Тарас Фомченков - Центр Бесконечности

Горлуох по-человечески склонился в глубоком поклоне, а затем что-то длинно и невнятно прорычал. Двое старейшин внимательно посмотрели на землян.

– Похоже, они ждут, чтобы мы представились! – Оксана дернула Егора за рукав. – Давай ты, у меня от страха коленки подгибаются!

Егор чувствовал себя немногим лучше – толпа безмолвных великанов нагоняла на него такой страх, что он уже успел дать самому себе пару зароков. Например о том, чтобы бросить межзвездный туристический бизнес и целиком отдаться административной работе на каком-нибудь маленьком морском курорте старушки Земли. В архипелаге Фиджи или Туамоту!

Однако выполнить обещание можно было только по возвращении, а показать себя трусом он совсем не хотел. Поэтому опасник зачем-то одернул комбинезон, стряхнул с рукава несуществующую пылинку и вышел навстречу двум пожилым ырлыанам.

Остановившись в нескольких шагах от старейшин и гордо подняв голову, он откашлялся. Затем осипшим от волнения голосом произнес стандартную фразу, которую вдалбливали в голову всем слушателям курса контактологии:

– Мир вашему дому! Мы пришли с других звезд и хотим стать друзьями!

Над ухом заворчал Горлуох, видимо, переводя приветствие на язык соплеменников. А как только он закончил, в зале началось нечто невообразимое!

Все ырлыане вдруг пришли в неописуемое возбуждение. Одни махали лапами и оглушительно рычали, словно что-то доказывая своим соседям, другие вдруг повалились на землю, прикрыв голову, третьи…

– Горлуох! – Егор дотронулся до лапы своего знакомого. – Скажи, все это рычание и размахивание лапами, это выражение восторга по поводу встречи с нами?

– Можно сказать, что так, – инопланетянин сверху вниз посмотрел на опасника.

– Интересно, – протянул тот. – Скажи, а почему тогда часть твоих соплеменников просто стоит и молча смотрит на нас?

– Помнишь, я говорил, что много моих братьев считают других разумных красивой сказкой?

Егор кивнул.

– Боюсь, что таких больше, чем я думал, – тихо прошептал Горлуох, и в его глазах мелькнула тревога.

– Это может быть опасно? – Оксана с тревогой оглядела зал и повернулась к нему.

Егор тоже потихоньку осмотрелся. Слова инопланетянина имели под собой смысл – довольно большое количество ырлыан действительно стояли и молча наблюдали за ним и Оксаной, ничем не выражая своих эмоций. Это холодное созерцание пугало даже больше, чем открытый и неистовый восторг.

– Да, это может быть опасно! – подтвердил сомнения Горлуох.

– Многим… – он замялся, подыскивая нужное слово. – Многим не захочется менять свои мысли об окружающем мире.

– То есть для них будет лучше, чтобы мы вовсе сюда не приходили? И ваша жизнь шла бы своим чередом? – продолжал допытываться Егор.

Тот промолчал. В этот момент оба старейшины вдруг подняли вверх свои посохи и что-то внушительно прорычали. Горлуох, задумавшись на секунду, перевел:

– Мои братья и сестры рады приветствовать вас, разумные брат и сестра в Воротах. Все ожидают рассказа о путешествии и надеются, что наша дружба будет взаимно приятной для двух наших народов.

– Это можно!

Напряжение немного спало, опасник успокоился и переспросил:

– Скажи, а нам с Оксаной дадут чего-нибудь выпить и поесть? А то от волнения в горле пересохло.

– Думаю, что да.

С этими словами Горлуох вслед за приглашающим жестом двух старцев двинулся вглубь огромного зала, и землянам ничего не осталось, как последовать за ним.

Ырлыане расступились в стороны, образовав узкий проход, по которому они и двинулись. Эта прогулка вглубь зала прибавила Егору не один десяток седых волос – нависающие над ним огромные фигуры вроде бы и не проявляли открытой враждебности, но тихое ворчание их переговоров друг с другом опять заставило сердце биться как сумасшедшее. Хотя рассудком Егор понимал, что это всего лишь аналог обыкновенного человеческого перешептывания. А, подойдя к огромному помосту, опасник с ужасом подумал, что вспотел, как будто только что переждал под открытым небом Земли сильный ливень.

Оксана выглядела не лучше. Девушка затравленным взглядом озиралась вокруг и так вцепилась в руку Егора, что, казалось, промнет ее до кости. О чем он сразу же ей и сказал.

– Извини! – Она убрала руку и поежилась. – Никак не могу привыкнуть! Хотя и понимаю, что все они – разумные создания, у них очень старая цивилизация, которая наверняка свое уже отвоевала, а все равно страшно!

У Егора вдруг защипало в глазах от нахлынувшего прилива нежности к подруге. Хотя они уже и не были так близки друг к другу как в самом начале бурного романа, он вдруг почувствовал, что целиком и полностью отвечает за эту девушку, за ее спокойствие, хорошее настроение и за то, что она обязательно должна вернуться домой. Целой и невредимой.

Опасник пару раз глубоко вздохнул, пытаясь унять сердцебиение, потом обнял Оксану за плечи и развернулся вместе с ней лицом к залу.

– Знаешь, – сказал он тихо, так чтобы слышала только она, – у меня тоже приступ ксенофобии. Никогда не думал, что мне будет настолько страшно видеть, общаться и находиться рядом с таким количеством разумных инопланетян! Наших бы ученых сюда, с их теориями всепланетного братства, я бы посмотрел как они отреагировали на пятиметровых разумных монстров с клыками длиной в локоть! Согласись, они внешне больше похожи на персонажей компьютерных стрелялок, чем на завсегдатаев философских школ!

Оксана, нервно сглотнув, кивнула:

– Да, до людей времен ефремовского Великого Кольца нам с тобой еще расти и расти! Ты читал?

Егор был знаком с произведениями великого писателя Земли Эпохи Множества Наций. Для людей его времени идеи, конечно, кое в чем казались наивными, но одного у них было не отнять: содружество рас во Вселенной было описано так живо и красочно, что хотелось строить свои отношения с другими разумными существами только с позиций идей вселенского братства. Вслух же он сказал, не в силах бороться с привычкой оспаривать все и вся:

– Знаешь, этот классик описал содружество рас, которые могли общаться друг с другом только с помощью каких-то древних средств связи. Если бы он хоть немного подумал о том, какие эмоции испытывает человек, увидевший инопланетянина воочию, то наверняка бы пересмотрел свою теорию!

Оксана хмыкнула, а Егору же от этой мысли почему-то стало легко. Он встряхнулся, еще раз глубоко вздохнул и сказал:

– Нам ничего не остается, кроме как показать себя истинными представителями Человечества! Хотя я боюсь!