Полное погружение. Книга 2 - Сергей Александрович Васильев

Шаг за шагом, с скрипом, спорами и внезапными озарениями, хаос на столе обретал форму коммуникатора. Последний, найденный под верстаком винтик был торжественно вкручен Налётовым миниатюрной отвёрточкой.

Наступила тишина. На столе лежал собранный iPhone. В лаборатории 1916 года, среди катушек Теслы и стеклянных колб, он выглядел, как лабораторный микроскоп среди алтарных принадлежностей первобытного шамана.

— Самое главное, — резюмировала Василиса, — после сборки не осталось лишних деталей, а значит шанс на воскрешение гаджета вполне осязаемый.

Даниил медленно поднял смартфон, нажал на кнопку запуска — экран вспыхнул яркой надписью, осветив три напряжённых лица: «Для разблокировки используйте Face ID».

— Ну что ж, — выдохнул Мирский, — момент истины.

Он поднёс телефон к лицу. система считала его внешность. На долю секунды показалось, что ничего не произойдёт, но экран плавно разблокировался, открыв домашний экран с рядами ярких иконок.

— Работает… — прошептал Даниил.

Василиса шумно втянула носом воздух. Налетов торжествующе хлопнул ладонью по верстаку:

— Я же говорил! Наука, молодой человек, не знает временных границ!

Они повалились на стулья, внезапно ощутив, насколько устали.

— А теперь, — сказал Налетов, потирая руки, — не соблаговолите пояснить, что может этот, как вы сказали, гаджет и как им пользоваться?

* * *

(*) Щит Марса -в древнеримской мифологии священный щит, упавший с неба, хранившийся в храме и являвшийся залогом непобедимости Рима.

* * *

Атмосфера Смуты. Начало 17-го века! Клубок интриг и битва за престол. Татары, немцы, ляхи, бояре. Сильный герой проходит путь от гонца до господаря.

Цикл из 15-и томов, в процессе.

1-й том здесь — https://author.today/reader/464355/4328843

Глаза инженера горели любопытством, как у мальчишки перед первой моделью парового двигателя.

— Сейчас-сейчас, — бубнил Дэн, тыча пальцем в экран, — всё, что произошло за сто лет… И фото и видео — это как синематограф… Москва ХХI века… Патрики… Сити… Секунду…

Для Налётова уже само оживление «пудреницы» было явлением полумистическим, а все пассы, что совершал Даниил над айфоном, казались эхом детства, когда он завороженно следил за руками фокусника в шапито.

Мирский коснулся иконки «Медиа»: галерея развернулась стройными рядами информационных солдат, крошечные окошки с застывшими кадрами его жизни — друзья, путешествия, Москва 2020-х. Сердце Даниила ёкнуло от предвкушения, но когда он нажал на первое же видео, экран мигнул, и вместо знакомого движения появилась ошибка: «Файл повреждён. Воспроизведение невозможно».

— Что за чёрт! — фыркнул Мирский, нажимая на второе, потом на третье. То же самое. Фото не открывались, цвета плыли, как масло на воде, а видео и вовсе отказывались запускаться, будто кто-то нарочно поменял их «кожуру».

— Не может быть… Это же моя жизнь! Вся память. Я же без них… пустой, как барабан. — возмутился Даниил, пытаясь воспроизвести хоть что-нибудь на экране.

Налётов нахмурился, его седые брови сдвинулись, как штормовые волны.

— Гаджет сломался? Только собрали, и на тебе?

— Хватит паниковать, Дэн. Может, какой-то баг. Не мучай, перезагрузи его. — подала голос Василиса.

Даниил покивал, бормоча под нос русско-английские проклятия, и перешёл в настройки, выключив и снова включив смартфон, но медиафайлы упрямо отказывались раскрываться. Стрешнева подошла, наклонилась, взглянула на безуспешные манипуляции и сочувственно вздохнула.

— Да, засада… А остальные файлы? Документы, тексты? Проверь, все ли испорчены или только фото-видео?

— Смотри сама, — расстроенный Мирский сунул айфон в руки Василисы и плюхнулся в кресло, упершись локтем в подлокотник и закрыв ладонью глаза.

Вася хмыкнула, не оценив актерской трагедии, открыла «хранилище», и о чудо! Вордовские документы грузились идеально. Стрешнева выбрала скопированную ею «Хронику действий Черноморского флота в Первой мировой» и развернула на экране.

— Вот нашла, — воскликнула она. Голос зазвенел от возбуждения, а Налётов подался вперед, дыша ей в затылок. — «Линкор „Императрица Мария“ взорвётся 7 октября в Севастопольской бухте. Гибель экипажа — 216 человек. Катастрофа парализует флот на месяцы…»

Стрешнева обернулась и, как на стену, наткнулась на побледневшее лицо Налётова и его сумасшедший взгляд, сверливший экран смартфона.

— Что это? — спросил инженер, указав на открытый файл.

— Текстовый файл из Российского государственного архива Военно-Морского Флота. «Хроника действий Черноморского флота в Первой мировой войне», — повторила Василиса, не понимая, что конкретно так взволновало Налётова.

— В Первой мировой? — прошелестел инженер и с силой дёрнув ворот и галстук, словно они душили его. — значит будет и вторая?

Стрешнева прикусила губу, но дело было сделано и теперь требовалось как-то минимизировать стресс инженера, чтобы сохранить его работоспособность.

— Михаил Петрович! Держите!

Налётов пришёл в себя, увидев перед лицом стакан с водой, который держала Вася, кивнул, не в силах произнести ни слова, отпил глоток, лязгнув зубами о край стакана.

— Вы же видите, что Германия и Австро-Венгрия терпят поражение, — взвешивая каждое слово, произнесла Стрешнева участливым голосом, — Первая мировая война закончится через два года, а через 20 лет немцы решат взять реванш.

— Им удастся? — спросил Налетов, сжимая стакан с таким усердием, что побелели костяшки пальцев.

— Нет! — решительно мотнула головой Стрешнева, — не удастся. Для Германии Вторая мировая война закончится в мае 1945 года, когда наши войска возьмут Берлин.

— Это отрадно, но вы странно сказали, — задумчиво произнёс Налётов после последних слов Васи, — война закончится для Германии… Только для Германии? А для нас?

— Мы закончим войну в том же году в сентябре, разгромив японцев и вернув Сахалин и Порт-Артур!

Налётов недоверчиво посмотрел на Васю, боясь выражать свою радость, хотя глаза его азартно блеснули. Как у любого ветерана русско-японской войны, в душе у него осталась незаживающая рана от тяжелого унизительного поражения.

— Мы разгромим японцев?

— Наголову! — кивнула Василиса, — Квантунская императорская армия просто перестанет существовать.

— Но японцы — наши союзники!

— Это сейчас, а через двадцать лет будут на стороне Германии.

— Вы должны обязательно и очень подробно рассказать мне об этом. — требовательно произнес Налётов.

— Обещаю, Михаил Петрович, рассказать всё, что знаю, — подтвердила Вася, но эти события для вас — далекое будущее, а вот трагедия «Императрицы Марии»…

— Да-да, конечно, — на каждое слово кивнул головой инженер, — всенепременно! Флагман флота должен жить!

Василиса опустила глаза на экран, продолжив листать хронику. Её