Анна Китаева - Одержимые Зоной

Через каких-нибудь пару сотен метров дорога закончилась тупиком.

Автобус въехал на площадку, окруженную по периметру какими-то прилавками и облезлыми будками. Над одним из прилавков была развешена сушеная рыба, по соседству громоздились какие-то кастрюли, и Мышка с изумлением поняла, что это местный ры-ночек.

- Приехали.

Кайман подхватил рюкзак и выбрался из автобуса. Мышка поспешила за ним, пока бабка не заблокировала авоськами проход.

- Куда мы приехали? - не выдержала она, оказавшись снаружи. - И что за документы ты ему показал?

Сталкер ухмыльнулся. Похоже, после пересечения шлагбаума у него сильно поднялось настроение.

- Справки о том, что мы местные жители, - охотно пояснил он. - Поэтому нам разрешается въезд в поселок Подлесье.

- И что, справки на английском? - не поняла Мышка.

- Нет! - развеселился Кайман. - Справки, представь себе, на двух языках. На украинском и на белорусском. В чем же и вся прелесть!

- Ничего не понимаю, - помотала головой Мышка.

- Сейчас, - невнимательно сказал Кайман. - Сейчас мы зайдем в одно место, мне тут кое-что надо прикупить, а потом я тебе все объясню.

Мышка пообещала себе ничему больше не удивляться. И все равно удивилась, когда "одно место" оказалось сельским магазинчиком, а купил там Кайман ни много ни мало полтора килограмма разных карамелек.

- Клоун любит белорусские. - пояснил ей Кайман, чем только запутал девушку еще больше.

От магазина они по узенькой улочке за пять минут вышли из поселка. За последними огороженными участками и впрямь сразу, без предупреждения начинался лес. Тропинка нырнула в густые кусты и пропала, однако Кайман уверенно двигался вперед. Продравшись сквозь полосу кустов, Мышка и сталкер оказались в сумрачном старом лесу. Идти стало легче - подлеска здесь почти не было.

- Так вот, - непринужденно сказал Кайман, - Подлесье - это тоже своего рода аномалия. Только бюрократическая.

Когда в далеком тысяча девятьсот девяносто первом году бывшие республики Советского Союза превратились в суверенные государства, крошечный поселок Подлесье оказался наполовину украинским, наполовину белорусским. Собственно, он всегда находился на границе, но до девяносто первого года это никого не волновало. Да и потом не особенно тревожило, оставаясь в большей мере формальностью. Ситуация обрела новый смысл в две тысячи шестом году, после второй Чернобыльской катастрофы. Дело в том, что разные государства по-разному прочертили контуры аномальной зоны на своей территории. Украинская часть поселка попала в Зону, а белорусская - нет.

Официально украинский поселок Подлесье закрыли и жителей отселили. На практике же почти никто не уехал. Кто-то поменял документы на дома, с тем чтобы числиться на белорусской территории. Кое-кто даже гражданство сменил, причем одни поменяли с украинского на белорусское, другие - с белорусского на украинское, кому как показалось полезнее. Но в основном люди просто продолжали жить как жили.

- А все-таки здесь Зона или не Зона?

Лес Мышке не нравился. Какой-то он был настороженный и неуютный.

 - Сама подумай, - хмыкнул Кайман. - Ты же местная, должна понимать. Реальные границы Зоны колеблются, как полоса прибоя у моря. Бывают приливы и отливы. А официальная граница - это всего лишь линия на карте. И Периметр - это линия, только уже на местности.

- Хорошо, - Мышке надоели словесные выкрутасы сталкера, - тогда скажи, где Периметр? Позади нас или впереди?

- Внешний позади, внутренний впереди, - пояснил Кайман. - Украинский блокпост - впереди.

- А белорусский?

- А белорусского блокпоста не существует, - снова развеселился сталкер. - Въезд иностранных граждан на граничащие с аномальной зоной территории Белоруссии, по соглашению двенадцатого года, контролируют войска ООН. Они-то нас и пропустили.

- Не понимаю, - рассердилась Мышка.

- Никто не понимает! - хохотнул Кайман. - А пока никто не понимает, в поселок Подлесье можно приехать на рейсовом автобусе, сунуть американцам справку на непонятной им кириллице и топать дальше пешочком.

- И зачем такие сложности, если впереди все равно блокпост?

- Сложности? - изумился сталкер. - Вот форсировать защитную линию Периметра около Чернобыля-4 - это сложности! Резать спираль Бруно, пробираться среди минных полей - это да, удовольствие выше среднего. И все равно иногда приходится лезть на рожон. Особенно когда возвращаешься из Зоны. Там, бывает, не выбираешь, куда идти. Идешь, куда можешь.

- Но блокпост! - упрямо повторила Мышка.

Кайман неожиданно остановился, развернул ее к себе лицом, жестко взял за плечи.

- Слушай, малая, ты вроде не дура, а? Государственные законы - это не законы природы. Гравитацию, к примеру, не обойдешь, а какую-нибудь декларацию, хоть бы и международную, - запросто. Ну что блокпост? Есть посредники, есть определенная такса за проход, договариваешься со старшим смены - и топай себе через Периметр. И заметь, парни даже не будут виноваты, потому что с точки зрения Украины это внутренняя линия, а через внешний кордон нас уже пропустили. Негр в беретике пропустил. И доброго дня нам культурно пожелал.

- Ты же не знаешь английский! - возмутилась Мышка.

- Кто тебе сказал? - хищно ухмыльнулся Кайман.

- Так ты же сам!.. - девушка запнулась.

- А ты, значит, веришь всему, что вслух говорится, да? - прищурился сталкер.

- А... ну, если так...

Мышка переварила информацию.

- Значит, мы идем на блокпост, даем взятку и проходим в Зону? - сердито уточнила она.

- Нет.

Сталкер полез во внутренний карман брезентовой куртки, достал ПДА и удовлетворенно кивнул.

- Сегодня нам блокпост ни к чему. Мы не идем в Зону, потому что Зона сама идет к нам.

Мышке на мгновение стало жутко. Ей показалось, что Кайман сошел с ума. Что значит "Зона идет к нам"? Запутал он ее вконец своими рассуждениями. Девушка вдруг почувствовала себя уязвимой. Очень неприятное ощущение! Одна, безоружная, в незнакомом лесу, с психом...

- Страшно, да? - усмехнулся сталкер. - Это дыхание Зоны, детка. Зона дышит жутью, так воспринимают ее люди. В первый раз особенно скверно. Сейчас станет еще хуже, а потом должно пройти. Помнишь, я сказал - приливы и отливы? Их нельзя предсказать научно, но есть люди, которые чувствуют их приближение заранее и составляют сводки. Я специально подгадал такой момент, чтобы оказаться здесь. Сейчас к нам движется прилив.

Мышка и сама уже ощущала что-то необычное. Зачесались кончики пальцев, холодок пробежался по хребту, встали дыбом волоски на руках. Словно чья-то ледяная рука потрогала ее беззащитно оголенный, свежестриженный загривок. Лес угрожающе зашумел под налетевшим ветром. Внезапно низовой порыв ветра донес тухлую вонь болота, и Мышка от неожиданности закашлялась. Кайман снова жестко взял ее за плечо.