Максим Парамохин - Две грани нейробука (СИ)

— Просто ты…

— Я в полном порядке. Чувствую себя отлично.

Вспомнился вчерашний вечер, ее просьба.

— Ты хотела прыгнуть с парашютом. Не передумала?

— Нет, — все еще с долей растерянности глядя на него, ответила Розайла. — А когда можно?

— Да хоть сейчас.

Шинвин, Эвандор и еще несколько знакомых уже на аэродроме, но мысли о зацеп-полетах опять навеяли слабую тоску. Сегодня Джантор ограничится ролью инструктора для новичков. Решил позвать и других соседей.

Но Касанта занималась кустами роз, и возня с цветами привлекала ее куда больше экстрима. Мозакро, с бутылкой колы устроившийся в тени яблони, сказал, что скоро важный бейсбольный матч. Джесина сочиняла новую музыку, а у Тэйласта через час тренировка. Зато откликнулись Стейзи и Веранта, на аэродром они поехали вчетвером.

По дороге трое спутников то и дело поглядывали на Джантора.

— Ну что вы так смотрите?

— Да просто последнее время ты был такой мрачный… — начал Стейзи.

— То время прошло. Я в порядке, все отлично. Вы не на меня глазейте, а приземление отрабатывайте. Самая ответственная и травмоопасная для новичков часть прыжка.

Создаваемые нейробуком виртуальные модели практически не отличались от реальности, позволяя обучиться потенциально опасным действиям без малейшего риска.

— Да ладно тебе, — махнул рукой Стейзи. — Технику идеального приземления мы уже загрузили.

— Ага. Только она рассчитана для идеальных условий — штиля и мягкой ровной земли. А жизнь полна сюрпризов. Так что советую пройти адаптацию ветром и неровной почвой.

— Все будет нормально, — ответила Веранта. — Но с твоей стороны весьма предусмотрительно взять травматолога, — она кивнула на Розайлу и засмеялась.

Друзья все же переключились на виртуальную отработку приземления. А мысли Джантора сами собой вернулись к недавнему унылому состоянию. Для человека, совершившего предосудительный поступок, чувство вины вполне естественно. Но прежде он никогда не ощущал такой тяжести, такого уныния и беспросветной, ничем не разгоняемой тоски. В ней чувствовалась какая-то искусственность. Равно как и в том, сколь бесследно, без видимых причин эта печаль рассеялась.

В глубине души росла уверенность, что тут скрыта очередная тайна. Но думать о чем-либо, связанном с КОП, не хотелось, и Джантор, как мог, пытался отогнать неприятные мысли.

На аэродроме они встретили Шинвина и Эвандора.

— Тоже полетать?

— Не сегодня. Думаю устроить ребятам первый прыжок.

— Обычный парашют? — Эвандор поморщился. — К черту его, слишком скучно. Зацепом лучше.

Джантор не стал спорить, на скоростных виражах впечатления и правда ярче. Но для начала простое. Уложив парашюты, они взлетели. Уже на двух тысячах метров он вспомнил другой необходимый для зацепа навык.

— Хочешь немного порулить самолетом? — предложил он Розайле. — Ощутить, каково это само по себе?

Девушка кивнула. Джантор отключился от управления, дал ей знак. Розайла прикрыла глаза, сосредоточилась.

«Сессна» задрожала, качнулась с крыла на крыло, пошла вниз со снижением, а затем и вовсе свалилась штопор. Он перехватил управление, вывел машину в горизонтальный полет.

— Она меня совсем не слушает, — закричала девушка.

— Я взял управление на себя. Ситуация под контролем.

Розайла посмотрела на него, выглянула в иллюминатор. Убедившись, что самолет летит ровно, выдохнула.

— Все так странно. Она так… совсем… и это небо вокруг… А потом все как завертелось. Что случилось?

— Да просто свалились в штопор. Не волнуйся, с самолетами такое бывает.

— Наверное, у меня не получится, — девушка вздохнула, опустила голову.

— Не расстраивайся, ты не виновата. Это моя ошибка.

— Твоя?! — изумилась Розайла.

— Да, — он извиняющее пожал плечами. — Привык уже к полному управлению, и тебе сразу дал. Забыл, что адаптивные навыки требуют должной тренировки. Вот на тебя и свалилась куча незнакомых ощущений. Тут любой ориентацию потеряет, — Джантор переключил большинство функций на автоматику, оставив лишь минимум. — Попробуй еще раз.

— Еще? — в серых глазах девушки сквозило сомнение.

— Да, не бойся. Почти все контролирует автопилот.

Розайла вновь подключилась к управлению. Самолет продолжил лететь прямо.

— Вот видишь, ничего страшного, — подбодрил Джантор. — Давай вправо, потом влево. — Машина сделала один поворот, затем другой. — Теперь можно вверх, или вниз.

Без резких движений «Сессна» выполняла плавные маневры. Следом немного порулили Стейзи и Веранта.

— А в чем разница между полным управлением, и этим? — поинтересовалась девушка.

— Сейчас ты только задаешь направление, а компьютер рассчитывает обороты мотора, отклонения рулей, соотносит с данными камер и радара. Когда подключаешься полностью, все чувствуешь сам. Мотор, крылья, рули. И управляешь напрямую. Автопилот исключает резкие маневры, сближение с землей или стеной каньона менее полусотни метров. А когда рулишь сам, можно пролететь буквально в паре метров. Переходить надо постепенно, включая одну функцию за другой. Начать можно с полного обзора. Попробуйте.

В дополнение к двум камерам на носу Джантор включил остальные 10. Поначалу все трое растерянно вертели головами. Когда в мозг сразу идет изображение и спереди, и сзади, легко потерять ориентировку. Но стоит привыкнуть, и понимаешь, как это удобно.

Тут бортовой компьютер сообщил, что отведенное им время истекает. Внизу есть и другие желающие подняться в небо.

— Ладно, пора нам насладиться полетом без твердой опоры.

Он вывел самолет на площадку для приземления, первым выпрыгнул Стейзи, затем девушки. Убедившись, что парашюты открылись, Джантор покинул «Сессну». С хлопком раскрылся купол. Скорости и острых ощущений, конечно, мало, но у плавного спуска есть свои преимущества.

В стороне другой самолет заложил мертвую петлю, Джантор разглядел человека позади.

Члены КОП утверждали, что его полеты рискованны. Что ж, он действительно летал на грани, настолько близко от земли, насколько возможно. И служил ориентиром для остальных. По мере накопления опыта Шинвин и другие экстремалы совершали все более лихие маневры, но никаких предупреждений о недопустимости опасных трюков не получали.

Так почему же вызвали Джантора? Да еще и столь представительным составом.

Или дело вовсе не в зацеп-полетах? Может, главная причина — обнаруженные им невидимые файлы?

Зачем их вообще скрывать?

О том, что неквалифицированное вмешательство в операционную систему нейробука опасно, знает каждый. В первую очередь это касалось медицинских программ, регуляции гормонов и биохимических реакций. Они все завязаны сложнейшим образом, изменяя параметры одной реакции, неизбежно меняешь десяток других. Когда такая регуляция необходима, применялись программы, рассчитанные на суперкомпьютерах.