Бессмертие. Том 1. Воздух - Ха Ян

Хэ Янг поднялся. Он должен выяснить, что ему виделось.

Утренняя заря растекалась красками по небу. Влажные от росы листья касались кожи, цепляли водой края одежды. Холодный ветер освежал лицо. Чем ближе он приближался, тем больше ощущал чужое присутствие, но, оказавшись на месте, никого не обнаружил. Как ожидаемо. Хэ Янг остановился, прислонив руку к дереву. Не было смысла глубоко всматриваться – тебе не ответят тем же. Поэтому он прикрыл глаза и расфокусировал взгляд. Однако несмотря на слабый взгляд, его голова становилась только тяжелее.

Не могу думать…

Я не могу думать!

Ааарггхх.

Ему захотелось расчесать внутреннюю сторону своей черепной коробки, чтобы заставить мозг работать. Единственное, на что он может полагаться в этом мире – это на свой быстрый мозг, и если даже тот не может работать, то что ему вообще остается?

Хэ Янг глухо зарычал, вдавливая пальцы в кожу лица.

Отвратительно. Эти травы, которые он принимает, чтобы успокоить свой больной разум – отвратительны.

Работай, работай, работай!

Я волью тебе в глотку все травы и эликсиры, я раздроблю каждую извилину и заставлю работать заново. Ты просто не можешь отключиться, гребаная ты скотина!

Что-то дотронулось до его плеча, и голос позвал его:

– Хэ Янг, ты в порядке?

Аррргххх, отвали! Я измажу вас, смертных, своими внутренностями и заставлю глотать их по кусочку!

Необъяснимая и глубокая злость пробрала его тело, отпечатываясь в разуме. Он был готов кататься по земле и биться башкой об землю, лишь бы все заработало, хотя единственное, что ему нужно было сделать, – это просто лечь спать.

Два пальца легли на его лоб, и чужая энергия хлынула в его тело, насильно расслабляя напряженные мышцы.

– Тебе просто нужно поспать, – как в тумане прошептал голос. – Это не так сложно.

Заткни свой рот!

Хэ Янг ничего не сказал. Вместо этого он протяжно простонал, чувствуя, как жалобно он выглядит, но даже это было лучше, чем поток ненависти, заблокированный его ртом.

Я измажу вас всех, измажу, измажу!

В конце концов, он не успел остановить свой палец, когда рука потянулась вперед, чтобы схватить Ян Си за воротник и притянуть ближе. Блуждая между гневом и бредом, он взглянул чернильными глазами в чужое лицо и неясным голосом спросил:

– Убивать – это хорошо?

Он не мог почувствовать, как напряжение и страх прокатились по чужому горлу, но инстинктивно чувствовал, что именно это должно быть отразиться в Ян Си.

Сделав паузу, мужчина напряженно прошептал:

– О чем ты говоришь?

Приступ злорадного смеха прокатился в его голове, и Хэ Янг, подавляя злобу, жестко усмехнулся:

– Хорошо, очень хорошо.

Тогда я точно измажу вас всех, всех вас, всех до единого.

Что-то накрыло его лицо, и чужая рука закрыла его глаза:

– Ты слишком беспокоен. Поспи.

Только преданный хозяин будет закрывать пасть злобной собаки. Голоса слегка смолкли, словно придавленные весом чужого прикосновения, но в тот же момент неясная фигура появилась рядом с ним, шепча в другое ухо:

– Ха-ха, тебе действительно стоит убивать.

Жесткая улыбка прорезала его губы, и Хэ Янг наконец попытался расслабиться.

В то же время рядом с фигурой появилась вторая и обеспокоенно спросила:

– Что нам делать? Он сходит с ума!

– Не твое дело, – огрызнулся Первый. Затем, коротко взглянув на утихшее тело, злорадно проскрежетал. – Если будет бушевать – приложи его пару раз головой о землю. Если не поможет и это – отруби ему что-нибудь. Фантомная боль должна успокоить его нервы.

Слушая их голоса участком сознания, Хэ Янг не мог сдержать раздвигающиеся и закрывающиеся губы. Словно что-то из его глубин пыталось прорваться, но сталкивалось о решетку, и все, что доходило до физической оболочки, – это волны всепоглощающей ненависти, заключенные в улыбку.

Следующим утром он был готов убивать. Его настроение немного улучшилось, но ощущение, словно что-то исказило его разум, не покидало Хэ Янга весь день. В конце концов он почувствовал необходимость испить чьей-то крови и оторвать чью-то голову. Ощущение чего-то неправильного мягко шептало на ухо, но он был слишком поглощен беснующимся состоянием и не мог мыслить трезво.

Поэтому, как только первые лучи солнца упали на его лицо, он оделся и исчез за дверью. Проходя мимо уличной собаки, он засмотрелся на ее длинную и мягкую шею. Шею, покрытую шерстью и имеющую тонкие кости, и, если их сжать определенным образом… Хэ Янг силой воли заставил себя отвернуться и пойти дальше.

Убить кого-то – задача непростая. Даже в мире боевых искусств. Во-первых, тебе требуется найти подходящего человека – ты же не можешь убивать невинных, не так ли? Во-вторых – это убийство должно быть оправданным. Хэ Янг целенаправленно оставил глефу в доме и забрал с собой только маленький нож.

Без сомнений, рубить чем-то длинным вроде глефы гораздо удобней, но это не приносит того интимного момента, который ты ищешь.

Голоса в его голове продолжали говорить:

«Ты же дашь нам опробовать крови, верно? Она должна быть сочной и красной, чтобы удовлетворить жажду».

«Знаю, я дам ее».

«Только не лги, как в прошлый раз. Ты постоянно лжешь и ничего не даешь нам».

«Я знаю, я не лгу».

Просто представляя эту сочную и алую мякоть, в его рту скапливалась слюна, стекая по зубам и языку. Жажда становилось такой яркой, что терпеть ее становилось все сложнее.

Обойдя целую деревню, он не нашел никого, кто мог бы подойти для жатвы. Хэ Янг так расстроился – не было никого!

Ужасное, ужасное место.

Но он не мог вот так уйти. В какой-то момент его ноги остановились, и он бросил взгляд на темное место между домами. Восходящее солнце бросало косые лучи, освещая фасад, но именно это место оставалось невзрачным и спрятанным. Недолго думая, он зашел в это место и, прислонившись к стене, достал нож.

Когда нет никого, кого бы ты мог убить, единственный, кто остается, – это ты сам.

Хэ Янг стянул браслеты с руки, обнажая исполосованную шрамами кожу, и медленно провел лезвием по ней. Затяжное удовольствие прокатилось мурашками. Затем он резко полоснул снова. В этот раз боль не ощущалась – кровавая рана проступила через несколько секунд, кожа раскрывалась, как слои персика. Хэ Янг откинул голову к стене, смотря на розовый рассвет. Лимонное солнце только проступало на небосводе, и тонкие лучи освещали блеклым светом улицы. Нож полоснул снова, и кровь потекла по его руке интенсивнее.

«Аххх, как хорошо».

«Испей, испей же ее. Дай попробовать».

Не смея противоречить голосу, Хэ Янг потянул