Елизавета Сагирова - Сбывшаяся сказка

 Потом Ревун, как и обещал, снабдил меня необходимым снаряжением, на местном жаргоне именуемым «снарягой», не забыв напомнить, что стоимость всего позже вычтет с моей доли за хабар. Снаряга состояла из лёгкого защитного костюма с прорезиненной тканью и кевларовыми вставками, дыхательной маски, тяжёлых арамейских ботинок, перчаток и ножа. Увидев меня в новом обличии, Ревун даже расщедрился на скупую похвалу:

 - Хоть на человека стала похожа. Нож на пояс прицепи. И вот ещё, на - возьми, - с этими словами он протянул мне автомат Калашникова, добавив, - За него платить не надо. Он принадлежал Хмелю, считай, что наследство. А теперь смотри, как с этим обращаться.

 Стрелять я научилась быстро - дурное дело не хитрое, да и Ревун оказался неплохим педагогом, умел вдалбливать знания в молодые головы быстро и навсегда. Частенько вдалбливал в прямом смысле слова. Мне он щедро раздавал подзатыльники, а Щелбану и Пенделю соответственно щелбаны и пендели. А в особых случаях мог и по зубам врезать. Ещё Ревун оказался остёр на язык, он умел так высмеять наши ошибки, что хотелось провалиться сквозь землю. В остальном же всё шло тип-топ, пусть и меня, и парней Ревун не раз посылал идти впереди себя на опасном маршруте, но при этом так контролировал ситуацию, что никто ни разу не пострадал. Ещё он был по-своему щедр, делился едой, медикаментами и патронами, хоть и грозился вычесть их стоимость из нашей доли. Работой особо не нагружал, не заставлял дежурить за него по ночам, а будучи в хорошем расположении духа, снисходительно звал нас своими малышами. Короче, он оказался неплохим старшим, и я была благодарна Ревуну за это. И за то, что взял в Зону.

 Вот только чем больше времени я проводила внутри Периметра, тем больше недоумевала, а почему он всё-таки сделал это? Дохода и пользы ему от меня не было никакой, я за снарягу-то никак не могла расплатиться. Интереса ко мне, как к женщине, он тоже не проявлял, чего я поначалу опасалась. Ну не моего же идиотского шантажа испугался! Я уже достаточно хорошо знала Ревуна, чтобы понять - его не напугали бы угрозы «тургеневской барышни», годящейся ему в дочери.

 Однажды я не выдержала и, улучив момент, когда мы с Ревуном остались наедине, задала свой вопрос. Мы сидели в остове развалившегося здания, жгли костёр, и ждали Щелбана с Пенделем, которых Ревун отправил к торговцу за боезапасом. Близилась ночь.

 - Почему я взял тебя в Зону? – Переспросил Ревун и задумчиво поскрёб щетину. - Ну а почему бы не взять? Ты этого так хотела, а отмычки мне никогда не лишние.

 - Так вроде в отмычках дефицита нет. - Неуверенно заметила я.

 - Когда нет, а когда есть. Вот вас у меня сейчас трое, но бывало и шестеро, а бывало, что никого. Так что лучше обеспечить себя пушечным мясом заранее.

 Эта его последняя фраза мне совершенно не понравилась.

 - Пушечным мясом?

 Но Ревун не ответил. И я уже решила, что на этом наш разговор окончен, когда он задумчиво добавил:

 - Ну и еще, если уж быть совсем честным - я прихватил тебя, чтобы Хмелю отомстить

 Вот тут я удивилась.

 - Отомстить Юрке? За что?!

 - За фотографии. Это западло, составлять и хранить такой компромат на человека, который тебе не раз жизнь спасал. Тем более мне неизвестно, зачем это ему понадобилось, просто так ведь подобные съемки не ведутся! Может, он и сам думал меня шантажировать? Да не успел. Но тут его находчивая сестрица приняла эстафету. Вам бы семейным бизнесом заниматься на криминальной почве. На Большой земле это модно. А вот в Зоне не прокатит.

 Я помолчала, переваривая информацию. Потом спросила:

 - И в чём заключается твоя месть?

 Ревун ухмыльнулся:

 - Хмель тобой гордился. Всё рассказывал, какая ты у него умница да красавица. Он потому и в Зону чалился, что хотел тебе достойное будущее обеспечить, чтобы ты училась и в люди выбилась. Ты же на кого-то учишься?

 - На финансиста. - Буркнула я. - Но я бросила университет.

 - Да ну? И когда?

 - Сейчас.

 - Вот! - Ревун словно обрадовался. - Вот она и моя месть. Пусть Хмель на том свете корчится, глядя, как его сестрёнка, вместо того, чтобы выучиться и человеком стать, попёрлась в Зону в качестве моей отмычки и сдохла там. По-моему подходящее наказание для крысы.

 - Юрка не крыса! А я не сдохла!

 - Ещё не вечер.

 - Ты что же, - догадалась я, - Хочешь меня убить? Это и будет последний акт твоей мести? Ну, ты и дурак оказывается! Если ты так уверен, что Юрка погиб, то получается, собираешься мстить мёртвому человеку? Где логика?

 Ревун плюнул в костёр.

 - Много ты понимаешь. Ни один человек умерший в Зоне, не умер по-настоящему. Да и не собираюсь я тебя убивать, охота была утруждаться. Ты сама убьёшь себя.

 - Я?!

 - Конечно. Не могу сказать, как и когда именно это произойдёт, но рано или поздно ты допустишь ошибку, которая станет роковой. И скорее рано, чем поздно. Ты в любом случае не вернёшься из Зоны.

 Я разозлилась.

 - Ревун, а вот прикинь, вернусь? Вот возьму, и назло тебе вернусь, а ? Ты себя тогда ослом не почувствуешь?

 Ревун хохотнул:

 - Почувствовал бы обязательно! И не только ослом, но и бараном, и последним кретином. Но не почувствую. Знаешь сколько я, таких как ты перевидал? Ещё ни один не вернулся. Но лично тебя я всё же постараюсь сберечь подольше.

 - Почему? – удивилась я. - За что такая честь?

 - Просто интересно. В качестве эксперимента. Интересно, потому что ты девка, а не парень, и потому что сестра Хмеля, всё-таки я его неплохо знал. Посмотрю, как ты будешь тут вертеться и выживать.

 И он замолчал, глядя в огонь, продолжая ухмыляться своим мыслям. Я всё прислушивалась, не донесутся ли снаружи шаги Щелбана и Пенделя, тогда мне не пришлось бы говорить то, что я сказать Ревуну давно собиралась, да всё не могла собраться с духом. Но Щелбан и Пендель не возвращались, тихо было, только трещали ветки в костре.

 - Ревун, - наконец решилась я, - А, Ревун?

 - Ну чего ещё? – Недовольно отозвался он.

 - Ревун, нет никаких фотографий.

 Ответом мне была тишина. Какое-то время я ещё продолжала глядеть в костёр, потом повернула голову. Ревун смотрел на меня - внимательно и не моргая. В сгустившихся сумерках его глаза казались глубоко запавшими и чёрными.

 - Как нет? – Наконец спросил он, без удивления - устало.

 Я пожала плечами.

 - Так вот и нет. Я это придумала, чтобы заставить тебя вести меня в Зону.

 Ревун шумно поскрёб щетину.

 - А как же… ты же подробно описала ту фотку на Милитари, когда я у убитого по карманам шерстил?

 Я улыбнулась.

 - Так это мне брат рассказывал. Как ты на Милитари парня убил из винтовки Гаусса, я ведь её и описала, помнишь? «Пушка в шипах». А про забор и аномалию так наплела, от балды, подумала, что вряд ли ты помнишь подробности. Я вообще больше рассчитывала напугать тебя «Свободой», ну что они благодаря этим фоткам узнают, что ты убил одного из них, и будут тебе мстить. Парень ведь свободовец был, верно? А Юрка говорил, что они совсем отмороженные. Поэтому я взяла именно тот случай.