Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

И тут начался хаос.

Некоторые народные депутаты начали аплодировать Жириновскому, а некоторые неразборчиво кричали слова осуждения.

Организаторы не успели вовремя среагировать, поэтому камеры были направлены на Жириновского и записали его слова — сейчас же они спохватились и перевели их на Горбачёва.

— Прекратить!!! — выкрикнул тот. — Товарищ Жириновский! Прекратите сеять смуту!!!

— Я говорю правду, товарищ Горбачёв!!! — ответил ему Владимир. — Здесь собралось слишком много лжецов — я один из немногих, кто говорит правду!!!

— Перерыв пятнадцать минут!!! — провозгласил генсек.

Хаос продолжался ещё несколько минут, а затем депутаты, постепенно, успокоились.

Жириновский вышел перекурить.

— Мистер Жириновский! — подскочил к нему на улице какой-то иностранный журналюга. — На пару вопросов!

Одет прилично — в деловой костюм, но с карандашами, ручками и узким блокнотом в нагрудном кармане. В руке у него микрофон с надписью «CNN», а за спиной, в паре метров, держится оператор.

— Но комментс, — отмахнулся от него Владимир и прошёл к ближайшей урне.

— Как вы прокомментируете слова Михаила Горбачёва о… — начал журналист.

— Ду ю спик инглиш? — спросил его Жириновский. — Шпрехен зи дойч? Парле ву фронсе? Ая фарси сохбат мейкони? Та па пашто хабара кэвэ?

— Чт… что? — растерялся журналист.

— На каком языке мне сказать тебе, чтобы ты понял, что я не буду с тобой ничего обсуждать? — спросил Жириновский, подкуривая сигарету. — Ты как сюда попал вообще?

— Но ведь свобода прессы… — начал иностранец.

— А о свободе личности слышал? — усмехнулся Владимир, выдыхая ему сигаретный дым в лицо. — У нас, в Советском Союзе, уважают свободу личности, а у вас, как я вижу, за сенсацией готовы человеку в трусы залезть! Отойди — ты мешаешь мне наслаждаться свежим воздухом…

— Это очень грубо с вашей стороны… — заговорил журналист.

— Знаешь, что грубо? — спросил Жириновский. — Грубо подлетать ко мне, когда я вышел с непростого заседания, и задавать свои идиотские вопросы! Назначь время — возьми интервью, как психически здоровый человек! Двери моего кабинета открыты в понедельник, среду и пятницу, с четырнадцати до шестнадцати часов.

— Но разве… — растерянно начал журналист.

— Можно-можно, — улыбнулся Жириновский. — Но сейчас — сохраняй дистанцию. Ты же профессионал! Лицо западной прессы! Не бей им в грязь!

Журналист коротко кивнул и отошёл.

А Жириновский увидел, что какой-то француз записывал их беседу на камеру.

«Плевать», — решил он и продолжил курить.

Затушив бычок, Владимир направился в буфет, где купил стакан компота и два пирожка с картошкой.

Перекусив, он вернулся в зал заседаний. Тут всё так же полно народу, потому что большинство не воспользовалось перерывом, а продолжило громкие диспуты.

Жириновский занял свое место и обнаружил, что справа от него теперь сидит Валерий Викторович Рюмин, космонавт, дважды Герой Советского Союза.

— Здравствуйте, Валерий Викторович, — приветствовал его Владимир.

— Здравствуйте, Владимир Вольфович, — пожал ему руку Рюмин. — Хочу выразить вам свою поддержку — вы один из немногих, кто выражает здесь мнение большинства! Спасибо вам!

— Я просто выражаю свою позицию, — улыбнулся Жириновский. — И я признателен вам за такие тёплые слова, Валерий Викторович.

Он огляделся и увидел, что митрополит Алексий пересел примерно на двадцать мест правее, а вместо него теперь сидит какой-то мулла.

— Слава Аллаху, этот кафир пересел подальше от меня! — громко заявил Жириновский. — Если бы я не был атеистом, не знаю, что бы с ним сделал!

Его слова вновь вызвали смех окружающих депутатов.

Наконец, Горбачёв вернулся с перерыва и сел на своё место.

Народные депутаты расселись и прекратили споры.

— Следующим выступает народный депутат Жириновский! — сходу заявил Горбачёв. — Порядок выступлений изменён по просьбе группы депутатов! Владимир Вольфович!

Очередь Жириновского должна была настать после выступлений ещё четверых депутатов, но что-то изменилось — возможно, они захотели «смазать» переход и дистанцироваться от слишком «токсичных» выступлений Сахарова и Айтматова.

Можно было бы оспорить нарушение утверждённого порядка, но Владимир не стал. Это скандал, а он любит скандалы за то, что они всегда в центре внимания.

Он пожал руку Горбачёву и встал за кафедру.

— Приветствую вас всех, уважаемые товарищи народные депутаты! — начал он свою речь. — Изначально я хотел осветить другую тему, касающуюся экономических вопросов, но, в свете недавнего выступления академика Сахарова, вынужден изменить тему и развенчать откровенно ложные утверждения, высказанные им, возможно, в силу наивности и политической незрелости. Я разделю своё выступление по пунктам, чтобы всем было легче ориентироваться. Пункт первый — об ошибочности ввода советских войск в Демократическую Республику Афганистан. Для начала должен напомнить, что поступали неоднократные просьбы о вводе, связанные с тем, что басмачи и наркоторговцы, поддерживаемые США и другими странами запада, захватили некоторые территории и начали учинять там возвращение в Средневековье! Я был там — они занимались ускоренным возвращением Афганистана в Средневековье, требуя от мирных жителей жить по законам шариата! Там женщин побивали камнями за разного рода проступки, которые в современном обществе проступками не считаются, а детей, ходивших в светские школы, избивали и, иногда, убивали! Но теперь это в прошлом! Президент Ватанджар усиленно работает над повышением грамотности и развивает афганскую экономику, повышая уровень жизни населения! Афганистан сейчас не скандинавская страна, конечно же, но посмотрим, как будет через десять лет!

Многие депутаты посмеялись, оценив укол в сторону речи Айтматова.

— Также немаловажно помнить о том, каким образом, до сравнительно недавних пор, финансировались афганские басмачи! — продолжил Жириновский. — Они зарабатывали деньги на свою борьбу предельно демократическим путём — наркоторговлей! Они продавали опиум и героин зарубеж, а также пытались организовать нелегальные поставки в Советский Союз, чтобы травить этой дрянью и наших граждан тоже! Наши воины-интернационалисты боролись с этой гидрой наркоторговли — считать эту борьбу напрасной, это равносильно признанию в желании травить советских граждан наркотиками! Поэтому я считаю, что академик Сахаров просто наивен и многого не знает! Не хочу верить, что он с полным пониманием оскорбляет память погибших воинов, сражавшихся против этих подонков и мерзавцев, отравивших и убивших сотни тысяч людей! Я надеюсь, что он просто не понимает! Иначе…

Он сделал паузу, в которую попытался воткнуться Ельцин.

— Никак нет! — резко остановил его Жириновский. — Вас вообще нет в списке выступающих, товарищ Ельцин! Молчите и слушайте! Итак, пункт второй! Утверждение академика Сахарова о «демократическом волеизъявлении» народа Афганистана…

*СССР, РСФСР, город Москва, Кремлёвский дворец Съездов, 6 июня 1989 года*

К сожалению, для Жириновского, ему пришлось сформировать свою фракцию. Все, кто и так стихийно собрался вокруг него, по причине того, что он