Уолтер Хант - Темное Крыло

Офицер разведки невесело улыбнулся.

— Это и есть самое загадочное обстоятельство, сир. Лицом, реквизировавшим вертолет, является офицер флота, без вести пропавший в ходе боевых действий во время последней кампании.

Это капитан Томас Стоун.

Адмиральский катер опустился на ангарную палубу. Его внутренние системы, после едва заметного скачка напряжения, подключились к энергетической установке «Ланкастера». Тед Мак-Мастере, собиравший бумаги в свой портфель, поймал на себе взгляд Джеймса Айронсайда, делавшего то же самое.

— Мне очень не нравится все это, сэр, — Айронсайд поставил портфель на свободное сиденье и оправил свой форменный китель. — Это противоречит всем правилам.

— Но мы имеем дело с исключительной ситуацией, капитан.

— Мне так не кажется, адмирал. Генеральный военный прокурор тоже так не считает. Военный суд — это военный суд, и…

— Суд имеет определенные обязательства перед обвиняемым. Мы были слишком беспечны.

— Да, что-то произошло, — Айронсайд взялся за ручку своего портфеля. Но произошло за пределами нашей компетенции.

— Кто-то хотел убить адмирала. Кстати, и вас тоже. Тот же залп, которым была ранена капитан Росс, мог задеть и вас. Будьте реалистом, Айронсайд. Как, по-вашему, Марэ должен был отреагировать на это? А команде «Ланкастера» он определенно доверяет…

— Конечно, ведь это его сообщники по мятежу, — пробурчал Айронсайд. — Я имею в виду, пока защита не доказала обратное. Хочу напомнить вам, адмирал, что эти люди сами не погнушались пойти на убийство, причем в гигантских масштабах. На борту этого корабля мы с вами вовсе не будем в безопасности.

Мак-Мастере тяжело вздохнул, прежде чем ответить.

— Адмирал Марэ дал свое слово…

— Оно не многого стоит.

— Черт побери, но это его слово, — продолжил Мак-Мастере, закипая от гнева. — И для меня оно кое-что значит, что бы вы мне ни говорили. Адмирал лорд и джентльмен. Не советую вам забывать, что до сего момента он остается адмиралом Космического флота Его Императорского Величества.

Он пообещал мне, что нам окажут соответствующий прием и разрешат беспрепятственно покинуть корабль, как только заседание окончится. Я принял его слово и буду уважать его.

— Без тени сомнения? — Айронсайд вплотную приблизился к адмиралу, стараясь получше уловить все нюансы выражения его лица. — Без страха за свою жизнь? А если адмирал Марэ неожиданно изменит свои планы и решит продолжить войну на стороне зоров? Или все-таки захочет стать императором? А ведь мы находимся на «Ланкастере» и окружены потенциальными предателями. Мы будем для них весьма неудобным багажом, согласитесь. Неужели, адмирал, вас даже это не беспокоит?

— Да. Признаюсь, беспокоит, — ответил Мак-Мастере после паузы. — Но от меня зависит продолжение этого процесса. Миллионы людей требуют головы Марэ. Но пока я здесь, толпе, жаждущей суда Линча, здесь места не будет. Я исполню свой долг и обеспечу вынесение такого приговора, которого он заслуживает, сколь сурового, столь и справедливого.

Мне предстоит серьезная работа, капитан, и я намерен ее выполнить. Надеюсь, что и вы тоже, — он повернулся на каблуках и направился к переходному шлюзу катера. Айронсайду ничего не осталось сделать, как последовать за ним.

— Если я вам понадоблюсь, я буду в шифровальной комнате, капитан Смит. — Молодой капитан отдал честь и пошел через взлетное поле к стоящему неподалеку комплексу зданий.

Смит, занявший место пилота в кабине вертолета, проводил его взглядом. «Наконец-то, — подумал он, — этот молодой служака найдет себе какое-нибудь другое дело».

Освободиться от него оказалось отнюдь не просто. Размышляя над порученным ему заданием, Смит должен был признать, что даже первая его фаза потребовала немалых усилий. Адмиралтейство категорически возражало, чтобы кто-нибудь — даже имперская разведка — приближался к вертолету, атаковавшему Марэ. Правда, против письма с печатью императора у них не нашлось аргументов.

Они разрешили ему пройти на территорию базы и показали вертолет, не переставая уверять, что обследовали каждый его миллиметр и ничего не обнаружили. Он улыбался, игнорируя все их объяснения. Наконец последний из них тоже ушел, позволив Смиту самому осмотреть машину. Хотя можно было не сомневаться, за его действиями следила установленная в кабине видеокамера скрытого наблюдения.

«Ладно, пусть шпионят», — с улыбкой подумал он.

Открыв небольшую дорожную сумку, он достал из нее прибор, очень напоминавший портативный детектор для поиска электронных «жучков». Эта разработка секретной лаборатории Агентства позволяла обнаруживать то, что не было видно невооруженным взглядом.

Установив прибор на полу кабины, Смит начал снимать облицовочную панель приборной доски. На вертолете, так же как и на всех летательных аппаратах, имелся «черный ящик», фиксировавший направление, расстояние и скорость машины в полете. При каждом изменении ее курса в «черный ящик» передавался весь комплекс данных. Изменить параметры полета, не оставив следа, было попросту невозможно. Команда специалистов из Адмиралтейства, естественно, не обошла вниманием и «черный ящик», но, к своему удивлению, обнаружила, что до того, как атаковать Марэ, вертолет… не пролетел ни одного километра.

Конечно, «черный ящик» можно было подменить. В Агентстве знали о таких случаях.

Сняв панель, Смит стал вглядываться в блоки авиационных приборов. Опечатанный «черный ящик» был надежно укреплен на стальной раме прямо под рулевой колонкой. Смит осторожно отсоединил его и поставил на пол.

Внешний осмотр «черного ящика» не выявил ничего подозрительного. Все печати были в порядке, на поверхности не было царапин или сколов. Смита это не удивило. Несмотря на защитный экран, проще всего проникнуть в «черный ящик» можно было не механическим, а электронным путем. Именно поэтому сам контейнер мог остаться целым и невредимым. Но здесь-то как раз и мог помочь его прибор, способный обнаружить даже незримые следы несанкционированного вторжения.