Олег Астафьев - Лиса в космосе
— Боже!… Что вы натворили! — навзрыд произнесла она, переворачивая залитого кровью Маера, чтобы осмотреть рану.
— Я умру… Лисовская…
— Идиот! — закричала она ему.
Лиса тащила Маера к медицинскому отсеку через весь корабль. Поскальзываясь на теплой и густой крови, она падала, но снова вставала и принималась за работу. Маер был в сознании. Он стонал и скрежетал зубами. Правая рука не слушалась его и, словно чужая, билась о пол и ступени. Для Лисы это был единственный человек в черной и холодной пустоте. И она намеревалась спасти его во что бы то ни стало. Она отчаянно пыталась сделать все, что от нее зависело. Обработала рану, прекратила кровотечение, обезболила и привила регенерирующие клетки. Маер впервые глубоко вздохнул на операционном столе и, глядя перед собой, тихо спросил:
— Что ты делаешь сейчас, Лисовская?…
Девушка, выбившаяся из сил, села рядом со столом прямо на пол. Она вытерла рукавом с лица кровь Маера и сказала:
— Не называй меня Лисовская.
— Хорошо. Что ты сейчас делаешь, Лиса, — попытался поправиться Маер.
Лиса улыбнулась: это были первые признаки того, что Маер пережил самое страшное. Ткани будут восстановлены. Только ему придется лежать дня три.
— Я помогаю тебе, Маер, — ответила она.
— Значит, сейчас мой случай…
— Что?
— Как-то я попросил тебя о помощи, а ты сказала, что не в моем случае… А вот теперь, выходит, мой случай…
Лиса засмеялась. Впервые за долгое время она могла хоть немного расслабиться. Они вспоминали обо всем, что произошло, и строили планы на будущее. Корабль все равно сядет на Геталие. А Маер обязательно поможет девушке вернуться домой.
— Кстати, я ведь спас тебе жизнь… Капитан убил бы нас обоих. Или съел бы… — сказал Маер и погрузился в сон. Для него сейчас это был самый лучший способ выздороветь.
Лиса сидела рядом. «Вихрь» нес их по бескрайним просторам космоса. Корабль без капитана будто бы загрустил и даже двигатели работали, словно пели ему прощальную песню: печально и протяжно. Она не знала, сколько времени прошло со времени ранения Маера. Думала, что час. А на самом деле, весь день. Она думала над словами молодого пирата. Она вспоминала действия капитана. Но ей не хотелось снова гадать о существовании хищника. Она слишком устала. Подошва правой ноги болела. Эта боль, тупая и все возрастающая, взялась из ниоткуда. Девушка согнула ногу и осмотрела ранку. Она совсем о ней забыла. Да, тогда на планете. Очень глупо поранилась. Какой-то колючий местный кустарник. Пожалуй, надо было обработать чем-нибудь, да под руками не было ничего. Ранка заныла еще сильнее. Лиса поморщилась и встала на ноги. Может, хоть так будет лучше?
Маер мирно спал на операционном столе. Лиса наклонилась над ним. Грудь пирата мерно поднималась и опускалась, губы шевелились во сне, словно выговаривали какие-то слова. Сон был крепким и здоровым. Лисе тоже захотелось спать. Но больше всего ей сейчас хотелось есть. Голод, необычайно сильный и все подчиняющий голод овладел ей. А Маер был таким аппетитным… Лиса облизала влажным языком свои губы и приблизилась к лицу человека. Как делала это уже не раз.