Святослав Зайцев - Семицвет: молодость богов. Части 1-2

Сон ничего не ответил. А если и не нужно было отвечать?

— Ты или нет? — повторил староста ещё раз.

— Это был я.

— Они вывели на бой ученика? — удивился Павел.

— Да. И я не справился. — грустно сказал Сон. — И мне очень жаль.

— Они не имели права выводить на бой ученика! — взорвался он. И Сон впервые увидел как староста злится. Он и без того ходил всегда мрачнее тучи, но голос никогда не повышал. А тут просто взорвался. Кажется, тот задел его за живое. — Они даже не имеют права его пускать к привратнику!

— Я сам попросился.

— Ну и что с того? — окончательно вышел из себя тот. — Это же кровавое месиво! Да локализация совсем с катушек съехала! Там же сущий ад. Я бы взрослых туда не пускал. А тем более детей. Лет через двадцать там одни роботы будут. А твои родители хоть знают что тебя допускают в подобным операциям?

— Не знают. — холодно ответил Сон. — Им не положено. Семицвет это секретный объект.

— И тебе их ни капли не жаль? — ужаснулся тот. — Они хоть знают, что ты здесь? Или им как обычно соврали что ты уехал в школу для одаренных?

Сон промлчал.

— Или им вообще сказали, что ты погиб?

Сон снова промолчал.

— Это не твое дело. — произнес он медленно. — Я выполняю свою работу, а ты — свою.

Удивительно, но профессор не то, чтобы не попытался ввязаться в их ссору, остановить или пристыдить, он словно их не слышал! Не слышали и все остальные, только отводили глаза. Ему даже снова начало казаться, что на самом деле он ничего не говорил, а ему только показалось… Или это арена так на него повлияла? Он словно вспомнил тот самый необыкновенный опыт — когда его начало тошнить, голова была готова взорваться от странного, но он преодолели себя и встал, чтобы впервые шагнуть на арену… Конечно, тогда это была тренировочная плазма, тренировочный меч и короткая дуэль. Но ощущения он помнил до сих пор. Привратник был действительно похож на все эти плазмы, арены… И вот это странное прохождение из мира физического в мир энерго-информационный, один и тот же шаг, одно и то же движение мысли…

— Так, — произнес профессор, когда они дошли до конца лабиринта. — У кого ключ? — Удивительно — но профессор не то, чтобы не попытался ввязаться в их ссору, он даже словно бы их и не слышал!

Павел наклонился над заком и стал вводить шифр.

— Когда-нибудь и ты проведешь выездное занятие. — произнес профессор. — Когда тема урока совпадет с твоей специальностью и ты сможешь сводить нас куда-нибудь, где так же интересно… как среди этих бетонных плит и тусклых лампочек. О! Знакомые пенаты. — воскликнул профессор войдя в светлый залитый вечерним солнцем кордиор.

— Выход на арену мы решили сохранить стандартным. — сказал Павел. — Хотя у нас есть планы в отношении модернизации. Правда, они настолько радикальны, что наш отдел решился отказаться от этой идеи ещё в самом начале и потратиться на орбитальное освещение. Поэтому оставили арену как есть… Хотя на мой взгляд это совершенно ужасающая конструкция. Устаревшая и небезопасная.

Сон огляделся — ничего ужасающего в коридоре он не видел. Высокие своды, красивые, прохожие не лепестки колонны. Толстенное стекло — освещение естественное. Единственное что он заметил — они шли по остановленной беговой дорожке…

— Это остановленная беговая дорожка. — Вообще-то воины преодолевают эти 400 метров пешком. Они необходимы для анализа спектральной совместимости, ещё для… — староста остановился и грустно посмотрел на закат. — Разных других тестов. Да и вокруг арены должна быть зона покоя. Иначе возможны серьезные неполадки… Не все оборудование способно выдержать.

— Значит воины входят в бетоный коридор, затем мнуют этот лабиринт попадают на арену?

— Нет, бетоный кордиор они не посещают, сразу оказываются в коридоре. И чаще всего спокойно следуют к арене. Иногда быстрым шагом, иногда бегут. А иногда — бегут — по скоростной беговой дорожке. Стометровка! Да ещё стетику проверить надо, крепления там все, отчитаться о запасах плазмы, о табельном оружии… Ну вот и пришли. Сон внимательноогляделся.

Двери высотой метра четыре… Большие какие!

— Иные алые бойцы имеют звериную форму. Для большей ударной мощи… А иные — даже несколько. Первый преподаватель умеет превращаться в пернатого змея. Так же у нас есть бойцы волки, вепри и даже лисицы. — произнес профессор. — Нужны широкие двери, чтобы выпустить на арену этих монстров… Весь этот… Мифологический зверинец.

— Только есть одно но. — сказал Павел. — Воин, принявший звериную форму, или полностью перейдя в алый спектр теряет разум и может разорвать на части своих товарищей. Ну не прекрасно ли? — он остановился перед входом и снова набрал какой-то шифр и широкие, тяжеленные двери легко и бесшумно распахнулись — так словно ничего и не весили. — Надо заметить, что в то же время белоспектральный воин перейдя в свой спектр даже не сможет защититься, как так белый спектр есть жизнь и добро — и на уничтожение не способно. — он повернулся к ученику: — Так что я прекрасно понимаю логику оператора, давшего приказ отключить тебя от привратника. — добавил тот тише.

Сон сделал шаг и совершенно внезапно утонул ногой в глубокой, пушистой траве. Это было так неожиданно, что он даже сел на короточки и стал щупать руками поверхность арены.

— Эспериментальный отдел предлагает универсаьное и экологически чистое покрытие для арен — травку-муравку. — произнес Павел. — Он встал у входа, снял обувь и зашел на арену босиком. — Пока что это самая невинная и дешевая альтернатива дорогой и травмоопасной брусчатке, которой выложенны нынешние арены и которую приходится перекладывать после каждого боя.

— Мне нравится. — сказал Сон и тоже снял обувь, правда под носками была стетика, а её снять никак не представлялось возможности — пришлось бы полностью раздеваться.

— Ну надо же, наверное впервые за всю историю нас поддерживает воин. — сказал староста.

— Будущий воин. — поправил Сон. Группа разбрелась по зеленому океану. Травка была ровная, аккуратная, кое-где попадались белые цветы.

— В будущем на аренах будут роботы. — с вызовом сказал староста. Сон откинулся на спину. Было хорошо. Свежо. И пахло травой.

— Клево… Я бы поуправлял киборгом. — сказал Сон, прикладывая все усилия чтобы не заснуть в этом прекрасном месте.

— И мы отменим все оружие.

— Я бы тоже оружие отменил. Зачем оно нужно? У меня вот только нож…

— И упраздним привратник. — заявил тот.

— Правильно. — сонно сказал мальчик. — Зачем собачек расстреливать? Шум, гам, дым… Их надо сдавать в питомники и усыплять, если за ними никто не придет.