Николас ван Палланд - Наковальня

— Я слушаю, — холодно промолвила она.

— Допустим, — начал Габриел, — я скажу вам, что голубой ящик — это ловкость рук.

Наоми Сол презрительно посмотрела вдаль.

— Голубой ящик очень реален.

— Может, он и реален, — согласился Габриел, — но он не имеет значения.

— Для меня имеет.

— Почему? Почему он имеет для вас значение? Вы его когда-нибудь видели? Вы знаете, что это такое?

— Артефакт. И ключ к большой власти.

— Кто вам это сказал? Элспет? Моя сестра?

— Я не знаю вашу сестру.

— Да, верно.

Что-то разбило воду в центре бассейна. Миниатюрные голубые дельфины с винную бутылку длиной выпрыгнули из воды и заскользили на хвостах по бирюзовой глади, прежде чем снова уйти в глубину. Их было больше дюжины, их тонкие крики были настолько высоки, что почти выходили за пределы человеческой слышимости — жалкие, как шепот ребенка.

«Генинжевые дельфины?» — мысленно ужаснулся Габриел. Но никто не экспериментирует с дельфинами: дельфины разумные! Оставалось надеяться, что эти не такие. Сол все еще ждала ответа.

— Я скажу вам, что такое голубой ящик, — немного сдавленно проговорил Габриел. — Голубой ящик — это ловкость рук.

Последовала пауза. Дельфинчики нарисовали яркие круги в воде.

— Это все, что вы собирались сказать?

— Позвольте мне угадать, — ответил землянин. — Вы хотите его потому, что его хочет Саксон Рейнер. А если он хочет, о-о, эта штука должна быть ценной! Так?

Наоми снова начала терять терпение.

— Мистер Кайли. Мне очень многого стоило вытащить вас из тюрьмы. Я подозреваю, что Дана Сотак гораздо охотнее забрал бы свое признание, чем принял деньги, которые мы платим ему за добровольный риск провести два года на Приюте из-за незаконного владения огнестрельным оружием.

— Тогда почему бы вам не просветить меня? Что есть у Саксона Рейнера такого, чего нет у вас?

— Кьяра, конечно. — Свирепое выражение мелькнуло на лице Наоми Сол.

Габриел фыркнул:

— Простите, не понимаю. Кто он? Король? Он входит в Конклав, но и вы тоже! «Байрон Системс» — всего один из сотен конгломератов, сосредоточенных в Кьяре.

— Все несколько сложнее. «Кьярские Предприятия 99» — превосходная компания. Первоначально мы базировались на Гелиосе, а потом… да… почти сорок лет назад, мы перевели наш центр операций сюда.

— Из-за кьярских Законов о неприкосновенности частной жизни?.

— В том числе, — подтвердила Сол. — Компания — живое существо, вот философия «КП 99». Чтобы оно выжило, его необходимо питать, а Кьяра — самый оживленный деловой центр в КЗС. Компания должна расти…

— А-а! — иронично протянул Габриел.

— Вы не согласны?

— Нет. Ничто не растет вечно, не удушая себя.

— Что душит «КП 99», так это не она сама, а «Байрон Системс»!

— «Байрон Системс»? Только она? Я-то думал, здесь наберется пара сотен транссистемных! Что, все другие тут ни при чем?

— Я говорю об уровне игрового поля. «Байрон Системс» не то, что остальные конгломераты. «Байрон Системс» и есть Кьяра.

— Это я слышал. Лицо Сол потемнело.

— В Кьяре нет ничего, что «Байрон Системс» не контролирует так или иначе! Орбитальные станции? Они сданы городу в аренду, но их владелец — «Байрон Системс». Сейсмологическая наблюдательная станция? «Байрон Системс». За полвека не было ни одного приличного исследования поверхности, а почему? Потому что «Байрон Системс» контролирует все, что имеет отношение к самому Тору, и не утруждает себя санкционированием такого исследования. Все это не важно само по себе, но вместе — весьма символично. И не заблуждайтесь насчет Саксона Рейнера. Этот человек достаточно эгоманиакален, чтобы ввести охотничий вирус в кьярскую сеть ради того, чтобы выследить и уничтожить каждую копию неразрешенной биографии, которую кто-то о нем написал. Никто не мог этого доказать, но я точно знаю, что это сделал он.

Последнее было сказано с такой убийственной серьезностью, что Габриел едва не рассмеялся. Сол, должно быть, заметила это, потому что ее тон резко изменился, став жестким.

— А теперь вам лучше возбудить мой интерес, или наш разговор будет окончен.

— Хорошо. Допустим, — медленно начал Габриел, — я скажу вам, что «Байрон Системс» — ваша «Байрон Системс» — больше не владеет ничем в Кьяре. Ничем. Допустим, я скажу вам, что последние двадцать лет она потихоньку распродавала все свое недвижимое имущество здесь на Торе и переводила остальное на другие планеты, причем так, что никто ничего не заметил.

Сол источала надменность.

— Боюсь, мистер Кайли, вы очень мало знаете о том, как работают такие вещи…

— Очень мало? Черт побери, да я знаю все! Пусть я в этом ничего не смыслю, но… есть люди, которые смыслят! Я мог бы показать вам записи с анализом, наглядно доказывающим именно то, что я только что сказал. «Байрон Системс» не владеет почти ничем на Торе. Я даже сомневаюсь, что она еще владеет тем зданием, в котором находится.

— Это невозможно.

Габриел не отступал.

— Где угодно, кроме Тора, да. Но с Законами Тора о неприкосновенности частной жизни такое провернуть — раз плюнуть! Надо лишь позаботиться, чтобы все смотрели куда-нибудь в другое место.

— На голубой ящик.

Голос Сол остался нейтральным.

Землянин растопырил пальцы как лучи восходящего солнца.

— Ловкость рук.

Целую минуту, которая ему показалась вечностью, Наоми Сол не отвечала. Габриел остро сознавал хлопанье крыльев, эхом отражающееся от купола, шелест плюща. Ревел фонтан, и высоко над его ревом все так же шептали дельфины.

— Нельзя ли поинтересоваться, зачем «Байрон Системс» пошла на такие хлопоты, чтобы избавиться от своих владений здесь, на Торе? — спросила наконец Сол.

— Чтобы это узнать, мне и нужна ваша помощь.

— Гм, — задумалась Сол. — Я, конечно, должна проверить то, что вы говорите.

— О, это можно проверить… хотя, боюсь, вам потребуются месяцы, чтобы раскопать все следы.

— Однако вы собираетесь предложить мне эти записи.

— Да, но не бесплатно.

— Я заплачу, сколько вы просите.

— Это не то, что вы думаете.

— Понятно. Тогда что же это? Габриел отсчитал по пальцам.

— Два условия. Первое: Изадора Гацалуменди и Ли Чуен. Я бы хотел отправить их из Кьяры в безопасное место, и я хочу, чтобы ваш обожаемый адвокат вытащила Хитедоро Изеки из тюрьмы.

— Это уже три условия.

— Будем придираться?

— Я не могу гарантировать, что сумею вытащить Изеки из тюрьмы. Но я договорюсь с Клаудией Эрнст, чтобы она сделала для него все, что сможет.