Иван Косолапов - Мир Мрака 2027
– Ах, да. Расспросы… Ну, что он мог спрашивать? Конечно, откуда мы, куда направляемся, зачем, для чего, почему да и так далее. Ну, ещё как мы через Пролетарскую пройти смогли, да и что там было вообще. Но на это я сказал лишь, что вырубился, да двоих наших потеряли… - он приостановился, чуть постоял, смотря в пол. Я вспомнил ту ужасную картину и не поверил самому себе, что видел это. По телу пробежала дрожь, а изо рта неровным шлейфом вышел углекислый газ, на глаза набежали слёзы: та пара не заслуживали этого, да и для нас они стали больше, чем знакомыми. – В общем, всё, ха, в рамках.. жанра…
Антон затих, и по этой немоте я понял: это всё. Надо было перевести дух. Всё же зря я напомнил.
Постояв с минуту, я успокоился. И, чтобы расслабиться, начал думать об остальном составляющем выше сказанного. Поразмышляв немного, осознал, что ничего толкового-то там (в тех словах) и не таилось… И тут я даже чуть разочаровался.
– Вот чёрт… – поворачиваясь обратно, в смятении произнёс я. – Сволочь ты, Антоха…
– Чего это? – напарник чуть насторожился.
Когда он смотрел вперёд, я мог наблюдать его лицо, но как только поворачивался ко мне, свет ламп больше на него не попадал. Поэтому когда он в очередной раз обернулся на меня, я вновь не увидел чувств на его лике.
– Да, по твоей тогдашней реакции я ожидал куда более длинного и точного рассказа. А тут…
– А-а.. ха-ха, ну уж извиняй, – мой напарник явно не умел правильно распределять чувства, вот и в этот раз он сказал всё абсолютно беспристрастно.
Повисла затяжная пауза.
Вокруг никого не было. Звуки потрясающей мелодии еле-еле дотягивали до сюда, почему становилось ещё скучнее. В голову никак не лезли мысли.. хоть какие. Но нет, внутри было пусто. Наверное, просто не хотелось думать. Когда нога, стоя на которой я, подобно молодому охотнику, подпирал стылую стену, затекла, я быстро перешагнул на вторую конечность и продолжил стоять также. Хорошо, что моя мастерка и свитер были вновь со мной: теперь холод не чувствовался.. по крайней мере холод подземелий.
Эта тишина убивала, становилось не по себе. Каждый раз оборачиваясь на Антона, я убеждал себя, что не один. Чем больше проходило времени, тем больше мне приходилось повторять это действие.
“Ну, где же там Гоша? Что-то он задерживается со своей одежкой… А может, случилось что? Не, на вряд ли, он мужик умный и громкий – крикнул бы. А если не успел… Хватит!” – в голове не было мыслей, зато были ничем не подкреплённые опасения и переживания, которые, как я и сам понимал, были бессмысленны, почему их и приходилось усмирять внутри черепной коробки. Да и где-то в глубине души я отлично понимал, что прошло ещё очень мало времени… Того самого, которое людьми уже ценилось мало, и мало для кого оставалось чем-то существенным. Ведь для большинства оно было уже упущено и потеряно.. навсегда…
– Может, ещё что расскажешь? – вот так глупо начал я разговор.
Ну не мог я долго так держаться.. не мог!
– Смотря, что тебя интересует, – незамедлительно ответил парень: видимо, ему тоже осточертела эта тишина, только держался он крепче моего.
– Ну.. что ты узнал об этой станции… К примеру.
– Эм-м… Даже не знаю, что сказать… Узнал, что она вообще из себя представляет… Интересует? – как-то скептически он это спросил.
– Почему бы и нет, – пожал я плечам, хотя он этого, скорее всего, не видел.
– Первомайская – это оборонительная станция. У Дворца, так они называют свою территорию, – Антон чуть усмехнулся, – их всего четыре: Немига, Площадь Победы, вот Первомайская и ещё какая-то.. – мне показалось что охотник сгибал, при перечислении, пальцы.
Точно, он же никогда не был в Минске (а если и был, то не очень часто, наверное), и все эти названия для него были в новинку. А если и нет, то всё равно уже хорошенько позабыты. И вот, с первых уст, он мне, запомнив на слух, пытался передать их все.
Но я же помнил их лучше, просто потому что жил тут.. когда-то.
– Институт Культуры? – догадавшись, подсказал, с вопросительной интонацией, я.
– Да, вот, точно, он. Они являются, так сказать. Главными защитными кордонами основных. Центральных станций. Купаловской и.. вроде Октябрьской, – на этот раз я смолчал, но он этого и не заметил, лишь сказав: – В общем, ты и сам их знаешь. Над ними и стоит Дворец Республики, но они зовут его просто Дворец… – парень чуть приостановился. – Ха, по-моему, слишком пафосно.. как считаешь?
Ух ты, он впервые завёл со мной вольный диалог.
– Людям нравится давать подобные названия всему несущественному, - ого, как-то я сам от себя такого не ожидал.
В тот момент Антон был повернут не на меня, поэтому я увидел как он оценочно одобряюще кивнул, чуть выкатив нижнюю губу и приподняв тонкие брови, оголяя ярко выраженную, свежую, тонкую кровавую линию на переносице. Небось, недавно получил, что ж я не замечал…
– Хорошо сказано.
Я лишь усмехнулся.
– Ну так что, они защищают так называемый Дворец… И что?
– Ну и то. Это их функция. Они, как бы, периферия, – мне вдруг вспомнился Город у Автозаводской, и сразу стало как-то не по себе. – Но только не такая, которую мы видели у Дома. С уровнем жизни у них, судя по словам Ныркова, всё хорошо. Например, эта хрень, – он коротко указал на немалое сооружение, так и не удосужившись наградить меня взглядом, – на две платформы – отель.
Сначала я не поверил своим ушам.
– Чего?! – чуть изумился я, думая, что мне послышалось.
– Того. Не только же им оборонительную функцию выполнять. Мол, центральные станции слишком перенаселены, а на крайних наоборот места достаточно, вот они так их и используют. Нет, конечно на нескольких по-другому, там другие дела.. там, мол, школы какие-то, или что-то подобное. Ну а так, по-моему, правильно. Учитывая, что всё равно номера никогда все заняты не бывают, остаётся ещё немало места, на всякий пожарный…
– На какой ещё “всякий пожарный”? – поинтересовался я, полностью повернувшись к собеседнику.
– Ну, например на такой, каким стали мы. Нас же сначала хотели именно туда положить, только потом рассмотрели, что мы грязные как черти. Ха, я ведь как только сюда пришёл понял что света маловато, ха-ха. Ну ничего… – Антон вздохнул выдохнул, посмотрел на свой рюкзак и продолжил: – Короче повели нас в душевую, она кстати тут рядом: вон где мужик сидит, и рядом дверь. Вот там, как оказалось, все и моются. Там же, понятное дело, помыли и нас, за что я им благодарен. Затем вас решили отправить в лазарет, были опасению по вашему состоянию. А меня, чуть.. подкорректировав, – он почесал небольшой шрам посредине бровей, – отправили к начальнику охраны. Я же был единственным.. – он смачно зевнул, чуть прикрыв рот ладонью, затем помотал головой и поведал далее: – Единственным, кто был способен тогда вообще говорить. Ну, из нас троих, я имею в виду. Вот я там и отдувался за всех.