Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий
Вопрос КПВ голос проигнорировал и на какое-то время замолк. Впечатление незримый собеседник производил не самое дружелюбное. КПВ вспомнились случаи попадания в полицию.
— С большим шансом камень должен был найти эльф. — заявил голос. — Придется корректировать план…
«Ну, если речь про Эола, могу ему передать». — предложил КПВ.
— Ни в коем случае. — возразил голос. — С тобой будет даже проще. Камни оказывают на эльфов довольно сильное гипнотическое воздействие. Они из-за них даже войны начинали. Ты будешь более предсказуем.
«Буду». — заверил КПВ. — «Я вообще очень последовательный. У меня есть принципы и я их придерживаюсь».
— Принципы алкогольной зависимости и сексуальной невоздержанности или ты о деструктивных наклонностях и тяге к насилию? — теперь в голосе явно скользнула насмешка. Впрочем, этот пассаж КПВ не огорчил и нисколько не обидел. Наоборот обрадовал. Стало ясно, что общается он не с роботом или магическим големом.
«Они самые». — согласился КПВ. — «Но меру я знаю. Обычно…»
— Эти твои качества, для меня, не являются недостатками. — снова усмехнулся собеседник. — В том числе они, позволили тебе пройти отбор и оказаться в другом мире.
«И отбором занимался ты?»
— Вырабатывал схему. Далее в ход пошла автоматизация.
«Автоматизация?»
Ещё после самого переноса КПВ задумывалась почему оно произошло все так… технологично, что ли? Вместо пафосной речи какого-нибудь духа голос робота, чуть ли не игровой интерфейс. Даже возникала мысль, а не симуляция ли все это.
— Не более симуляция, чем мир, из которого ты был взят. — ответил неизвестный. — Что до манеры общения, то технологии, как этого мира, так и других — моя специальность.
«Подожди…» — КПВ напряг знания лора. — «Ты случаем не этот? Ну который бог гномов?»
— Махал. — подсказал собеседник. — Я же Гаул, Аулэ и многие другие имена, придуманные смертными и бессмертными народами.
«Так. Понял… Подожди. Значит ты устроил наш перенос?»
— Именно.
«А цикл книжек про Средиземье?»
— Задал базовый материал. Далее ваш автор сам начал фантазировать и дополнять. Тем более, часть информации, что он получил, была не хроникой случившегося, а моими прогнозами дальнейших событий. Впрочем, несмотря на неточности, свою роль книги выполнили. Попав сюда вы быстро разобрались в ситуации.
«Так, нахуя, а главное зачем это все? Мы же сюда попадаем даже без… Ну инструкции, что делать».
— Она не требуется. Отбор осуществляется таким образом, что большая часть попаданцев выполняет свою миссию не подозревая о её сути. Вы просто действуете согласно своим принципам. Это самый простой, естественный и ресурсосберегающий подход. Хотя, в случае с тобой, придется действовать более очевидно. Камень слишком важен. Его неправильное и несвоевременное использование повлечет необходимость ещё более открытого вмешательства. Я бы с удовольствием пустил все на самотек, но мы пока не пришли к нужному состоянию мира. Мне приходится активно участвовать в процессе истории. Но довольно объяснений. Мы вернемся к ним, если ты верно исполнишь свою роль. Она не особенно сложна и драматична, но могут быть трудности.
«Я весь внимание».
— Сохрани камень у себя. Чем меньше о нем будут знать окружающие, тем лучше. Ты должен хранить камень и следовать за этим вашим Ньялем как и следовал. Затем получишь новые инструкции. Ты ощутить нужный момент.
«Понял-принял, но есть нюанс…»
— Все твои раны исчезнут после конца нашего разговора. У тебя также будет некоторое время, чтобы обновить своё снаряжение, как это было при переносе. Однако не обольщайся. Это разовая услуга. Мой главный принцип — принцип минимизации прямого вмешательства. Если ты не справишься, то камень найдет нового хранителя.
«Так я не избранный, как в книжке?» — усмехнулся КПВ.
— Избранный, но заменяемый. — «обнадежил» Махал. — Как я говорил, события книг это и фантазии автора тоже. И чем дальше, тем гуще. Избранность, несколько хоббитов… хоббитов, уничтожающих Империю Саурона. — в голосе теперь звучала даже не насмешка, а откровенный хохот. — Возможно, хоббиты достаточно примитивные и простые существа, чтобы не поддаться магии даже очень мощного артефакта, завязанного на манипуляции амбициями, гордостью и жаждой власти. Всего этого у хоббита не более, чем у полевой мыши. Однако путь этих бравых вояк, выражаясь понятным тебе языком, закончился бы в ближайшей канаве, где назгулы бы их застали за поеданием ближайшей кобылы. Но хватит о ерунде. Время не ждёт.
«Стой, а если у меня все получится…»
— Награда? Не жди чего-то глобального или слишком могущественного, но время жизни, технологии и, конечно, золото не станут проблемой.
«Сойдёт. А огнестрел, например, мне сейчас выдать нельзя? Там просто ходит один очень разбаффаный назгул…»
— Нет. Перенастраивать систему переноса из-за одного частного инцидента? Не в моих принципах.
«Так, а если пневматику? Не огнестрел? Махал?»
— Выберите стартовое оружие и снаряжение. Доступно исключительно холодное оружие. — скомандовал уже голос автомата.
«Съебал гномий бог».
КПВ, как и в первый раз, смог лицезреть себя со стороны. Зрелище жуткое и душераздирающее. Система переноса залечила раны, но пыль, щетина, в хлам раздолбанная броня и прочие прелести хардкора последних дней остались.
«Ладно. Пора обновляться».
Для начала КПВ сменил свой комплект доспехов на свежий и целый, в этот раз все заказав из сплава титана с золотом, который отличался отменной прочностью. Вместо бацинета шлем выбрал закрытый бургиньот со складывающимся наподбородником. Хорошее сочетание прочности, защиты и обзора. Стеганный комплект с нашивом титанового кольчужного полотна в уязвимых местах. С моргульским табельным у назгулов даже царапина становится летальной. Кольца в кольчуге небольшого диаметра, из толстой проволокой и главное цельные. Под все это роскошество термобелье. Может быть, придется не так сильно подыхать при жаре.
Оружие: топорик-чекан, одноручный романский меч и треугольный щит. Увы, излюбленное двуручное древковое в условиях подземелья канало плохо. Затем пришёл черед иных вещей.
Две пластиковых спортивных фляги для воды. Полные, разумеется. Ещё тут же заказал рюкзак и шесть пластиковых двухлитровых с ромом, текилой и водкой.
«Охуенно».