"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

Девушка сделала паузу, чтобы промочить горло.

— В итоге два царя нашли выход. Иберийский — подарил нашему земли, что ему не принадлежали. А армянский — отдал их вам в погашение долгов.

Гайк шевельнулся, но София жестом остановила его.

— Ответьте, честный ли это расчёт по долгу? Согласились бы Еркаты на такую сделку, если бы имели настоящую силу? Не мне ответьте — себе! Ведь потом пришлось немало воевать, род пролил кровь и потратил массу средств, чтобы забрать эти, якобы «свои», земли.

— Ты права, маленькая, — прохрипел старший из братьев. — Была бы у нас возможность, мы ответили бы: «Нет, царь! Дай нам серебро, как обещал! Или сам воюй за эти земли!»

Тут ему пришлось встать, налить себе вина из кувшина и смочить горло, прежде чем удалось продолжить.

— Но что ты имеешь в виду, говоря про «настоящую силу»?

— Я знаю, что на празднике четырнадцатилетия Вард был и гость из самого Вавилона.

— Был. Он представлял какой-то Деловой Дом, только я не запомнил какой именно.

— Неважно! — улыбнулась София. — важно, что вы его помните и слышали про Деловые Дома. Но знаете ли вы, что это такое?

— Это неважно, что знаем мы, — отреагировал Тигран. — Расскажи то, что знаешь ты. То, что связано с «настоящей силой». Потому что я пока что не понимаю.

— Вы знаете нашего Исаака. Или дядю Изю, как он разрешает называть себя тем, кому благоволит. Представьте себе семью, в которой таких Исааков соберется полторы-две дюжины. Не обязательно родных, они могут войти в семью и через брак с дочерью главы. Но каждый, каждый из них будет не менее влиятелен, чем наш «дядя Изя». А серебра и золота через него в месяц проходит столько, сколько у всего рода Арцатов за полгода.

Гайк только присвистнул. Похоже, он сожалел, что не знал этого несколько недель назад и упустил такое интересное знакомство.

— Но к Еркатам пришёл не один из «сыновей», да и Дом, скорее всего, не самый влиятельный, раз никто не запомнил его названия. И вот тут мы подошли к ответу на ваш вопрос. Было два Дома, которые знали все в мире и помнят до сих пор. Дом Сыновей Мурашу и Дом Сыновей Эгиби[2].

Братья отреагировали по-разному: Тигран недоуменно нахмурился, пытаясь припомнить, а Гайк уверенно кивнул, показывая, что эти имена ему знакомы.

— Только вот Домов тех давно нет. Хотя Дом Эгиби был основан ещё до того, как персидский царь завоевал Вавилон. Богатая была Семья и влиятельная, торговали землей, домами и рабами. Да и Дом Мурашу, хотя он и моложе, но тоже был очень влиятелен, тут девушка перешла на шёпот, полный горечи, и старикам пришлось вслушиваться:

— Вы знаете, что их сгубило? Называют разные причины. Но знающие люди называли мне главную: они захотели управлять даже царём царей. И он не потерпел этого. Разорил Дома и стер с лица земли Семьи.

Она замолчала. А потом прежним, сильным голосом резюмировала:

— Вы спрашивали, что может притягивать наших тамкаров сильнее, чем серебро и даже золото? Единственный вариант, который я вижу — это власть. Настоящая власть, а не тихое влияние драгоценных металлов. Возможность диктовать правителям, а не уговаривать и советовать.

И снова очень тихо:

— Вот только вы правы. Цари не любят таких игр. И чаще всего они заканчиваются смертью…

Тут она не выдержала и разрыдалась, спрятав лицо в ладони.

Тигран погладил её по плечу:

— Это мы, милая, ещё посмотрим. Да и вообще, любая жизнь рано или поздно приводит к смерти…

Утешение оказалось так себе, девушка только сильнее разрыдалось. Старики переглянулись.

— Я другого не пойму! — сказал Гайк. — Где они эту «настоящую силу» получать собрались? Над нашим царём стоит Александр Великий. Он не потерпит власти каких-то купцов и ростовщиков, даже если допустить, что они придумали, как окрутить Михрана.

— Это же касается и нашего иберийского соседа, — поддержал рассуждения Тигран. — А над колхами и сейчас власти ни у кого нет, нечего и перехватывать!

Спокойные рассуждения подействовали куда лучше. София перестала лить слёзы, протёрла глаза и с надеждой спросила:

— Так вы думаете, что я ошибаюсь?

Братьям осталось только развести руками. Что-то интересное в рассуждениях девушки было, власть, и в самом деле, могла привлечь тамкаров, но идей насчёт того, где и как они собираются её получить, у них не было.

* * *

— К сожалению, оказалось, что анилиновый чёрный не растворяется ни в воде, ни в спирте. Ацетон его, кажется, берёт, но… Делать чернила для детей на основе ацетона — я еще не сошёл с ума! — грустно констатировал я.

— Но ты же выкрутился, да?

— Это входит у меня в привычку! — грустно улыбнулся я. — Взял фиолетовую краску, которую получил из аспирина, добавил немного спирта, чтобы быстрее высыхало, немного глюкозы для вязкости и пожалуйста! Писать можно. Но возникла другая проблема, о которой я не подумал. Чернила получились кисло-сладкие на вкус и со спиртом. Их воруют и пьют слуги! Причём, что во дворце, что в Храме предков.

Розочка только прыснула, представив перепачканные фиолетовые языки, уличающие воришек.

— Их уже и пороли, и я с ними говорил, объяснял, что это может быть медленный яд. Без толку! Даже дети поняли, а эти…

— Тоже мне, проблему нашёл! Добавь что-нибудь горькое, но не ядовитое. Они и перестанут воровать! Ладно, дальше рассказывай, как ваш диспут прошёл.

— Важно не то, как он прошёл, а то, почему вообще случился! — проворчал я.

— Вот тут как раз никакой загадки. Прежние царские учителя боялись потерять место при дворе. Они-то — сплошь из греков да персов, ты — первый учитель из айков. А вдруг и других наберут? Местная аристократия и так постоянно Михрану пеняет, что слишком много в нём от греков, а в царстве — от персов.

— Такова горькая правда жизни! — согласился я. — Хотя мне кажется, что они ещё и просто любят спорить.

— Вести диспуты! — поправила она. — Ты не понимаешь, это — совсем другое, чем просто спорить!

— Ну, пусть другое. Придрались они к тому, что я про законы природы детям рассказываю. Дескать, а как же воля богов?

— А ты?

— А что я? Я использовал их же правила. Давайте, говорю, идти по пунктам. Мой первый посыл заключается в том, что характер людей подобен характеру богов.

* * *

— Итак, мой первый посыл: характер людей подобен характеру богов.