ведущим мастером, чем заслужил не только похвалу и уважение со стороны начальства, но и скрытую зависть со стороны некоторых работников, которые за более продолжительное время работы в мастерской не смогли достичь таких успехов и считали, что тут без блата не обошлось.