Руслан Ершов - Зона влияния

— Значит, выброс уже прошел?

— Ну да. Где-то после двух ночи шарахнуло.

Еще немного помявшись, Дмитрий направился к выходу, и осторожно открыв дверь, вышел на улицу.

Незнакомец сервировал стол на двоих и в тот момент, когда в помещение вошел Дима, он ставил на стол бутылку водки.

— Соседи наши, отобедали ранее и отлучились, здесь неподалеку. Обещали к вечеру вернуться. Ну а мы, давай перекусим малость, что Бог послал, да выпьем за знакомство. — При этих словах, он разлил содержимое бутылки по кружкам.

Дмитрий стоял в нерешительности, размышляя, стоит ли доверять этому незнакомцу. А тем временем, мужчина уселся за стол и, ухватившись за ложку, погрузил ее в полную сковороду жареной картошки с луком и тушенкой, не обращая никакого внимания на своего случайного соседа.

Сглотнув слюну, Дима несмело присел за стол напротив него, и тоже, взял в руки ложку.

Через несколько минут тихого поглощения пищи, незнакомец поднял кружку.

— Что ж, пора преодолеть чувство неловкости, и познакомится. Ты как зовешься?

Дмитрий в свою очередь взялся за кружку с алкогольным напитком и, сглотнув, проговорил. — Я, Дима. В последнее время, меня зовут Рыцарем, но мне не нравится это прозвище.

— Прозвища, они из ничего не появляются, знать есть на то причины, раз уж тебя так кличут. Но если не нравится это, то придумай себе другое! Ну а меня, люди знают, как Шершня.

Дмитрий вздрогнул от неожиданности такой встречи, и это не укрылось от взгляда собеседника. Не ставя кружку на стол, тот лишь спросил. — Мы знакомы?

Дима тоже не стал ставить кружку, удерживая ее двумя руками. — Заочно. По крайней мере, я о Вас наслышан.

— Что ж, за знакомство! — Шершень опрокинул содержимое кружки себе внутрь. После чего, нарочито деловито, принялся набивать себе рот картошкой.

Дмитрий последовал его примеру, и в этом тихом поглощении пищи чувствовалась натянутость происходящего, а каждый из них, стараясь не смотреть на соседа, размышлял. — Что же будет дальше?

Сковородка опустела. Не вставая из-за стола, Шершень потянулся в сторону буржуйки и, ухватившись за чайник, налил себе в кружку кипятка, погрузив туда пакетик с чаем.

— И что же ты обо мне слышал?

— Хорошего мало.

— Вот значит как! Боишься меня?

— Нет!

— Ага. — Шершень облокотился о стол.

— Старатель, при случае просил привет передать. Давненько говорит, потерял друга своего из вида.

— На то, были свои причины…

— Очевидно, эти причины, Кощей и Стаффорд.

Шершень поднял вверх левую бровь, но промолчал.

Дмитрий не стал напирать, а лишь исподлобья, наблюдал за соседом.

— Не надо на меня смотреть как на врага народа. Повторюсь, на все были свои причины. Просто, я немного заигрался.

— Заигрался!?

— Да! Истина, открылась мне слишком поздно. — Шершень жестом руки остановил Дмитрия, порывающегося что-то сказать. — Предлагаю такой расклад. Чтобы не было недомолвок, и из разрозненной мозаики сложилась полная картина столкнувшей нас действительности. Для того чтобы мы, понимали друг друга в полную меру. Ты расскажи мне все без утайки. В свою очередь, я расскажу о Кощее и своей роли при нем. Стаффорд же, мне мало знаком и я дел с ним не имел. И только потом, когда мы узнаем на данный момент сокрытое от нас обоих, мы сможем решить, как относится друг к другу. Враги мы или друзья? Согласен?

Несколько минут Дима молчал, раздумывая над предложением. Пауза сильно затянулась, но Шершень не торопил. Наконец, Дмитрий пересел на топчан, и обняв руками колени, начал свой рассказ.

– //-

Киев, резиденция рыцарей плаща и кинжала. 15.06.2013 г. 12:30

Вибрация проснувшегося мобильника вывела Галину Григорьевну из раздумий.

— Я слушаю.

— Можете говорить?

— Да. Что расскажешь?

— Наш молодой сталкер, согласен с нами сотрудничать. Материалы на него готовы, но. Рассказывает он конечно интересные вещи, вот только к нашей операции, они имеют очень уж косвенное отношение, хотя и проясняют кое какие детали некоторых событий, развернувшихся в последнее время вокруг Зоны отчуждения. Остальные задержанные, которых доставила группа Плеярова, можно сказать — вообще левые.

— Что по письму?

— Касательно письма. Его, Катерина писала собственноручно, это подтвердила графологическая экспертиза. Однако, эксперты не могут с точностью утверждать, она ли непосредственно излагала свои мысли, или стелила по бумаге под диктовку. На данный момент ясно одно, мы ее потеряли, в равной степени, как и нашего информатора находящегося при ней.

— С чем же мне идти к руководству? За такие подвиги, меня просто-напросто, срамной метлой со службы гнать будут.

— Я недаром уговорил Вас обследовать подземелье.

— Слава Богу, имелось несколько комплектов оборудования с замкнутым циклом дыхания.

— Да! Единственный из уцелевших при взрыве, которого мы извлекли на поверхность, сейчас пришел в себя и его состояние стабильно. Врачи разрешили с ним работать. А вот на образцах взятых нами в этом логове, найдены следы наркотика, разыскиваемой нами лаборатории. С чем я Вас и поздравляю!

— Пока не с чем поздравлять. По сути дела, мы вернулись не соло нахлебавши. Остается надеяться, что этот гражданин из подземелья, прояснит нам картину.

— О! Чуть не забыл. Свершилось! Нам пришла документация по секретным разработкам на интересующей нас территории. Самое неприятное, так это то, что материалы прибыли в очень усеченном варианте и содержат данные только о той части громадного комплекса, где располагалась лаборатория.

— Понятное дело. Думаю, чуть позже, мы будем иметь полный комплект такого рода документаций. Я более чем уверена, приоритеты нашей операции, начинают меняться. У меня был очень интересный, неформальный разговор с одним из… В-общем, подробности при личной встрече. Что ж дружище, мне пора на ковер. Спасибо тебе Славик, и, до связи.

Поначалу, окунувшись в невеселые раздумья, Галина Григорьевна достала пачку длинных и тонких сигарет. Долго крутила их в руках, да так и забыла на лавке.

Покидая римский дворик, она вдруг улыбнулась, и тверже ставя ногу, вошла во внутренние помещения таинственного здания.

– //-

Территория Зоны отчуждения. 15.06.2013 г. 12:35

Маленькие пушистые облака, дружной и согласованной колонной, направлялись куда-то далеко за горизонт, чтобы где-то там, постепенно растаять в далекой дымке северо-восточного направления. Легкие порывы горячего ветра, приносили с собой удаленный шум соснового леса и тонкий аромат полевых растений.