"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

— Руса, какой ты стал мускулистый! А какие плечи широкие! Я так переживала, когда услышала, что тебя ранили…

Это да, почти четыре месяца интенсивных упражнений и таскания доспехов серьёзно меня укрепили.

— Цветочек мой, да все в зале только на тебя смотрели и мне завидовали! Ты такой красавицей стала…

Всё это пролетело как один миг, а потом покашливание нянечки, раздавшееся из коридора, вернуло нас в реальность.

— Пойдём, Руса, до твоей комнаты уже рукой подать!

* * *

Вот только в комнате меня ждали дед и Гайк.

— Руса, голубь из Хураздана прилетел. Сообщают, что Дикий вернулся. На, почитай.

В комнате было темновато, но интонации ясно говорили о том, что старшие родичи недовольны.

Сообщения, передаваемые с голубиной почтой, длинными не бывают. Дикий сообщал, что соли найдено много, и на берегу, и даже на дне… но она какая-то странная. Совсем на вкус не солёная. И обладает слабящим эффектом. Он даже сообразил прислать несколько граммов этой соли.

Хм… кристаллы крупные. Вкус?.. Вкус — горький, с легким солоноватым оттенком. Цвет — белый. В воде… В воде растворяется. Та-ак…

— Подождите немного! Сейчас разберёмся…

Выбор был невелик. Раз этой соли там много, то она должна включать в себя самые распространённые в морской воде катионы и анионы[2]. Натрий, магний или кальций… А вот сейчас и проверим. Капнул в исследуемый раствор немного раствора соды из своего походного набора. Осадка нет. Поздравляю, Руса, скорее всего, это соль натрия.

Сейчас прове-е-ерим. Та-ак, окрашивание пламени… В желтый цвет. Точно, что натрий. Может, с некоторыми примесями, но почти чистый.

А что у нас есть в морской воде из анионов? Хлориды наиболее распространены. Но у хлорида натрия вкус солёный, это и есть та поваренная соль. Гидроксид? Нет, он быстро связался бы в соду, поглощая из воздуха углекислоту. Фосфаты, бромиды и йодиды в морской воде встречаются, но в следовых количествах. Остаются карбонаты и сульфаты. Первые — сильно сомнительно, вкус у соды иной. Но для очистки совести я капнул в пробу раствора немного кислоты. Характерного шипения не было.

Ну что же, проверим последний из вероятных вариантов. При добавлении хлорида кальция выпал белый осадок.

Так, а на добавление кислоты он как реагирует? Нет, не растворяется. Угу, вероятность того, что соль, привёзённая Диким, это — сульфат натрия я оценивал уже как 99 % с лишним, но боялся в это поверить.

Та-ак, что там Дикий ещё писал? Точно, именно эта проба взята им со дна моря, в глубоком месте. Получается, это не просто сульфат натрия, это — его гидрат. А ещё точнее — декагидрат. А раз так, настало время для одного из моих любимых фокусов.

— Смотрите внимательно! — сказал я своим старикам. Выбрал кристалл покрупнее и плотно зажал его между ладонями. Подержал, а затем, с вырвавшейся из глубин памяти присказкой «Трах-ти-би-дох», разжал руки.

— Что это, Руса? Соль растаяла в ладонях? Это такой специальный лёд? — растерянно спросил Гайк.

— Нет, дедушка. Мы посылали Дикого за солью, а он нашёл для нас настоящее сокровище. Это — глауберова соль. Она же — мирабилит[3].

На самом-то деле, разумеется, соль не плавится при таких низких температурах. Просто сульфат натрия хорошо растворим, поэтому при температуре выше 32,4 °C он растворяется в воде, содержащейся в кристаллогидрате. Внешне это выглядит, как оасплавление, причём хватает даже тепла человеческого тела.

Я посмотрел на их слегка растерянные лица и пояснил:

— Это то, что я собирался получать из вод Урмии. Нам больше не нужна та хитрая комбинация. Из мирабилита мы легко получим серную кислоту и соду. Столько, сколько нужно.

Не сдержавшись, я обнял Гайка и закружился с ним по комнате. Дефицит сырья, в который я здесь вечно упирался, исчез.

— Да мы теперь всё сможем! Сколько угодно сластей, уксуса и спирта. Причём можно даже из камыша. Да и уксус можно будет использовать повторно, так что плавки мы теперь сможем делать хоть каждый день. Или по нескольку в день.

Надо было видеть их ошеломлённые лица. Всё же, мир этих людей держался на двух китах — на еде и железе. Прочие хитрые товары и выручаемое за них серебро были лишь приятным дополнением.

— Нам будут нужны эта соль, торф, древесный уголь и камыш. Ну и совсем немножко соли. Так что думайте, думайте родичи.

— Над чем думать-то?

— Как нам привязать к роду Вардана Рыжего и его команду, разумеется! Чем позднее распространятся слухи о том, что и откуда мы возим, тем прочнее станет наше положение.

— Мы подумаем! — пообещал дед. — И с товарищами посоветуемся.

* * *

Разумеется, от такого поворота сон пропал начисто. И мы отправились в комнату деда, затребовав к себе вина и закусок. Я предложил было позвать брата и Азнаура, но, судя по ухмылкам старших родичей, те отыскали себе занятие поинтереснее. Ну, и ладно, мы и тесным кружком неплохо посидим!

Там нас, уже весьма «тёпленьких» и нашли Арам, Исаак и Ашот.

— Руса, повтори, пожалуйста, для главы нашего рода то, что ты про Золотое Руно рассказывал.

Надо же, как вежливо! Пришлось повторять и отвечать на дополнительные вопросы. Да, я по этой методике нашёл у нас в долине ценный минерал. Нет, мне не обязательно самому лазить по горам, пробы могут брать другие люди и привозить мне. Да, пусть я сейчас и не справлюсь, но представляю, как обнаружить самые незначительные частицы золота в воде. Нет, это очень сложно. Придется извлекать золотоносную породу, дробить её и молоть, потом обрабатывать раствором цианида, одновременно продувая воздухом. И это не колдовство, а тяжёлая работа. Большой труд! Как, впрочем, и всегда при добыче золота.

— Для того, чтобы золото добыть, нужны удача, упорство и много труда! — несколько пафосно закончил я. Кажется, сказывались усталость и количество выпитого.

— И твои эти… как их? Цианиды, да? Кстати, а много их надо?

— Не очень.

Я помнил, что средний расход обычно исчисляется сотнями граммов на тонну породы[4], но свой ответ перевёл в местные единицы.

— При этом золота в породе обычно в десятки раз меньше, чем цианида расходуется. Да и не он один нужен. Потом его надо окислить[5], для этого подойдет, например, гипохлорит натрия. В общем, кроме нас никто этих веществ не произведёт и не добудет. Колхам придётся делиться!

И тут я вдруг понял, что меня не слышат. Ну да, опять она, «драконья болезнь». Если уж идея с серебром так потрясла родню… А тут — золото!

* * *

Когда некоторое время спустя Арам, сославшись