Александр Горобец - Последний паладин
— Всё очень просто, Ваша Крутость! — прокричал ему Китяж. Сейчас я тихонько уколю ваш нежнейший хвостик иголкой и вы поставите отпечаток. Вооот здесь, — Китяж ткнул пальцем в бумагу, — А я вот здесь. И всё. Дело, как говорится, сделано.
— Давфффай, — перед носом Тяжина просвистел Толстенный хвост и хлопнул землю, подняв тучу пыли, — толькхххо сссмотрии, Заразсссу не занесссси. Сам видишшшшь в каких условияххх приххходитсссся работаттть. Адссские усссловия…
— Не извольте беспокоиться, Ваша Чистоплотность, — поспешил заверить его Китяж, — Всё продезинфицируем и, если надо, перевяжем.
Он взял у Бальтазара самую толстую иглу, но поняв, что она не сможет пробить толстенную кожу Змия, он посмотрел на Бузони. Точнее на нож, который висел на поясе у Бузони. Серёга недовольно поморщился, но нож протянул. Китяж, со всей силы воткнул его в хвост Питону и выдавил из раны капельку жёлтой крови. Искуситель даже не дёрнулся. Кирилл приложил хвост к бумагам, а затем выдавил из ещё не зажившего, с прошлого контракта, пальца своей крови и тоже поставил роспись. И Питон, вдруг сразу начал уменьшаться в размерах. Он не понимая смотрел на себя, на Китяжа и Бальтазара. А когда понял, что произошло, длинна его не превышала и метра.
— Бальтазсссар, ссссукхххха, — зашипел Питончик и попытался схватить демона за ногу, но Китяж, быстро пресёк этот выпад, наступив Змию на хвост. Прямо за ушами, где он, собственно и начинался.
— От суки слышу, анаконда сушёная, — злобно ответил Бальтазар, — Из-за тебя, гад ползучий мы здесь и оказались. Ты сука, а не я! Ты всех с пути сбил! Сначала Адама с Евой. Затем Денницу против Малыша настроил! Мы все здесь из-за тебя чалимся!!! Из-за тебя мне всю жизнь смотреть на эту зловонную КЛОАКУ!!!! — Бальтазар разошёлся не на шутку, но Китяж поднял пистолет и направил его, ему промеж глаз.
— Угомонился? — уточнил он у демона. Тот послушно закивал головой, — Теперь, что касаемо тебя, змеёныш. Будешь прыгать на Бальтазара, продырявлю, как поссать схожу. Понял??? — Питон, послушно хлопнул хвостом, — Отлично. Я теперь хозяин твоей души. И ты будешь делать то, что я тебе скажу, — змий снова хлопнул хвостом, — вот и славно, Китяж отпустил Искусителя и тот моментом свернулся улиткой и накрыл морду хвостом, — Сейчас, я задам вам вопрос, а вы мне на него ответите, договорились?
Змий опять хлопнул хвостом, на этот раз, себе по морде.
— Отлично, я вижу, что общий язык мы нашли, — Тяжин удовлетворённо заткнул пистолет за ремень, — А вопрос мой таков. С чего вы вдруг решили, что я — Паладин? Сначала ты, — он ткнул пальцем в Бальтазара.
— Я не знаю точно, — замялся Бальтазар, — мне директива пришла, от Денницы. Задержать двоих, которые попытаются пройти через запасный выход. Ну я там и сел. Бойцам такое доверять нельзя…
— Да уж, славно посидел, — Китяж улыбаясь похлопал себя по груди. Там, где во внутреннем кармане лежала купчая на Бальтазарову душу, — Ну допустим. А что скажешь ты, червяк?
— Имей уважшшение к Библессскому прсссонажшшшу, — огрызнулся Питон, — Инффформацссия на тебя пришшшла от сссамого начшшальника охраны…
— От Закирова, что-ли? — удивился Кирилл и посмотрел на Бузони. Тот всё это время стоял и наблюдал за весёлой компашкой, — Слышишь, Серёга. Нас, походу опять, слили.
— Точшшшно, — еле заметно кивнул головой Змий, — прчшшшём кто-то изссссвоихххх…
— Прекрасная получается картина, — Китяжа озадачила информация, добытая им оперативным путём, — Получается, что нас дальше, — он махнул рукой в центр Ада, — ждут???
— И не прсссто ждут…
— Ну что ж, не будем заставлять их ждать слишком долго, — Кирилл помрачнел, но махнул рукой и сказал, — Всё, мальчики, попрыгали дальше.
* * *— Это сссо мной, — прошипел Змий на пропускном пункте между кругами.
Вообще-то, что творилось на пропускном пункте, было зрелище не весёлое и малоприятное. Грешники, коим предстояло остаться во втором круге, мирно разбивались на два потока, огибая островок с десятком чертей с баграми. Те же, кто должен был идти дальше, почему-то непременно оказывались у самого островка. Их то и отлавливали своими крючьями черти. За рёбра они вытаскивали их на островок и гнали дальше. Работа кипела без перекуров, обедов и санитарных часов, двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Было видно, что раньше, до удара, черти не утруждали себя работой. Но теперь… теперь, всё было иначе. Черти работали в поте лица. «Клиенты» шли таким нескончаемым потоком, что они едва успевали их отгружать на приёмку в третий круг. Некоторые из грешников, пытались затеряться в толпе, но зоркий глаз главного чёрта вылавливал таких самым длинным багром, визжащего грешника проносили над всей толпой и публично пороли плетью с вплетенной в неё стальной проволокой. Чтобы другим неповадно было. Кожа на спине грешника, моментально лопалась и брызгала кровью, но стоило бесу поднять плеть для нового удара, как раны затягивались, и всё начиналось сначала.
Пропускной пункт для «сотрудников» кругов выглядел совсем по-другому. Это была не одинокая будка Бальтазара, а довольно таки просторное здание с несколькими комнатами. В комнатах было просторно и светло. Прохладный, синеватый свет струился от шаров, свисавших с потолка. В комнатах стояли удобные кресла, и диваны, обтянутые светлой кожей, с какими-то узорами. Приглядевшись к ним, Китяж прочитал вслух:
— Не забуду мать рАдную и отца — бухарика! — далее, под надписью красовалась русалка с огромными титьками, которая обнимала якорь. Кирилл понял — диваны, и кресла были обтянуты человечьей кожей. И от этого у него по спине пробежал холодок. Он, конечно, слышал, что жена коменданта одного из лагерей смерти в фашистской Германии, любила делать абажуры, обтягивая их татуированной человечьей кожей, но чтобы ТАК!
Больше Тяжину не удалось разглядеть ничего. Старый чёрт в генеральском кителе времён Великой Войны, подошёл к Китяжу и с нескрываемой злобой сказал:
— Гражданин Тяжин, пройдёмте!
— А что это вы такой злой, генерал? — с издёвкой спросил его Кирилл.
— Да была бы моя воля, я бы тебя здесь в кровушке утопил, шевели поршнями, — он махнул рукой в сторону двери, на которой висела табличка — «Круг 3. Проход только по спецпропускам».
— Ну, воля на всё, явно не твоя, — улыбнулся Китяж, а старый бес так посмотрел на него, что Тяжин понял — с генералами шутить не стоит. Никогда.
* * *После грохота и шума второго круга, третий показался Китяжу тихим и спокойным. Отбывали наказание здесь в основном женщины. Это было царство Белиала. И молодые люди. Это были похотливцы и развратники. И что сними, тут делали…