Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2 - Шуан Мэйхуа

Ю Байху, будучи уже взрослым и в свои семнадцать лет хорошо владея мечом, расправился с ними, почти не приложив усилий. Тогда Ю Вэйюаню показалось, что его брат так силен, что в одиночку справился с убийцами, тем самым ставя его безопасность выше своей жизни. В глазах ребенка этот поступок казался героическим. В воздухе ощущался запах гари. Глаза принца заслезились, а на языке возник неприятный горький привкус.

По пути они больше никого не встретили. Но Ю Байху всю дорогу вел себя настороженно, постоянно оглядываясь. Спустя какое-то время они дошли до конюшни. Стоило выйти на улицу, как запах пожара усилился, а по окрестностям неустанно раздавался лязг ударяющегося металла и разрывающейся плоти, развеивающейся воплями и криками умирающих людей.

Несмотря на то что Ю Вэйюань пытался вести себя достойно, он испугался, впервые оказавшись в такой ужасной ситуации.

– Где наставник? – обеспокоенно поинтересовался принц.

Так как Люй Яо всегда был с ним рядом, Ю Вэйюань первым делом подумал о нем, оказавшись в опасности.

Ю Байху резко остановился. Принц не видел лицо брата, только его спину. Не оборачиваясь, лишь слегка взглянув через плечо, он сказал:

– Я точно не могу сказать, где он. На нас напали. Эти люди ищут тебя и хотят убить. Я пришел, чтобы увести тебя в безопасное место.

Ю Вэйюаню показалось, что брат был мрачен, но было темно, и Ю Вэйюань мог ошибаться. Для семилетнего ребенка слова Ю Байху звучали весьма пугающе. Ю Вэйюань сделал шаг назад и тяжело сглотнул. В голове путались только лишь две мысли: «Эти люди хотят меня убить. Где наставник?»

Заметив, что младший брат застыл в оцепенении и на его глаза наворачиваются слезы, Ю Байху оскалился. Он прикусил нижнюю губу до крови, чтобы скрыть эту улыбку, и подошел к Ю Вэйюаню. Ю Байху присел на корточки, чтобы оказаться с принцем на одном уровне. Некоторое время он молча смотрел в заплаканные глаза брата, затем мягко коснулся своим лбом его лба. Закрыв глаза, он осторожно взъерошил волосы Ю Вэйюаня, словно успокаивая его и показывая, что пока он рядом – ничего плохого не случится.

– Пойдем, – уверенно проговорил Ю Байху, и Ю Вэйюань послушно последовал за ним.

Они вошли в конюшню, и Ю Байху подвел принца к стойлу. На лошади уже было седло и поводья, хотя была глубокая ночь, и отдыхать должны были не только прибывшие в Биянья гости, но и их лошади. Но Ю Вэйюань был слишком напуган, чтобы обратить на это внимание. Ю Байху сказал:

– Садись на Баолинь и уезжай отсюда. Позже мы обязательно встретимся.

Послушно просунув левую ногу в стремя, Ю Вэйюань на мгновение задумался и обеспокоенно спросил:

– А как же ты?

– Не волнуйся за меня… – Ю Байху тогда улыбнулся ему, но маленький Ю Вэйюань не мог знать, что улыбка брата была фальшивой: – Держись крепче и ничего не бойся…

Лошади начали обеспокоенно стучать копытами и вставать на дыбы. По конюшне растянулись серые тени, когда вошли несколько взрослых мужчин с клинками в руках. Ю Байху обнажил свой меч и, заслонив собой младшего брата, преградил им путь. Он крикнул Ю Вэйюаню:

– БЫСТРО!

С тяжелым сердцем, но все же не смея перечить старшему брату, Ю Вэйюань натянул поводья и рванул вперед. Позади него раздавались звуки сражения, но он верил, что его брат непременно останется в живых. Так и произошло. Стоило Ю Вэйюаню отдалиться на несколько чи, как мужчины, что вели с Ю Байху ожесточенное сражение, опустили оружие и отступили назад.

Встречный ветер бил принцу в лицо, глаза его слезились, покраснели и ужасно болели. Пальцы, что железной хваткой впились в поводья, потеряли чувствительность. Куда бы Ю Вэйюань ни свернул, везде поджидала опасность. Его сердце бешено колотилось в груди. Дыхание было сбивчивым, и ледяной воздух проник глубоко в его легкие.

Единственный путь, который не был заблокирован, вел прямиком к морю, затянутому льдом. Ю Вэйюань знал, что там опасно, но у него не было другого выбора.

В какой именно момент Ю Вэйюань осознал, что его жизнь подошла к концу? Возможно, в тот момент, когда лошадь, испугавшись, встала на дыбы, а Ю Вэйюань, не удержавшись в седле, упал. Возможно, когда лед под ним неожиданно треснул, и он упал в воду, смерть приняла его в свои объятия, не спеша убаюкивая, напевая колыбельную. Возможно, когда свет луны, что едва пробивался сквозь толщу льда, затмило густыми тучами. Возможно, когда сердце принца перестало биться, и он захлебнулся… Тогда он по-настоящему умер. Он погиб как человек и возродился демоном, приняв в себя душу низвергнутого Бога севера.

Ю Вэйюань оказался в незнакомом для него месте. Над его головой было темно-синее небо, усыпанное звездным покрывалом. Ю Вэйюань ощутил тепло в грудной клетке и поспешил встать, когда вспомнил, что пару фэней тому назад он должен был оказаться на дне моря и кормить рыб.

Вокруг него мельтешили расплывчатые души умерших детей, что поспешно строили башенки, складывая друг на друга плоские камни. Те постоянно рушились у них на глазах, и им приходилось начинать все сначала.

Ю Вэйюань обратился к девочке, но она ему не ответила. Потом он обратился к мальчику, спрашивая, где он и как он здесь оказался… Однако опять не получил никакого ответа. Словно они не видели его и не слышали его слов.

Когда Ю Вэйюань почти отчаялся, перед ним возник образ высокого и крепкого мужчины в доспехах. Ю Вэйюань поднял голову и посмотрел ему в лицо. Губы мужчины не двигались, но Ю Вэйюань отчетливо слышал его слова у себя в голове:

– Ты умер. Я, как главный из десяти судей Диюя, Циньгуан-ван, не пропускаю тебя. Здесь нет места для тебя.

Первый судья Диюя обнажил свой меч, на лезвии которого отразилось испуганное лицо принца, словно в зеркале. Ю Вэйюань не успел опомниться, как на его плечи легли чьи-то ладони, от которых исходило тепло. Взрослый мужчина, одетый в роскошные белые одеяния, расшитые золотом, стоял позади него и улыбался. Меч, которым Циньгуан-ван хотел развеять его душу, на мгновение остановился прямо возле горла семилетнего мальчика. Чжоу Чжуаньсу наклонился к его уху и мягким, бархатистым голосом прошептал:

– Я могу помочь тебе вернуться назад. Но только если ты сам этого захочешь.

Циньгуан-ван нахмурился:

– Диюй не предназначен для низвергнутых Богов! Не мешай…

Услышав слова судьи Диюя, Чжоу Чжуаньсу закатил глаза. Сдавив плечо Ю Вэйюаня, он позволил лезвию Циньгуан-вана коснуться его