Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
На этом тоже ничего не кончилось — последним было Главное финансовое управление, где объяснили, сколько нужно платить налогов с доходов. Они долго разжёвывали Воротеляку, как умственно отсталому, что 30 % прибыли идёт в «фонд развития», а остальное облагается налогом в 3 %, что неожиданно по-людски и, вероятно, связано с тем, что советское руководство хочет стимулировать так открытие кооперативов. А уже потом, примерно в следующем году, запланировано введение прогрессивного налогообложения кооперативщиков.
Жириновскому быстро стало ясно, что в Мосгорисполкоме сами не до конца осознают, зачем и почему это всё, но бюрократические крючкотворцы откуда-то сверху спустили этот регламент, по которому теперь работают все исполкомы…
Ещё ничего не кончилось — осталось получить разрешение от председателя Сайкина, который всё изучит, подумает и завизирует итоговый документ.
Вертикальный гриль, к слову, тоже пришлось зарегистрировать, как изобретение в сфере общественного питания — регистрация ещё идёт…
«К стенке всех бюрократов и из КПВ их!!!» — с яростью подумал Жириновский.
Он уже не один раз пожалел, что впутался во всё это, но его слегка утешала мысль, что это нужно сделать, чтобы научиться и потом, когда придёт время, ловкими движениями рук открывать другие предприятия.
«А были бы деньги с трафика видеомагнитофонов — не было бы сейчас проблем!» — подумал Владимир. — «Просто открыли бы сеть кооперативов общепита, не на мои личные деньги!»
Воротеляк не стал брать кредит у государства, а обошёлся деньгами, выданными Жириновским — по согласованной легенде, это сбережения, накопленные членами кооператива.
Денег на всё хватило, поэтому они уже готовы открываться, хоть завтра, но, нельзя — нужно ждать, пока прокрутится бюрократическая машина.
— Уже готово? — спросил Иван, глядя на вертел, медленно совершающий свой оборот.
— Ещё нет, — покачал головой Жириновский, надрезавший мясо тесаком. — Корочка золотистая, но мясо ещё сыровато. Ждём.
В ларёк вошла Екатерина Георгиевна.
— Владимир Вольфович, я вас везде ищу! — всплеснула она руками.
— Так везде не надо было, — повернулся к ней Жириновский. — Надо было здесь, Екатерина Георгиевна! Что у вас?
— Прибыл письменный отчёт от ташкентского Дома, — сообщила ему секретарь. — Вы просили сообщить вам, как только он прибудет.
— Спасибо, — поблагодарил её Владимир. — Не уходите — у вас ведь есть пара десятков минут? Нам нужен ваш утончённый вкус и вердикт. Скоро будет готово…
Технологию приготовления турецкого дёнера он отточил дома, на самодельном гриле — Галине не понравилось, но Игорь был приятно удивлён. Но теперь гриль, можно сказать, изготовленный профессионалами, поэтому необходимо оценить качество его работы.
Жириновский принюхался к запаху. Пахнет жареным мясом и специями, без гари — это хороший знак.
В Мосгорисполкоме они зарегистрировали юрлицо «Кебаб-гриль» — вывеска уже готова, но сейчас находится в квартире Ивана.
Торговать они будут не только дёнером в лаваше, но и чебуреками, потому что существует риск маркетингового провала. Советские граждане настороженно относятся к новинкам, поэтому может сложиться так, что слишком смелый и необычный продукт вызовет отторжение.
Коммерческий провал Жириновский посчитал маловероятным, учитывая то, с каким упоением поглощали шаурму россияне — почти те же люди, что и сейчас, но просто уже не советские граждане…
Наконец, мясо прожарилось достаточно, поэтому Владимир перехватил тесак и начал срезать тонкие пласты мяса.
— Ваня, за работу! — скомандовал он.
Воротеляк коротко кивнул, развернул лаваш и начал укладывать ингредиенты.
Лук, солёный огурец, помидор, соль, болгарский перец, помидор, а также пошинкованное куриное мясо с вертела.
Заученными движениями свернув лаваш, он поместил его в прижимной электрогриль, который тоже считается изобретением и зарегистрирован соответствующим образом, и включил его.
Он засёк две минуты, выждал это время, а затем отключил электрогриль. Выложив дёнер на тарелку, он рассёк его на две части и поставил на стол.
— Быстро ты, — оценила Екатерина Георгиевна.
— Достигается упражнением, — улыбнулся Иван.
— Ха-ха-ха! — посмеялась секретарь Жириновского.
— Пробуйте, дорогая наша Екатерина Георгиевна, — попросил Владимир.
Иван взял бумажную салфетку, сложил её в два слоя и обернул в неё половину дёнера. Секретарь приняла блюдо и осторожно откусила кусочек.
— М-м-м… — протянула она. — Специй многовато…
— Так и задумано, — улыбнулся Жириновский. — А помимо этого претензии есть?
— Я не знаю, — пожала плечами Екатерина Георгиевна. — Это съедобно. И здесь есть мясо…
Она откусила и прожевала ещё один кусок. По лицу её видно, что острого протеста дёнер у неё не вызывает.
— Вы могли бы представить себе, что зайдя на ВДНХ и почувствовав голод, вы бы подошли сюда и купили это блюдо за рубль и десять копеек? — спросил у неё Владимир.
Екатерина Георгиевна задумалась.
— Дороговато, но… — произнесла она неуверенно. — Но чувствуется, что очень сытно… Да, наверное, всё-таки, да, могу себе представить.
— Ну, великолепно! — заулыбался Жириновский.
Поставки мяса согласованы — заключён договор с Красногорской птицефабрикой, по ценам существенно ниже розничных, что должно повысить рентабельность. Первую поставку птицефабрика осуществит в начале следующего месяца, а до этого времени они будут закупать мясо птицы на рынке.
— Можно есть всю жизнь, — поделился ощущениями Иван.
— И будут! — заверил его Владимир.
Не так он планировал зарабатывать первоначальный капитал, но план дал сбой и ему пришлось адаптироваться.
«До восемьдесят восьмого как-нибудь протянем, а там уже начнём раскручиваться…» — с надеждой на будущее подумал Жириновский.
Глава десятая. Комсомольцы-ленинцы
*СССР, Московская область, город Москва, Дворец культуры завода «Серп и Молот», 2 апреля 1987 года*
— Здравия желаю, товарищ подполковник! — козырнул улыбающийся старший сержант Ишемгулов.
— Здравствуй, Сергей! — обнял его Жириновский. — Какими судьбами здесь? И ты разве не в Афгане ещё?
— Так я же москвич! — сообщил ему тот. — И всё, кончилась служба!
— Ах, ты же из 70-й гвардейской… — вспомнил Владимир. — Ну, поздравляю!
— Дослуживать ещё два месяца, но я в отпуск напросился! — сообщил Сергей. — Вот, заглянуть решил!
— И правильно сделал! — улыбнулся Жириновский. — Всем москвичам и подмосковным в своей дивизии сообщи, что во Дворце культуры завода «Серп и Молот» дислоцируется Дом воинов-интернационалистов — всех ждём, всех примем!
— Так точно! — козырнул старший сержант Ишемгулов.
— Ты сходи к Екатерине Георгиевне, моему секретарю — скажи, что я распорядился выделить тебе три килограмма конфет из стратегического резерва, — сказал ему Владимир. — Угости родных и оставь что-нибудь однополчанам.
— Спасибо, товарищ подполковник! — заулыбался старший сержант.
— Давай, как дослужишь, обязательно приходи, — попросил его Жириновский. — До встречи.
— До свидания, товарищ подполковник! — попрощался с ним Ишемгулов.