Ольга Карелина - Эффект Домино

— Тебе надо просто меньше думать, брат! — весело проговорил он. — Горе от ума, знаешь такую поговорку? Забей на всё и просто иди к цели. А цепные псы пусть и дальше брешут на нас из-за прутьев своей клетки!

— Пожалуй, — слабо улыбнулся Домино, мимолётно подметив, как кстати оказалась применённая Азатом метафора. Но он прав, как всегда. Думать надо о будущем: в конце концов, им ещё восставать из пепла назло всем врагам.

Оставшуюся дорогу до тайника они обсуждали стратегию по внедрению в выбранную банду и оценивали достоинства и недостатки оставшихся ждать их товарищей. Очевидно, пока главной опорой стоило сделать Крайта и Палаша — с моральной и физической стороны соответственно. Домино искренне сожалел о смерти Болиголова, его верного соратника в деле наркодилерства (его изрешечённое пулями тело они нашли одним из последних), — хорошо, хоть все данные, собранные за четыре года, находились в интернет-хранилище и уничтоженный ноутбук, имевшийся у него при себе, не стал ещё одной неприятностью. Теперь на место Болиголова аурис наметил Крайта. Из Палаша должен был получиться хороший телохранитель: хаены, почти все наёмники, работали в любых структурах ради личной выгоды — но зато на них действительно можно было положиться. Умелые, неистовые бойцы, по рукам и ногам связанные собственным, остальным расам непонятным кодексом, они свято блюли так называемый «закон службы» и всегда делали всё возможное, чтобы исполнить свой долг. Но и стоили очень, очень дорого. Палаш прибился к ним сам, лишённый мочки правого уха, что означало, что из семьи его за какие-то грехи изгнали, и так же легко мог уйти, как только кто-то предложит ему место потеплее, — так что в первую очередь нужно было убедить его, что у них всё идёт отлично. И для начала хотя бы возвысить над остальными.

Забрав деньги и прикупив провизии и ещё несколько необходимых вещей взамен потерянных, аурисы отправились в обратный путь. Домино возился с новоприобретёнными гаджетами, настраивая ноутбук и планшет под себя, и совершенно забыл и про время, и про свои переживания. Джип уже приближался к месту их стоянки, когда сотовый ауриса завибрировал, сообщая, что ему звонит один из его давних подельников, перекупщик Куарт, распространяющий трианг на северо-западном направлении.

— Слушаю, — ответил на звонок Домино, и преувеличенно радостный голос Куарта сразу резанул его слух.

— Как жизнь, Йен? Я по делу. Как у тебя с запасами?

— Чего конкретно?

— О, ну «змейки», конечно! Я нашёл тебе ещё одного клиента с большими такими аппетитами. Жаждет партию в два раза больше той, что ты мне обычно поставляешь. Интересует?

— Допустим, — Домино залез в планшет, который уже полностью удовлетворял его требованиям, чтобы проверить остатки в двух запасниках. — Когда?

— В ближайшее время. Он как раз в Сангаре, недалеко от меня, завтра планировал уезжать. Проверенный человек, я с ним уже работал, не думай.

— А цена?

— Ну пока как у меня, а там как пойдёт. Так что мне ему сказать, друг?

— Скажи, к вечеру буду. Куда подвозить?

— Я тебе скину адресок на почту. Спасибо, друг! Ждём!

Куарт отключился, и Домино убрал телефон, начиная прикидывать лучший путь между тремя намеченными точками.

— Куда собрался? — поинтересовался Азат.

— Новый клиент в Сангаре. Хочешь со мной?

— С удовольствием. Час посидим и поедем. Он за триангом?

— Точно так.

— Ну и чудненько. Жизнь-то налаживается, а?

Домино усмехнулся. Он всё ещё удивлялся тому, что не приносящий совершенно никакого видимого вреда трианг был запрещён ГШР, — хотя клиенты подсаживались на него конкретно, как ему сообщали дилеры: люди не могли отказываться от вещества, дарящего им силы жить несмотря ни на что. Этакий антидепрессант-стимулятор без побочных эффектов, кроме разве что одного — непомерно высокой цены. Ну так за удовольствие всегда приходилось дорого платить.

Их новая стоянка была под покровом леса, в чаще недалеко от крутого склона Дракона. Пока Домино и Азат ездили, остальные уже окончательно обустроились, раздобыв, очевидно, в соседнем поселении и брезент для навеса, и выпивку, которую сейчас глушили — все, кроме забывшегося беспокойным сном раненого Хлыста, двадцатитрёхлетнего сухопарого хорона, бледного из-за потери крови. Пил даже Палаш, но, кажется, по чуть-чуть, определённо ради самого факта, а не результата. Домино, достав привезённые лекарства, отошёл к Хлысту, а Азат принялся разгружать машину.

— Я посмотрю, вы тут не скучаете, ребята, — дружелюбно сказал он собравшимся у костра, и Тим, опрокинув в себя остатки бутылки, хмуро спросил:

— Может, мы хоть теперь узнаем, кто твой советник, Сен?

— А что его узнавать? Зовут Йен, искренне предан нашему делу.

— Лицо, Сен. Хотите нашей преданности — предоставьте ответное доверие.

Азат, склонив набок голову, смерил изучающим взглядом так и не сводившего с него глаз пестроволосого сильвиса и крикнул в сторону:

— Йен, подойдёшь к нам потом без платка?

— Да без вопросов, — отозвался Домино, сразу поняв, в чём дело, хотя и не слышал разговора. Тим расслабился.

— Сколько будем тут сидеть-то? — поинтересовался он.

— Не думаю, что долго. Как только Хлыст очухается, так и поедем к нифирийцам. Кстати, мы к вам на час. Надо опять отъехать, получить расчёт за порошок, к вечеру вернёмся.

— Помощь не нужна? — поднял голову Палаш, и Азат на мгновение задумался.

— Да, пожалуй, нет, нас и так там будет двое. Охраняй лучше лагерь, у нас тут, в конце концов, раненый.

— Как скажешь.

Азат присел к ним, чтобы поставить жариться мясо. Подошёл Домино, обтирающий руки, и все у костра уставились на него.

— Так вы близнецы? — первым сказал Шакалёнок, восемнадцатилетний тамас, оказавшийся в их банде по чистой случайности.

— Не в бровь, а в глаз! — похвалил его Азат, не оборачиваясь. — Брат, вся провизия там, возле большого дерева. Хлеб достанешь?

— А мы-то всё гадали, кто этот загадочный советник, — хмыкнул Тим. — Неплохо придумано. Оставите фишку?

— Это пока под вопросом.

— И чем вы отличаетесь?

— Я добрее, — усмехнулся Домино, возвращаясь к костру с двумя буханками ржаного хлеба, и Азат саркастически фыркнул. — А ещё у нас разделение обязанностей. Сен по части рабов, а я — наркотиков. Но обращаться к каждому можно по любому вопросу и имени. Мы не принципиальные.

— Ясно…

Следующий час они вместе готовили обед и подробнее обсуждали банду Нифиря, лагерь которой, по последним данным, находился на противоположном конце Севера, у горной цепи Гадюка. Домино с Азатом надеялись узнать о них больше в Сангаре, так что поездка пришлась вполне к месту. Когда закипела похлёбка в котелке, тоже добытом в отсутствие аурисов, Шакалёнок вызвался накормить Хлыста и убежал с миской, поспешно дуя на горячий суп. Хотя бы частично сгладив всеобщее напряжение после стремительного сокращения банды и вынужденного сотрудничества людей, которые раньше друг друга знали только по именам, Домино и Азат оставили лагерь на Палаша и с куда более лёгкой душой поехали в Сангар.