Юрий Вольнов - Сталь и песок

– Здорова консервы! – заключая дрогнувшую руку Черепа, в тиски рукопожатия, пробасил Лось. Собираясь хлопнуть уклонившегося от бурного выражения эмоций Черепа, забасил, – Ну что не ждали?!

– Здорова, здорова ты бы поаккуратнее в своих железяках майор, – высвобождая руку, усмехнулся Череп, – Да куда нам без тебя то.

Тепло поздоровавшись с Лохматым, Лось смял закряхтевшего наемника в медвежьих тисках, выразив радость встречи, дал отдышаться ели стоящего на ногах ветерану.

– Ну рассказывайте какие новости, – переводя взгляд с оного на другого, успел окинуть готовые к учениям машины, – я смотрю ждали все таки.

– Ждали, – шипя от затекшей боли в теле, Лохматый разгонял кровь усиленным растиранием, – Лось я тебя как нибудь танком перееду, что бы ты тоже прочувствовал особое к тебе отношение.

Обернувшись к молчаливым истуканам, Лось поднес шлем к губам. Тихо проговорив отрывистые команды, повернулся к Черепу:

– Ну а где остальные то? Я тут понимаешь учу своих, какие мол крутые парни служат на "консервах",, а встречаешь только ты да Лохматый канючит.

Улыбнувшись подначке, Череп ответил:

– Все уже по машинах. Ждут не дождутся когда вас покатать можно, – доставая терминал, повернулся чтобы дисплей освещал обоих, – ладно давай начнем твою "саранчу" распределять по машинам. Начнем с экипажа Фиксы…

Распределив пехоту по экипажам, Череп с Лосем следили как равно рассыпается коробка строя. Полным составом крыла, десять истуканов выстраивались перед указанными по внутренней связи машинами, а после расходились в брожении вокруг "новых" тактических придумок командования батальона. Сравнивая прототипы Милашки со старыми неповоротливыми носителями, несшие под хребтом грозди десантных капсул, по хозяйски осматривали карликовую по сравнению с гигантской маткой, машину.

Глядя как выглядывающий экипаж, посматривают на пехоту, Череп сказал:

– Только не хватало мне сейчас разнимать сцепившихся.

– Не, все будет нормально. Это мои парни просто проверяют твоих на слабо, – усмехнулся Лось, – старая забава. Нужно же знать кому доверяют свои задницы в бою. Вот и дразнят.

Как раз напротив, пехотинец без шлема, скривив брезгливую рожу, тыкал стволом в "хлипкие" дуги, и громко смеясь назвал каракатицей всю машину, а экипаж мальками. Не успев еще отсмеяться своей шутке, как уже косился на пламя молекулярной сварки, уменьшенной натугой, опаляющей волосы на виске. Держа палец на сенсоре управления, с дуги свисал ветеран, с недоброй улыбкой что-то нашептывающий на уху замершему в неподвижной позе пехотинцу.

– Я же говорил у меня же ветераны, – в сердцах сказал Череп, мотнув головой Лохматому. Тот с довольной улыбкой, не спеша последовал к машине с немой сценой вокруг.

– У меня тоже не жопой деланные, – усмехнулся Лось, глядя как молниеносным приемом, ветеран слетел с дуги, и свернул бы себе шею, если бы не подхватившие вовремя руки пехотинца, – да не боись. Я им сказал, что бы без убийств.

Череп покачал головой.

– Без убийств это без убийств, ну а переломы? Потом ты будешь машиной управлять?

– Хм…, что то я не подумал, – нахмурено проговорил Лось, пошептавшись со шлемом улыбнулся, – все, ни чего не будет. Ну что там у нас дальше по программе?…

Устало поморщившись от очередного удара приземлившейся капсулы, Череп прочистил порядком оглохшее ухо. Оставляя глубокий следы в бетонном покрытий, зажимы на ходу вгрызались в полу скрежетом алмазных буров. Завершая приземление гулким ударом корпуса, капсула раскрылась створками, выбросив "саранчу", неподвижно замерла уже под грохот приземления десятка бронированных тел. Сноровисто падая на ноги пехотинцы, прижимались к полу в ровном треугольнике. Ощерившись стволами, замирали в готовности открыть стрельбу.

Череп с майором, наблюдали учения со стороны. Глядя как майор любовался раскинувшимся зрелищем, приземления капсул, а затем стремительной погрузкой, Череп позавидовал слуховому аппарату Лося.

Больше о приземлении говорила волна бьющего воздуха, и запах нагретого камня, чем грохот, на который барабанная перепонку устала трещать и только вяло реагировала едва слышным хлопком.

– Я думаю хватит, – прокричал Череп, наклонившись к терминалу, ввел команду экипажам, – Все равно толку нет. Нужно на просторе это пробовать, с разворотами да заходами.

– Ну так в чем дело? – спроси майор, – давай в песочнице попрыгаем.

– Буря, – коротко пояснил Череп, – ладно, своим давай отбой. И приходи с командирами в ту комнату, – указав на дверь в конце ангара, – там у нас тактический симулятор.

Зашагав по ангару, поднес к уху трубку анализатора.

– Лохматый хватит. Собирай сержантов и на симулятор.

На ходу разговаривая, вошел в комнату. Недоуменно глядя в темноту царившую в обычно ярко освещенной светом проекторов комнате, зашарил по панели управления бытовыми функциями.

– Странно, – проговорил Череп, защелкав тумблером.

– Чего странно? – отозвался в трубке Лохматый

– Света нету, даже аварийка не горит.

Череп развернулся что бы выйти, как затылок взорвался болью. В голове заплясал хоровод, цветных разводов. Ощутив щекой прохладу пола, уже закрывающимися глазами увидел сходящиеся створки двери, лишившись последнего источника света, потерял сознание. Пришел в себя Череп от резкой боли, жгучими волнами касающееся щек. Чувствуя как его поддерживают под плечи и лупят по щекам, Череп со стоном поднял глаза.

В комнате уже был свет, а напротив стоял офицер СБ со свитой из трех вооруженных патрульных, со вскинутыми импульсниками.

– Череп? – больше утверждал чем спрашивал офицер, доставая прозрачную пленку, – Ты арестован, – почуяв тепло человеческой ладони, термолист помутнел и покрылся печатным шрифтом, – У меня приказ из подполковника Серпова.

От неожиданности Череп, забыл как дышать. Только когда сердце начало ломиться в мозг мощными толчками крови, шумно выдохнул. Лихорадочно перебирая варианты, искал выход из ситуации. В голове металась мысль о сыворотке правды, если ей обколют то Череп выложит такую гору информации, что можно смело расстреливать каждого третьего командира.

– Какое такое проникновение, – не придумав ни чего умнее, натянул на лицо любимое выражение Косяка, когда тому приходит время платить в кабаке, – как проникнуть? куда!?

Офицер презрительно усмехнулся. Отражая на лице весь не богатый набор мыслей, безопасник принял игру за чистую монету, нет ведь никого тупее наемника. А тем более когда он перед пятью патрульными в легкой броне, то тупеет прямо на глазах. Словно унюхав специфичный запах, безопасник поморщился: