Йен Дуглас - Звездный корпус

В таких ситуациях забываешь о чинах и званиях. Джон Гарроуэй повернулся и посмотрел на запад. Отсюда была видна Ан-Кур — бывшая Ан-Кур, мрачный приземистый холм. Некогда оплот гнева… а сейчас просто груда серовато-черного пепла, вырастающая над горизонтом. Распухший диск Мардука скрылся за тучами, словно недоумевая, почему больше не задевает вершину Горы Богов.

Значит, комдор Вальдес погибла?

О Богиня! Еще час назад они разговаривали… и он хотел пойти с ней. Черт подери… он же знал, знал: она уходит, чтобы не вернуться. И не взяла его с собой. Горечь переполняла его, она ощущалась во рту и жгла глаза.

Вомицки, Дюнн, Гарви, Кэт Винита и он сам… Вот и все, что осталось от их отделения. Пятеро из двенадцати. Черт, черт, ЧЕРТ!!! Он чувствовал себя так, словно только что потерял семью.

Они и были его семьей. Мама где-то далеко и за это время состарилась на десять лет. Где сейчас Линнли, известно одной Богине. Единственная семья, которая у него осталась — это Корпус… и вот за какие-то несколько часов семеро из одиннадцати членов его семьи навсегда покинули этот мир.

По какой вселенской прихоти, по какому праву он все еще жив и дышит? И, что хуже всего, мыслит… в то время как они все мертвы.

— Так нечестно, — пробормотал он вслух.

Волны одиночества, которые до сих пор лишь бились о границы его личного пространства, теперь хлынули внутрь, грозя сокрушить и поглотить все, чем он был.

Потом рядом оказались двое. Гарви и Кэт Винита. Один из них подошел справа, другой слева, оба в бронекостюмах, но уже без шлемов и перчаток. Их лица потемнели от дыма… и печали, которая владела им последние несколько минут.

— Мне так не кажется, — сказала Кэт, и Джон понял, что ей тоже больно.

— Никто и не обещал, — ответил Гарроуэй.

— Ага, — подхватил Гарви. — Знаешь, иногда вселенная подсунет тебе под ногу камушек… мерзкий, скользкий…

— Может быть и так, — сказал Гарроуэй. — А может быть мы просто притворяемся, что все имеет какой-то смысл.

Здание торгового представительства

Дипломатический квартал

Новый Шумер, Иштар

10:15 по произвольному местному времени

Некоторое время Гэвин Норрис с нарастающим гневом созерцал картину погрома в бывшем офисе «Пан-Терры», а потом шарахнул кулаком по расколотому корпусу компьютерного монитора. Широкие окна, из которых открывался вид на Дипломатический квартал, были выбиты. Пушистые волоконца — какая-то разновидность местных растений — затянули все поверхности. На полу стояли лужи. А главное — секретеры, где когда-то хранились кристаллоносители, содержащие бесценную информацию, были перевернуты, обломки разбросаны по всей комнате. Стены и потолок густо покрылись плесенью, которая не скрывала черных пятен копоти — следов давнишнего пожара. Настольный сейф нагло демонстрировал свое пустое нутро.

Если Карлтон и оставил какие-нибудь записи, связанные с деятельностью Корпорации, они должны быть именно здесь. И, разумеется, их здесь нет. То, до чего не добрались ублюдки-аханну, уничтожили жара и сырость, благо у них на это было десять лет. Проклятье… «Мы все надеялись на чудо — а чуда не произошло»…

Так нечестно.

Нельзя сказать, что он сильно рассчитывал на Карлтона. Инструктаж, который Норрис прошел в Нью-Чикаго, начинался словами: «Возможно, вам придется все начинать все с нуля». Но неужели человеку трудно догадаться, например, нацарапать на стене записку — а лучше не одну, — которая позволит найти сейф с кристаллоносителями…

Попробуем снова. Чем черт не шутит?

— Вы нашли то, что искали?

Норрис обернулся. Доктор Хэнсон стояла в дверях — вернее, в дверном проеме, потому что двери были еще десять лет назад выломаны толпами взбесившихся инопланетян.

— Нет. Мой предшественник, похоже, редко наводил порядок в собственном кабинете.

— Это не его вина. Если кого и можно винить, то это аханну, которых он обхаживал. Вы только посмотрите, во что они тут все превратили… Просто чудо, что вообще не спалили все до основания.

— Этому зданию повезло. Я видел несколько домов, которые они сожгли… — Норрис огляделся и брезгливо поморщился. — Черт побери, почему? У нас установились прочные отношения с местными набобами… Все шло как по маслу!

— Мне это начинает напоминать классический пример Первого Закона Александера.

— Первый Закон… Александера?

— Одна из базовых концепций ксеносоциологии, — пояснила Хэнсон. — Человека, который сформулировал ее в двадцать первом веке, звали Дэвид Александер, сейчас его считают отцом Ксеноархеологии. Звучит это так: «Представители данной конкретной культуры могут понять обычаи, отношения и мировоззрение представителей другой культуры лишь в контексте собственной».

— Не согласен.

— Коренные американцы, впервые столкнувшись с европейцами, решили, что чужеземцы путешествуют внутри гигантских водоплавающих птиц, черных с огромными белыми крыльями. Парусные корабли с белыми парусами, понимаете? А древние шумеры считали, что Аннунаки — «те, кто спустился с небес» — это боги.

— Хорошо, вы меня убедили. Впрочем, это совершенно очевидно, так? Дикари будут считать, что компьютер и освещение — это магия или проявление божественной силы?

— Если их культура включает такие понятия, как «боги» или «магия» — так и будет. Дело в том, что ни одна культура не может быть свободна от культурных стереотипов. И мы, кстати, не исключение.

— К чему вы клоните?

Доктор Хэнсон кивнула.

— Конечно, вы не понимаете. Думаю, как и большинство людей вашего типа…

Сейчас Норрис заметил, что она держит какой-то предмет. Это были остатки тетради из скверной прессованной бумаги. Обложка сильно обгорела, страницы обуглились по краям и размокли, но при желании…

— Я нашла это в лаборатории доктора Моор.

— Доктора Моор?

— Это один из ксенобиологов, которые работали в посольстве. Похоже, кристаллоносители она увезла с собой, а это забыла. Вот: «Нас ввел в заблуждение Первый Закон Александера. Автохтоны[77] — не ацтеки и не китайцы. Кто может сказать, кто они? Кто сможет сказать, кто мы?»

— Авто…

— Автохтоны, аханну. На Земле до сих пор идут дебаты. С кем можно сравнить аханну, чтобы смоделировать развитие отношений с ними? С ацтеками начала шестнадцатого века или китайцами девятнадцатого? И доктор Моор предостерегает, чтобы мы не позволяли культурным стереотипам искажать наше восприятие. Только так мы можем понять, что представляют собой Аханну.