Наследник Мудрецов. Том 10 - Роман Романович

— Помолвка уже состоялась? — уточнил Аркадий Павлович. — Насколько я знаю, нет. Если речь идёт о счастье вашей дочери, то чего вы так оттягиваете? Сами от паренька нос постоянно воротили, а сейчас вдруг спохватились.

— Не наговаривайте. Помолвка была отложена из-за коронации. Теперь займёмся этим вопросом вплотную.

— Приятно слышать. Но это не меняет ситуацию. Я поэтому вас и пригласил, не хочу нарушать достигнутые ранее договорённости. Только ситуация изменилась. Ставки слишком высоки, — спокойно обозначил император.

— Если опасаетесь, что Милгарды в будущем будут претендовать на ваше место, то зря, — ответил Труван Арканович. — Нас правление не интересует.

— До тех времён ещё дожить надо. Таланты Сергея слишком ценны, чтобы делать ставку на одну женщину. Уж простите за прямоту. Что касается причин соглашаться — просто назовите, что хотите.

— А сам парень что сказал? — уточнил Труван Арканович.

— Отказался. Даже приготовился воевать, если давить буду.

— Да неужели, — фыркнул Милгард.

— Сказал, что Солейну не предаст.

— Надо же. Впервые он мне начинает нравиться, — усмехнулся Труван Арканович. — Тогда тем более. На одной чаше весов жизнь моей дочери. На второй — ваши интриги. Хотите надавить? Попробуйте. Посмотрим, что из этого выйдет.

— Это ваша принципиальная позиция? Или мы всё же будем говорить по-деловому? — Голос Смородинского похолодел.

— Если говорить по-деловому, — ответил Милгард, — то вы просите очень много. Вопрос — что взамен? Нам вы ничего предложить не сможете, потому что не хотите нашего усиления.

— В этом предложении есть выгоды и для вас. Больше детей — больше возможностей. Солейна станет первой женой, а это тоже власть. Мне всерьёз нужно говорить столь очевидные вещи? — вскинул бровь Смородинский. — Это тот случай, когда договориться выгодно всем сторонам.

Продолжение этой фразы не прозвучало, но Труван Арканович прекрасно уловил подоплёку. Договоришься — и выйдет по красоте. Не договоришься — и начнётся такое, что никто рад не будет.

— Отрицать не стану, мы рассматривали разные варианты, — осторожно сказал Милгард.

Он был готов пойти на принцип, но не сказать, что пришёл в восторг от этого варианта.

— И сошлись на том, что лучше не рисковать.

— При всём уважении, Труван Арканович, — вкрадчиво сказал Смородинский. — После ваших слов так и хочется уточнить, а в чём же риск заключается. Статус первой жены позволяет многое. Если убрать в сторону эмоции, то сделку я вам предлагаю выгодную, по многим причинам. Да о чём речь, если у вас самого две жены. Так в чём же риск? Что Солейна не сможет это принять? Не хотите ли вы сказать, что самая талантливая девушка современности эмоционально нестабильна?

— Вы переходите черту, — голос Милгарда заметно потяжелел.

— Я всего лишь ищу понимания. Поправьте меня, если я неправильно понял ваши слова.

Милгард на это промолчал. Риск, что Солейна психанёт, был основным.

— Если же я понял правильно, то тем более встаёт вопрос… Стоит ли государству делать столь неоднозначную ставку.

— Что-то я не понял, — подался вперёд Труван Арканович, — вы оскорбить меня хотите? Всерьёз поссориться?

— Успокойтесь. А если вдруг не поняли смысла моих слов, так навестите своего отца и поинтересуйтесь, какие у него впечатления после битвы с властелином. Вот у меня после этой битвы впечатления так себе. А ведь явилась даже не армия. Так, небольшой отряд, который, не поведи они себя так нагло, мог бы уничтожить нас всех. Будем упираться рогом, Труван Арканович? Может, мне ещё напомнить, что ваша талантливая дочь без спроса явилась на поле боя? Нет-нет, — выставил ладони мужчина. — У меня к ней претензий нет. А вот будут ли они у эльдаров, большой-большой вопрос.

— На что вы намекаете? — нахмурился Милгард.

— Намекаю? Да я прямо говорю. Не то сейчас время и не тот у нас всех враг, чтобы мы проявляли эгоизм. Всем придётся чем-то жертвовать. И раз уж Сергей оказался столь полезен для государственных дел, то сами понимаете. Эту генетическую мутацию нужно сохранить и размножить.

— Если уж на то пошло, — заговорила Церера, — Сергей уже внёс достаточный вклад в борьбу с этими вашими эльдарами, чтобы заработать себе на счастливую семейную жизнь. Раз он сам отказался от вашего предложения, то пытаться нас заставить уговорить его — это как-то… — Женщина не закончила, не стала вслух говорить о наглости.

Аркадий Павлович даже не посмотрел на неё, продолжая глядеть в глаза Трувану Аркановичу.

— Как бы там ни было, — заговорил тот, — слова об общем благе ничего не стоят.

— Что возвращат нас к вопросу, будем ли мы говорить по-деловому.

— Кто будет определять остальных жён? — спросил Милгард. — Или уже есть кандидатки?

— Что скажете насчёт Армстронгов и Световых? Они не принципиальны, но вполне подходят под критерии.

— Пока ничего не скажу, — покачал головой Труван Арканович. — Только то, что во всей этой истории мы будем в первую очередь отстаивать свои интересы. И если они будут значительно ущемлены, никакого договора не получится.

— Тогда предлагаю пока на этом закончить встречу, — ответил Смородинский. — Жду от вас условий и что хотите взамен. Я, в свою очередь, возьму на себя согласование с остальными сторонами.

— Предложение пришлём, — поднялся Милгард, а следом за ним и жены. — Но скажу прямо — от ваших идей мы не в восторге.

Смородинский на это промолчал. Придержал при себе мысли о том, насколько он сам не в восторге от наглых аристократов.

Уже по пути домой, сидя в машине, Труван Арканович задал вопрос.

— Чего молчите? Что думаете?

— Солейна будет не в восторге, — покачала головой Александра.

— А кто в этом виноват, а? — посмотрел мужчина на Цереру. — Вот же! — дёрнул он рукой. — Заигралась с парнем и создала проблему.

— Что значит «создала»? — возмутилась женщина. — Я не виновата, что Сергей настолько проблемный парень.

Труван Арканович тяжело засопел и ничего говорить не стал.

Получить информацию о парне было ценно,