Валидуда Анатольевич - Время Обречённых

Шло своим чередом сражение при Вестеролене. Полковник Лютиков дал отдохнуть "волчатам" ровно час и поставил задачу вести беспокоящее торпедометание по английским гигантам. Это означало, что Касатки должны атаковать удобные цели 43-см торпедами 43-37АВ. Маркировка "АВ" означала "Авиационная Высотная", торпеды надлежало сбрасывать с высоты 1800-2500 метров, правда точность выходила невысокой, трудно ведь прицеливаться с такой высоты. Но зато и зенитного огня можно не сильно опасаться. Именно большие потери Касаток вынудили Лютикова отдать приказ на применение этих торпед. В дивизионе, исключая повреждённые борты, осталось в строю всего восемь самолётов. Во второй эскадрилье три: поручиков Николенко, Блинова и Долгушина. В первой пять: капитана Малейчука, поручиков Дымова, Бутейникова, Гайдукова и штабс-капитана Нагорнова. На борту "Макарова" находилось тридцать высотных торпед, их с избытком хватит на несколько вылетов. Лютиков надеялся, что хотя бы одна найдёт свою цель.

К исходу 16-го часа этого напряжённого августовского дня, ставшего первым днём войны, сражение при Вестеролене миновало свой пик. Первоначальный замысел адмирала Черкасова давно претерпел изменения. Выстроенные в кардебатальную линию линкоры дивизии Савельева-Лихого приняли на себя таранный удар 1-й линейной эскадры Кратчли, атакующей строем пеленга с "Ройял Северин" в голове. 4-я эскадра линейных крейсеров Рамсея шла параллельно кораблям Кратчли, тоже строем пеленга, но сотней кабельтовых к весту. Черкасов сильно рисковал, кордебаталия оказалась фактически против вдвое сильного противника, корабли Савельева-Лихого должны были завязать на себя бой сил Кратчли и Рамсея до подхода кораблей Редера. И это им удалось. Англичане буквально засыпали русские линкоры снарядами, благо что точность огня оставалась сравнительно низкой. Всё чем мог помочь в этот момент своим линкорам Черкасов, находившийся со штабом в кордебаталии, это приказать атаковать старые британские бэттлшипы тяжёлым крейсерам Еникеева. И он отдал этот приказ. И когда рюрики Еникеева выдвинулись с правого фланга – к осту от кордебаталии и начали обстрел кораблей Кратчли, а крейсеры Рамсея втянулись в бой на дистанции ста десяти – ста двадцати кабельтовых, с норд-веста Рамсея атаковали линкоры "Тюринген" и Тирпиц", усиленные линейными крейсерами "Гнейзенау" и "Шарнхорст".

Стремясь избежать охвата своей колонны, контр-адмирал Рамсей приказал повернуть на восемь румбов "все вдруг" к весту, головной крейсер "Центавр" стал замыкающим, а замыкающий линкор "Родней" – флагман Рамсея, стал головным. Немного позже в бой вступил флагман адмирала Форбса линкор "Лайон", а затем тяжёлые крейсеры Северного флота и Рейхсмарине. Так начиналась битва основных сил противников.

А к 16:00 давно не осталось ни одного неизраненного корабля. В эскадре вице-адмирала Кратчли были потоплены "Ройял Оук" и "Уорспайт", его флагман "Куин Элизабет" лишился половины артиллерии и всех труб, объятый пламенем "Ройял Северин" отходил на зюйд-зюйд-вест – прочь из сражения. Флагман Савельева-Лихого "Новороссия" получил левый крен в двадцать градусов. "Кутузов" лишился задней трёхорудийной башни, которую заклинило на правый борт, и половины плутонгов вспомогательного калибра. Погибла "Белороссия", унеся с собою в пучину треть двухтысячного экипажа. Горела "Финляндия", пострадавшая меньше всех. Именно на "Финляндии" располагался штаб Черкасова и теперь линкор вёл дуэль с флагманом адмирала Форбса. Рюрик "Надежда" был потоплен огнём "Куин Элизабет", а на "Не тронь меня" тушили пожары.

Главные калибры линкоров Рейхсмарине потопили "Индию" и сильно повредили "Родней". Позже пошёл на дно "Тюринген", причём он получил относительно мало попаданий. У германского флагмана сдетонировал погреб второго кормового плутонга и корабль продержался на плаву ещё двадцать четыре минуты. Адмирал Редер перенёс свой флаг на "Тирпиц", перебравшись на него на спасательной шлюпке под обстрелом англичан. К чести адмирала, он по старой морской традиции покинул гибнущий корабль одним из последних вместе с его командиром капитаном цур зее Бурхарди. Вслед за "Тюрингией" был потоплен линейный крейсер "Гнейзенау", а потом взорвались погреба "Центавра". Британский бэттлкруйзер разорвало на части. Одновременно с гибелью "Центавра" вышел из боя искалеченный "Маджестик" и ещё через полчаса битву покинул жестоко повреждённый "Шарнхорст". "Тирпиц" же в одиночестве шестнадцать минут продолжал бой против "Роднея" и "Принцесс Ройял", на выручку ему пришли тяжёлые крейсеры "Хиппер" и "Зейдлиц", попытавшие счастья в атаке "Роднея" торпедами. От торпед линкор ушёл и заодно потопил "Зейдлица", но и сам пострадал от 203-мм снарядов. А когда к германским тяжёлых крейсерам подоспела тяжёлая бригада Бухвостова, контр-адмирал Рамсей приказал ставить дымовую завесу. "Родней" и "Принцесс Ройял" начали вырываться из боя.

…Вокруг "Финляндии" вскипало море от промахов. И словно рука невидимого титана, 406-мм снаряд ударил в броневой пояс, отчего корпус линкора завибрировал всей своей многотысячетонной массой. Не прошло и минуты, как залп кормового плутонга "Финляндии" поразил "Лайон". Надстройку флагмана Форбса рассекли ослепительные вспышки, тут же поглощённые яростными языками огня и клубами дыма. Добились попадания и комендоры 8-дюймовых носовых башень: шестиствольный залп метко накрыл британца, всполохи взрывов поразили спардек и снесли несколько 133-мм орудий.

В дерзкую атаку пошла тройка оставшихся тяжёлых крейсеров бригады Еникеева, даже "Не тронь меня" не остался в стороне. Рюрикам удалось подобраться к "Лайону" на 65-70 кабельтовых и каждый отстрелялся из всех двенадцати торпедных аппаратов. Тридцать шесть торпед первой серии рванули к английскому линкору, а затем после суматошной перезарядки настала очередь второй торпедной серии. Столь массированной торпедной атаки не случалось, пожалуй, со времён русско-японской, когда по броненосцу "Севастополь" было выпущено сто четыре торпеды, но однако не сразу, а в нескольких атаках миноносцев. Вероятности избежать попаданий у "Лайона" практически не было. И всё же британец начал отчаянный манёвр уворота, пустив машины враздрай, а одна из его башень открыла огонь по "Грому". Когда линкору оторвало нос почти по шпангоуты первого плутонга, башня продолжала стрелять и шестым залпом достала "Гром" тремя 16-дюймовыми снарядами, разворотившими крейсеру полубак. "Гром" задымил, 406-мм калибр причинил ему большие разрушения, погибли и получили ранения свыше полуторасотен моряков. Счастье ещё, что снаряды не угодили в район погребов или топливных цистерн, бронепояс рюрика от них спасти бы не смог. А "Лайон" вскоре потерял способность стрелять, он медленно, но неумолимо погружался кормой вверх, лишившись не только носа, но и получив несколько пробоин под вторым носовым плутонгом на оба борта. Как потом выяснилось по показаниям пленённых английских моряков, адмирал Форбс утонул во время эвакуации.