Лис Баюн - На руинах Эдема
В это место не совались даже Гонцы. Наверное, я буду первой (возможно, и последней) из тех безумцев, которые все же отважились на подобное. Ладно, Тесс, радоваться надо, занесут посмертно в список героев, — обнадежила я себя.
…Резкое чувство падения заставило желудок перевернуться, а сердце чуть не взорваться из груди: на долю секунды байк заглох… Резко прибавив газу, удалось все же удержаться в воздухе. Черт возьми, если такое повторится, когда рядом будет еще и Кайл… Все может закончится куда хуже, учитывая перегрузку, на которую мотоцикл не рассчитан.
Но мне оставалось лишь крепче впиться пальцами в руль и лететь вперед, надеясь только на себя. Молиться я, как вы помните, не умела.
* * * *Все тело болело, потрескавшиеся сухие губы саднило. К счастью, у него не забрали очки и противогаз: снаряжение вообще не трогали, да и над ним особенно не измывались. Всего пара ударов плетью — для Технобогов это пример невероятного великодушия. Кайл понятия не имел, почему его оставили в живых, да и страшно было об этом задумываться. И куда больше его волновало, жива ли Нина? Что было совсем маловероятно: когда его схватили, на девочку как раз набросилась стая Гончих…
В бессильной злобе на самого себя парень стукнул кулаком по каменному полу клетки. Проклятое самомнение! Ну почему он не позвал никого с собой, когда увидел, что пропал ребенок!? Хотя, в таком случае, погибнуть (или оказаться в точно такой клетке) мог кто-то еще.
А свобода маняще близка: от нее отделяют лишь толстые прутья, потрескивающие от тока, пущенного по ним. Грубая техника, насколько Кайл знал, не была создана пришельцами — они только использовали, возможно, немного изменив, изобретения людские. Ведь представители человечества, уступая Технобогам в изобретательности, почти догнали их по жестокости. Многое было утеряно, однако единицы из нынешнего поколения старались не забывать печальную историю их предков — в отличие от большинства, что пыталось только выжить, не гнушаясь ничем
…После холодной ночи пришел удушающий своими сухими ветрами день, а Кайл оказался совершенно обессилен. Постепенно отчаяние стало замещаться каким-то пустым равнодушием, клонило в сон, а обманчиво-мягкая слабость обтекала все тело. Слишком мала, почти несущественна была надежда на спасение.
Так что парень просто лежал, устало прикрыв глаза, и время от времени впадая в дремоту. Какой-то глухой плохо различимый шум мешал ему заснуть, с каждой минутой становясь громче — звук показался смутно знакомым. Кайл распахнул глаза и резко вскочил на ноги, чудом не задев прутьев решетки. Байк!? Не может этого быть! Кому хватило храбрости и глупости, чтобы прилететь на нем сюда… Разве что, если… Нет, пожалуйста, только не Тесс! Приложив ладонь козырьком ко лбу, Кайл стал вглядываться в небо, пытаясь отыскать там приближающийся летательный аппарат. Вспыхнувшие медной искрой на солнце волосы дали понять, что на нем именно Тереза, а никто другой. В первую долю мгновения в его голове почему-то мелькнула мысль о другой рыжеволосой девушке… Глупости, конечно, просто непредсказуемая реакция уставшего мозга.
Но Тесс, ей не нужно было прилетать сюда — дьявол, он никогда не простит себе, если с ней что-то случится! Поэтому, как только байк приземлился, а девушка кинулась на всех парах к клетке, Кайл крикнул: — Ну и зачем, скажи, ты это сделала?!
Тесс тут же застыла в паре шагов от смертельно-опасной решетки. — Кайл, сейчас не то место и не то время, чтобы доказывать, как ты крут и самостоятелен! — насмешливо сказала она и добавила, уже нежней, — Тем более, этого не нужно доказывать мне…
— Это опасно…
— Жизнь вообще опасная, знаешь ли, — парировала она, — Особенно у Гонцов. Так что, я вытащу тебя, пока эти инопланетные твари где-то шляются.
На бескровных губах парня сама собой появилась слабая улыбка, но он тут же постарался вновь стать серьезным.
— Тесс, здесь проведен ток… — обреченно произнес он, — У тебя не получится, лучше уходи.
— Что!? — возмутилась Тереза, — Не забывай, что я один из лучших механиков этого города! Максимум пять минут, и я тебя вытащу. Спорим, историю твоего героического освобождения будут рассказывать поколения спустя, — подмигнула она.
— Так, — принялась рассуждать девушка вслух, — Клеток здесь много, не думаю, что система подачи электричества у каждой автономная… скорее всего, тут разветвленная цепь, а это значит, что где-то должен быть единый источник питания — и провода, ведущие к нему.
— Тесс, порой ты меня пугаешь… — чуть слышно пробормотал Кайл, — Нельзя девушке быть настолько помешанной на физике и механике.
— Будем считать, что я не слышала твоего женоненавистнического замечания, — улыбнулась она, — Ага! Кажется, поняла, в чем тут дело! Ох, ладно, может мне потребует минут семь…
— В чем дело? — встревожился парень.
Тесс махнула рукой, изображая беспечность: — Ничего смертельного… но, похоже, «батарейкой» тут служит сам корабль… Чтобы отключить все, придется пробраться прямо к нему. Нам действительно повезло, что Технобогов тут нет.
— Ты не можешь отключить только одну клетку? Прости, знаешь же, что я не слишком разбираюсь в этом…
Девушка покачала рыжей головой: — Не могу. Провода тут расположены под землей, до них так просто не добраться. Все не так сложно — просто облечу на байке корпус корабля и найду, где эту систему можно будет отключить.
Кайл кивнул, понимая, что отговорить его отчаянную подружку не получится. Однако ему все равно было очень тревожно.
* * * *До ее сознания донеслись плохо различимые, будто проникавшие сквозь толщу воды, женские всхлипы. Еще несколько секунд спустя, она поняла, что это плачет ее мать.
Хотя инфанта и королева никогда не были особенно близки, все же определенная привязанность между ними имелась, так что девушка больше не могла равнодушно лежать и слушать рыдания матери.
— Что случилось? — хрипло прошептала она, распахнув веки. В глаза сразу же бросился слепяще-белоснежный подол платья, совсем непохожий на то, что обычно носила она. Странно… когда успели переодеть? И еще — горьковато-сладко пахло цветами. Девушка с удивлением обнаружила, что множество их украшают ее волосы. А когда она увидела напуганные, почти безумные глаза матери, резко обернувшейся на тихий голос, то окончательно убедилась: что-то не так.
— Мама… что с тобой? — повторила она свой вопрос, забыв о том, что согласно дворцовому этикету к родителям полагается обращаться на «вы».
Женщина с заплаканными глазами и растрепанными волосами, совсем непохожая на жену короля, лишь мотала головой, повторяя одно слово: — Нет, нет… нет…