Йен Дуглас - Звездный корпус

… И тут аханну повалили со всех сторон. Спереди, сзади… Вот дерьмо! Они перли даже из пролома — из небольшого лаза, который был почти незаметен в темноте камеры. Периметр исчез, превратившись в россыпь крошечные островков, на которых морпехи, спина к спине, по двое, по трое, отбивались от врага.

Они гибли один за другим. Технологический уровень уже не имел значения: пики, дубинки и грубые железные ковырялки находили цель, пробивая стыки бронежилетов. Вот сержант Коуч исчез под грудой насевших на него воинов аханну. Плазменная пушка Томлина смолкла — морпеха буквально разорвали на куски. Половина Оперативного соединения была перебита… а тем, кто еще жив, оставалась от силы минута.

Джон стрелял короткими очередями, выкашивая воинов противника, когда раздался треск, шипение, и лазер смолк. Датчик на дисплее уже давно предупреждал, что устройство близко к перегреву. Теперь система бесстрастно докладывала: разрыв охлаждающей спирали, питание отключено, блок обработки данных перегорел. Быстро и резко развернувшись, он ухватил свой «Двадцать один-двадцать» за ствол, обрушил тяжелый приклад на плоскую морду какого-то аханну… и скорее почувствовал, чем услышал влажный хруст.

Следующий удар отшвырнул «божественного воина», который бросился на него, размахивая нелепо изогнутым клинком. Потом ударил еще раз… И еще…

— ДЖОН!..

Четверо аханну навалились на Гарви и повалили его. Узкие серповидные лезвия пик и острия клинков с тошнотворным скрежетом царапали гибкие сочленения бронекостюма на плечах, шее, бедрах и талии, стремясь проникнуть между прочными пластинами углеводо-полиамидных секций.

Потом Гарви закричал…

Гарроуэй снова взмахнул винтовкой, как бейсбольной битой, и аханну отлетел в сторону. Что-то ударило в левое плечо и развернуло его назад.

— Грави! — крикнул он. — Вставай, придурок!

Он попытался перехватить лазер поудобнее… и обнаружил, что левая рука отяжелела и онемела. Он просто не мог ей пошевелить. Проклиная свою немощь, он замахнулся одной рукой, и приклад вдребезги разлетелся о кирасу огромного тролля. От того, что осталось, не было никакого толка. Нож тоже куда-то подевался… Тогда, скорчив самую зверскую гримасу, как их учили в лагере, Джон бросился навстречу великану, вопя так, словно хотел сбить его с ног криком:

— УР-РА-А-А!!!

Возможно, монстр просто не ожидал такого нападения. Джон прыгнул на него, повалил и сам упал сверху. Какое-то время здоровенная тварь разевала пасть, издавая невероятную смесь шипения, свиста, мычания и храпа, и неуклюже ворочалась, потом небрежно махнула лапищей и отшвырнула человека в сторону, как тряпичную куклу. И так же неторопливо начала подниматься… Тролль был явно больше двух метров ростом даже при том, что сильно сутулился. В глубоких, как у неандертальца, глазницах тупо поблескивали непропорционально большие золотистые глаза. Он внимательно посмотрел на поверженного врага, потом занес двухметровую дубинку, усаженную обсидиановыми обломками…

— Внимание, морпехи! — закричал в тактическом канале капитан Уорхерст. — Всем лечь ничком и укрыть голову! Лежать, не двигаться!

Джон уже лежал — правда, навзничь, — а пошевелиться просто не мог. Он лежал и смотрел на визжащего тролля, который медленно поднимал дубинку.

А потом небо вспыхнуло ярче полуденного солнца. Тролль по-прежнему стоял, а его доспехи, мышцы и кости разлетались тлеющими клочьями, которые тут же сгорали в нестерпимом белом пламени.

Джон едва успел откатиться влево. Искореженные горящие доспехи упали точно туда, где он только что лежал. Вокруг с жуткими воплями метались аханну — вспыхивали, падали… носились по площадке, точно живые факелы, куда-то скатывались… и кричали, кричали… словно их постигла кара небес. В сущности, так оно и было.

Возьмите какое-нибудь вещество, способное гореть. Абсолютно любое, даже навоз, которым удобряют землю. Высушите и измельчите в мелкий порошок. А потом развейте в воздухе и бросьте спичку. Если уцелеете, то получите представление о том, что такое воздушно-топливный, или объемный, взрыв, сокращенно ВТВ. Или «бедняцкая ядерная бомба», или «сдуй одуванчик». Эту штуку изобрели около двухсот лет назад и изначально использовали для того, чтобы быстро очищать большие пространства от леса.

Новой, усовершенствованной версией стали дисперсные микробомбы — ДМБ-85. Каждая такая микробомбочка, размером не больше песчинки, содержит в себе смесь порошков термита, алюминия, магния и микроэлементов и сама по себе не опаснее спички.

Но когда в двух метрах над поверхностью взрывается кассета и в воздухе рассеивается несколько миллионов таких песчинок, воздух на мгновение вспыхивает, причем температура достигает тысячи градусов.

Два «Дракона» с басовитым воем пронеслись над Пирамидой Ока, меньше чем в десятке метров над усеянной трупами верхней площадкой и сбросили кассеты ДМБ-85 на бушующее море аханну. В мгновение ока на вершине пирамиды вспыхнуло неистовое пламя. Десятки аханну гибли в огне, некоторые, сброшенные на ступени огненным штормом, неподвижно лежали там.

— Держитесь, ребята! — прокричал Уорхерст. — Огневая поддержка прибыла!

Еще два «Дракона» приближались с севера. Пронзительно завизжали маневровые двигатели, и несколько кассет взорвались у основания пирамиды, поджигая все, что могло гореть. Полыхали трупы «божественных воинов», кучами громоздящиеся на ступенях, трещали и взрывались каменные плиты, которыми была облицована пирамида. Джон сжался и закрыл глаза. Осколки раскаленного гравия защелкали по его броне. На миг стало безумно жарко — казалось, сейчас он тоже сгорит заживо. «Марк VII» рассчитан на то, чтобы выдерживать сверхвысокие температуры. Но даже его системам требовалась хотя бы секунда, чтобы приспособиться к этому пеклу.

Однако эпицентр взрыва находился в метре над площадкой. По мере того как огненный шар расширялся, температура падала. Прошла секунда, Джон услышал мерное урчание встроенного кондиционера охладителя и вдохнул с облегчением. Судя по показателям датчиков, выведенных на внутришлемный дисплей, внешняя температура из «невыносимой» становилась «крайне дискомфортной».

Он рискнул приподняться и увидел, что Гарви лежит лицом вверх в метре от него. Джон подполз к нему, попытался пошевелить… В небе снова нарастал гул: первая пара «Драконов» заходила на новый круг.

— Санитара! — закричал он. — Санитара!

Но санитаров в Оперативном соединении Уорхерста не было. К тому же Джеральд Гарви был уже мертв.

Джон Гарроуэй рухнул поперек тела своего друга и стал ждать конца.