Максим Голицын - Глядящие из темноты

Ансард попытался подняться с колен, но не смог. Берг рывком поднял его на ноги и погнал перед собой, увертываясь от падающих сверху балок — перекрытия горели и рушились. Ансард вновь попытался извернуться, но Берг лишь чуть сильнее выкрутил завернутую за спину руку противника.

— Убей меня, — хрипел Ансард.

— Я не убийца, — возразил Берг.

— Разве? Ты самый убийца и есть. Думаешь, тебе это пройдет даром? Тебе тоже не удастся уйти безнаказанным, ты, ублюдок!

— Ладно-ладно, — Берг подтолкнул его вперед, — двигайся.

Лестница, ведущая в тронный зал, была перегорожена упавшей балкой — Бергу пришлось немало потрудиться, чтобы перетащить через нее упирающегося Ансарда; тот все норовил то придушить Берга, то кинуться в бушующее пламя.

— И везет же мне на самоубийц, — пробормотал Берг, — ладно, с меня хватит.

Он примерился и аккуратно ударил Ансарда ребром ладони по шее. Тот захрипел и затих. Берг схватил его за запястья и потащил вверх по лестнице, ежесекундно ожидая, что случайный обломок пришибет их обоих. На верхней площадке он остановился, жадно хватая пропитанный гарью воздух. Но здесь дышать было немного легче — в кровле зияли дыры, и сквозь них были видны нависшие над замком тучи — такие низкие, что они отражали охватившие Солер огни пожаров.

— И никогда этого дождя нет, когда надо, — сказал он вслух, размазывая по лицу копоть.

И, словно в ответ, прозвучал удар грома.

Дождь хлынул с такой силой, что сквозь дыры в кровле на площадку натекла огромная лужа. Ансард, до сих пор лежавший неподвижно, заворочался, одурело тряся головой. Берг, приоткрыв рот, заворожено наблюдал, как вода борется с огнем. Перевес был на стороне воды; пропитанное застарелой сыростью дерево горело плохо. Пламя шипело, корчилось и наконец отступило, оставив после себя дымящиеся обгорелые балки.

— Ну и ну, — сказал Берг.

Он вновь завел Ансарду, который, глухо рыча, пытался приподняться с пола, руки за спину и, задыхаясь и кашляя в густом дыму, погнал своего пленника вперед.

Ввалился на середину зала и остановился, дико озираясь. Со стороны он выглядел ничем не лучше Ансарда, который вдруг выпрямился, поднял голову и напрягся, как будто в нем зашевелилась невидимая пружина. Зал был полон. Не оборванцы-мародеры, не полупрозрачные от голода горожане, иссохшие, точно листва осенью, или опухшие, как пропитавшаяся водой жаба, но движимые живительной яростью, нет, крепкие, обученные ребята, все при деле. Арбалетчики, застывшие в нишах, немногочисленная, но вышколенная личная охрана в мундирах цветов Эрмольда, пехотинцы в побуревших от жара камзолах деловито растаскивали завалы…

Тронный зал пострадал от огня меньше, чем Берг ожидал, — разрушения ограничились лишь следами поспешного бегства — сейчас их торопливо прибирали люди Эрмольда, затирая кровавые лужи и просто лужи ворохом изодранных гобеленов. Мертвых тел тоже не было — должно быть, их просто вытолкнули в окна и сейчас они громоздились под стеной, наваленные друг на друга, точно штабель дров.

— А, вот и вы, — сказал Эрмольд.

Он отошел от окна в дальнем конце зала — должно быть, потому Берг сначала и не заметил регента.

— А я все гадаю, куда это подевался наш амбассадор Берг, — заметил он. — Я думал, он давно уж выстроил себе уютный шалашик где-нибудь в дельте, а он, оказывается, предпочитает находиться в самом центре событий… Интересно, а ваш коллега тоже здесь?

— Я… — Берг в затруднении помотал головой. Он по-прежнему сжимал Ансарда в медвежьих обьятиях и оттого чувствовал себя безумно неловко — комик, валившийся на арену, под насмешливыми взглядами зрителей…

Двое, повинуясь короткому кивку Эрмольда, приблизились к нему, аккуратно подхватили Ансарда под руки и поставили рядом с Бергом. Еще двое встали по бокам терранца. За спиной раздался тихий, но отчетливый щелчок — он не мог видеть нацеленных на него арбалетов, но затылком ощущал их присутствие.

Эрмольд щелкнул пальцами, и пехотинец, разбиравший завал, вытащил из-под груды обломков уцелевшее кресло и с натугой подтащил его к регенту. Эрмольд, кряхтя, устроился на бархатной подушке и вновь обернулся к Бергу:

— Вы хотели что-то мне сказать? Не стесняйтесь, облегчите душу.

— Я… — Берг поглядел на него, перевел взгляд на свои бесполезные руки.

«Все, — подумал он, — приехали». Почему-то мысль о неизбежной расправе не вызвала страха — словно он, незаметно для себя, переступил какую-то невидимую черту, за которой его собственная участь уже не имела значения.

— Да, — Эрмольд задумчиво его разглядывал, — промашка с вами вышла. Недоглядел. А ведь сам же говорил — человек, изменивший один раз, изменит и во второй. Но я, понимаете ли, думал, что вами движут высшие цели… что вы действуете в интересах Терры… И потому поддаетесь голосу разума… А вы просто… перебежчики… Что вы так головой трясете? Скажете, нет?

— Нет, — горячо возразил Берг. — Мы хотели… уладить все миром… Это было бы выгодно… для обеих держав… в конце концов…

— Вот так, значит? — вежливо удивился Эрмольд. — Так благородно? И никакого личного интереса? Ну-ну…

Берг молчал, опустив голову и разглядывая выщербленные плиты пола.

— Да ладно вам… Я зла на вас не держу… дело прошлое… Как видите, ваша благородная миссия потерпела неудачу.

— Так, значит, — не выдержал Берг, — у вас все-таки был порох? Этот бедняга…

— Порох? Нет. Он тогда истратил весь запас — на испытаниях. У вас почти все получилось. Почти… Не вините себя, амбассадор Берг, возможно, вы все и делали как надо, просто обстоятельства были против вас…

Он обернулся к Ансарду:

— Я все удивлялся, почему вы не приняли доблестную смерть с оружием в руках… Уж было думал, что вас пришиб кто-то ненароком. Послал людей на поиски… А вы, значит, прятались, терранского амбассадора караулили? Надеялись отомстить? Хочу вас заверить — он тут действительно ни при чем… А вы, значит, сударь мой Берг, оказались не такой уж легкой добычей… Удивляюсь, почему вы его не прибили сразу? Ведь он, насколько я знаю, в свое время обошелся с вами весьма грубо. Почему сохранили ему жизнь?

— Я не убийца, — сухо сказал Берг.

— Ну да, разумеется… Зачем убивать своими руками, когда это могу сделать я? Вы же его доставили прямиком ко мне…

Берг пожал плечами — стоило лишь пошевелиться, как стража плотнее придвинулась к нему с обеих сторон.

— Я не собирался этого делать. Но раз уж так получилось — что ж… делайте с ним, что хотите. Теперь, когда он у вас в руках, к чему продолжать эту бойню?

Эрмольд удивленно поглядел на него.

— Да ведь все уже кончилось. Даже пожар гасить не пришлось. Очень своевременно ударил этот ливень. На этот раз кстати. Как вы полагаете?