Диана Удовиченко - Эффект преломления

Старик оказался упорным. Стал вызывать участкового, писать заявления. Тот традиционно обещал разобраться, но все кончилось тем, что Ксюшу попросили унять бдительного чекиста.

— Дочка телефон на ночь прячет. — Альбертычу было стыдно признаваться в своей беспомощности. — Ксюха, она неплохая баба. Несчастливая только, одинокая. Да и трудно ей со мной, инвалидом…

Мне стало жаль деда:

— Вы не переживайте так, товарищ полковник. Даже если бы вам удалось вызвать полицию, Петровичу это не помогло бы.

В глазах деда зажегся огонек азарта:

— Гляжу, боец, ты знаешь, что это за зверь?

— Упырь это, товарищ полковник. Обычный упырь. Вурдалак.

Альбертыч поверил моментально. Впрочем, почему ему было не поверить? Существование чупакабры он ведь допускал.

— Вон оно как… Значит, повезло мне, — задумчиво произнес он. — Упырь-то и меня хотел сожрать.

Заметив старика, который бесстрашно наблюдал за ним сквозь инфракрасные очки, тварь рванулась к окну.

— Все, думаю, полковник Онойко, вот и пришла тебе хана, — делился Альбертыч. — Но почему-то стекло никак не разбивалось. Как будто бронированным сделалось. Хотя на самом деле-то обычное…

Я рассеянно поддакнул. Все приметы сходились.

— А скажите, товарищ полковник, он вам ничего не говорил? Может, голоса какие в голове слышали?

— Чупакабра-то? — Альбертыч упорно именовал вурдалака привычным прозвищем. — Говорила, а как же. Как будто без слов приказывала: впусти, мол, впусти…

— А вы что?

Дед презрительно хмыкнул:

— Да ничего. Не таких еще на допросах ломал. Побилась да улетела. А я спать лег.

Силен старик. Видна старая закалка…

— Ну хорошо. А утром, когда полиция приехала, что ж вас не допросили? Знают же, что вы за двором наблюдаете.

— А я не сказал, — гордо заявил Альбертыч. — Дорога ложка к обеду. И потом: ты что, думаешь, эти, с одной извилиной, и той от фуражки, в чупакабру поверят? Решат, совсем Альбертыч чокнулся. Да и Ксюха только рада будет меня в дурку отправить. Не-э, я такого повода не дам. Тебе вот только и рассказал. Ты парень уважительный и здравомыслящий.

— Спасибо, Альберт Альбертович.

Я задумался. Старику грозила вполне реальная опасность, гораздо серьезнее, чем психушка. Одичавший вампир мог вернуться и добить упрямого свидетеля. А скорее, сородичи упыря захотят прикрыть его милые шалости, как это уже было три года назад с Диониссио делла Торре.

— Скажите, товарищ полковник, вы в Бога верите?

— Отродясь не верил, — усмехнулся Альбертыч. — Я старый чекист, а чекисты ни в Бога, ни в черта не верят. Вот только в чупакабру…

Плохо, старик, очень плохо. Бог-то как раз тебя и мог бы защитить…

— Ясно. Ну а серебряные вещи в доме есть? Желательно пробой повыше.

— Ксюха! — гаркнул дед. Когда недовольная дочка заглянула в комнату, приказал: — Тащи-ка серебряные приборы. Те, старинные, которые отец еще у буржуев конфисковывал…

Не уточняя, почему серебро оказалось не в государственной собственности, а в доме потомственного чекиста, я осмотрел принесенные вилки и ножи. Действительно старинные. Высокое содержание серебра.

— Товарищ полковник, — сказал я, когда женщина вышла. — Вы в серьезной опасности. Упырь может вернуться.

— Инструкции? — деловито уточнил чекист.

— Ни в коем случае никого не впускать в дом. Помните, что упыри могут быть и в человеческом обличье.

Альбертыч изумленно присвистнул.

— И всегда держите при себе серебряные ножи, — добавил я. — В случае чего ими можно даже убить упыря.

— Все сделаю, не волнуйся, боец, — заверил дед.

Я пожал чекисту руку и вышел, провожаемый недовольным взглядом его дочери.

Пенсионеров во дворе уже не было — возле грибка сиротливо мокла под дождем газета с огрызками хлеба. Я уселся в машину, прежде чем тронуться, взялся за айфон. Пошарил по местным сайтам: новостные ленты, форумы, где тусуются всякие малахольные любители мистики…

Заголовки последних новостей порадовали оригинальностью: «Гигантский нетопырь в небе над Владивостоком!», «Сенсация: в городе появилась чупакабра. Матери боятся выпускать детей на улицы».

Форумы тоже не отставали, изощряясь в домыслах: «здаровый крылатый над парком лител, чуть не здох со страху, чисто бэтман. Мож он и есть».

«Какой, простите, бэтмен? Это мутант, очевидно же. Китай нас травит пестицидами и радиацией. Вот и мутируют животные…»

Дальше выдвигались версии о секретном оружии, испытании особых костюмов китайского спецназа и — куда уж без них — об инопланетянах. И такого бреда целые гигабайты.

Выезжая со двора, я зло усмехнулся. Форумчанин, предположивший в звере китайского военного, оказался ближе всего к истине. Сомнений никаких: это киан-ши. Что ж, убитых, конечно, жаль, но им уже не помочь. Зато поквитаться можно. Сам факт нападения китайских упырей на мирных жителей был мне на руку. Хватит уже миндальничать с дохлятиной!

Чистильщики всей душой ненавидят проклятых, это закладывается в нас с самого детства. А как иначе? Ведь у каждого упыри убили кого-то из близких. И почти каждый охотник рано или поздно сам погибнет в драке с вампирами. Такая судьба.

Поэтому, будь наша воля, мы б их днем и ночью били. До последнего. Если бы не святые отцы. У этих на первом месте политика, дипломатия, интриги, высшие цели… Не подчиниться нельзя — чистильщики связаны клятвой верности. Вот и приходится ждать, когда родимая Церковь даст отмашку — можно, мол, валяйте, ребята. Но теперь церковникам не отвертеться: условия перемирия нарушены, пора начинать войну…

За размышлениями не заметил, как подъехал к Радово. В прошлом году РПЦ выкупила для меня дом покойного Харитонова, сочтя его идеальной штаб-квартирой для охотника. Место, конечно, приметное и всем упырям известное, но мне сейчас и не требовалось прятаться. Я скорее играл роль официального представителя Церкви, гаранта спокойствия.

Хотя, подумалось мне, начинается война, и скоро все изменится…

Все изменилось даже раньше, чем мне представлялось. Еще на подъезде к дому я услышал душераздирающий вой Вана, Хель и Синга. Так голосить натасканные на упырей псы могли только в одном случае.

Перед воротами, метрах в двух от земли, трепеща нетопырьими крыльями, порхал китайчонок лет четырех. Кроме памперса и эргээмника, на «херувимчике» ничего не было.

Киан-ши умеют поразить воображение.

— С-с-стильно, с-с-сука… — прошипел я, выворачивая руль.

Жахнуло под правым колесом. «Паджерик» повело и опрокинуло на бок, в кювет, легкого пацана отдачей отнесло на посеребренную «колючку», в которой прятались провода под напряжением. Тело упыреныша разлетелось на тысячи кусков, окровавленный памперс шмякнулся на лобовуху.