Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Девушки засмеялись, а парнишка, покраснев, пародируя черепаху, втянул голову обратно. Видимо, он принадлежал к тем, кому повезло родиться с извилинами в голове, а тем, кто его “отшил”, просто – повезло родиться. Может, даже тоже с извилинами, но они стереотипно не спешили их демонстрировать.

В общем, аудитория предвкушала приобщение к легендарной черной магии. Легендарной не только благодаря своим таинствам, а еще и запретности.

И только трое молодых парней и две девушки, забившиеся в самый дальний угол аудитории, выглядели не только невоодушевленными, но еще и подавленными и в чем-то даже… обреченными.

Как идущий на свидание с проституткой мужчина, которому этим утром поставили диагноз “неизлечимая импотенция”.

Да, пожалуй, они смотрели именно с такой обреченностью – которая обыгрывала даже ту, что испытывает смертник по пути к плахе. Он хотя бы знает, что его мучения вот-вот закончатся.

А у этих они только начинались.

– Они даже не понимают, что именно нас ждет, – вздохнул рыжеватый парень по имени Трэвис.

– Нас кто-то ждет? – Красавец со внешностью взошедшей на вершину пьедестала звезды отвлекся от созерцания своего отражения в зеркале. – У меня все на сегодня расписано! Две примерки, четыре съемки, простите, ребята, я никак не успею и…

– Заткнись, Лео, – хором грохнули Трэвис, блондинка Эли и незаметная, но симпатичная миниатюрная девушка по имени Мара.

Только азиат Чжин сохранял невозмутимость и смотрел куда-то вглубь. Но не аудитории, а самого себя.

– Он тебе так и сказал, подруга? – прошептала… или прошипела красавица Эли. Вот только на фоне Лео она даже как-то проигрывала. – Что не слушает тебя?

– Мне кажется, он просто хотел, чтобы я так подумала, – слегка наивно улыбнулась сероволосая девушка. – Может, он и не такой плохой…

– Не такой плохой? – тут же вскипел Трэвис. – Я попросил своего брата покопаться по Александру Думскому, и знаешь что?

– Ты уже говорил, – закатила глаза Эли, – раз двадцать… но можешь ни в чем себе не отказывать и повторить двадцать первый.

– Да хоть двадцать второй, если до вас дойдет! Но никто, никогда, ничего не слышал об Александре Думском в странах Старой Земли. Ни в Восточной Европе, ни в Западной. Ни в Америке, ни в Азии, ни в арабских странах! Нигде. Ничего! И при этом, когда он попытался что-то разузнать об этом “профессоре” в Маэрс-сити, то ему ясно дали понять, что эти расспросы стоит прекратить немедленно. И это детективу центрального управления!

– Дело нашего куратора, – Эли сделала недвусмысленный нажим на последнем слове, – лежит на сайте в свободном доступе. Можешь почитать и его публикации, и работы, и посмотреть фото с различных съездов. Думаешь, он один все это подделал?

– Не знаю, Эли, не знаю, – вздохнул парнишка, – но через месяц брат полетит в Китай на конференцию и заедет к своему приятелю. Тому самому, которого я увидел на одном из этих фото, ну или как ты говоришь, “железобетонных” доказательств. Вот тогда мы и выведем этого ублюдка на чистую воду и…

Что еще Трэвис собирался сделать с отдельно взятым черным магом, так навсегда и останется тайной, покрытой завесой мрака и ужаса. Во всяком случае, именно с такой завесой в аудиторию, открывая ногой дверь, зашел молодой мужчина.

Не обращая внимания на притихших студентов, глубоко затягиваясь сигаретой (дым которой на поверку и оказался той самой “завесой”), не вынимая руки из кармана брюк, уселся за преподавательский стол.

Держа сигарету одними губами, он, что-то шепча, шарил по ящикам стола, пока радостно не выругался. Причем весьма грязно. Но так, что услышали только первые ряды аудитории.

Стало еще тише.

Профессор черной магии, гений, достигший этого звания к двадцати одному году, красавец, с короткой стрижкой в духе второго десятилетия двадцать первого века, одетый в дорогущий костюм, куря сигарету, запрокинул туфли на стол и развернул перед собой…

Вовсе не гриморий. Не темно-магический труд. Не книгу или, на худой конец, методичку, а толстенный порножурнал с весьма красноречивой обложкой.

Стало совсем тихо.

Где-то с потолка падало небольшое перышко.

И то, как оно шуршало в потоках воздуха, было слышно так же, как в полной тишине ярость весеннего грома.

– Ах да. – Спохватившись, профессор Александр Думский небрежным жестом открыл ноутбук, нажал несколько клавиш, и на огромной графитной (что за ретроградность!) доске за его спиной при помощи проектора (прошлый век же!) появилось изображение гигантской волшебной печати.

И от одного взгляда на нее у некоторых, кто до этого считал себя в числе лучших выпускников и светлейших умов молодого поколения города, закружилась голова.

Такого сложного, хитроумного, запутанного переплетения волшебных символов, фигур, знаков и прочей атрибутики они не видели ни разу в жизни.

– Кто не разберется к концу семестра – не сдаст мне зачет и вылетит из этого университета, – безразличным голосом зачитавшегося человека продекламировал профессор. – Время пошло.

Трэвис уж собирался что-то сказать, как на него посмотрели ярко-зеленые глаза. Глаза черного мага.

Рыжеватый парнишка икнул и принялся старательно перечерчивать печать в конспект на планшет.

– Он что, меня слышал? – просипел будто уменьшившийся в размерах юноша.

Уже спустя пару мгновений вся аудитория скрипела электронными перьями по экранам планшетов.

* * *

Алекс внимательно читал дело “Маски”, ну или как там его назвал азиат. И не потому, что его “заставили” или это было его “работой”, просто…

Просто он не все рассказал Гвардии. Далеко не все, что ему удалось узнать о демонологе в той квартире. И даже если половина догадок Алекса была верна, то для него наступали тяжелые времена.

Куда более тяжелые, нежели четыре года в тюрьме для магов или роль пса на службе защитников человечества.

– Профессор? – Внезапно на периферии зрения Дум увидел робко поднявшуюся девичью руку.

Закрыв папку с делом, он посмотрел на это юное дарование.

Расширенное досье? Ах да, конечно, он же профессор, а эта ушастая девка – его студиозус. Конечно, линзы предлагали более подробную информацию.

Проклятье!

Все демоны бездны!

Шестой уровень в восемнадцать лет у эльфа? И вот с этими “гениями” он вынужден терять свое драгоценное время?!

– Что?

Эльфийка (весьма сносной внешности, что и сподвигло Алекса на диалог) как-то съежилась и пропищала:

– А что надо делать с печатью?

Алекс перевел взгляд с эльфийки, все еще звенящей своей волшебной Пандорой на запястье поднятой руки, на печать, затем обратно и снова на печать.

Он уже вспоминал всех демонов бездны?

Что за бездари…

– Нужно распределить потоки энергии так,