И пришёл охотник - Сергей Котов
Перед тем, как выйти из кунга, я встретился взглядом с одним из операторов, который успел снять очки. В его глазах была бесконечная усталость, на грани измождения. Только теперь я смог прочувствовать, какой ценой на самом деле достаётся кажущаяся лёгкость быстротечного боя.
Тем вечером, засыпая в располаге под мигание заряжающихся раций, я представлял себе, как выглядел этот бой со стороны противника. И что можно ощущать, когда ты идёшь в ночь, по ледяному морю выполнять задачу. Зная, что за темнотой тебя ждёт жужжащая и пикирующая смерть.
Глава 8
Попытка к бегству
— Миха, подъём! — Лёхин голос грубо вырвал меня из сна.
«Какой подъём? Тут же не бывает подъёмов… стоп, и я же вообще не должен…» — успел подумать я, садясь на кровать, свесив ноги.
— Боеготовность полная, — продолжал Лёха. — Только что объявили. Тебе долго собираться? Давай помогу!
Уловив тревогу в его голосе, я окончательно проснулся.
— Что-то случилось? — спросил я, чувствуя, как пересохший язык неприятно ворочается во рту. Я взял с тумбочки смартфон, взглянул на часы. Четыре утра. Блин, самое сонное время!
— Накат идёт массированный. Тут реально опасно. Надо уезжать, пока прилёты не начались. Прямо сейчас!
— Опять дроны?
Собрав всю волю в кулак, я встал с кровати и начал одеваться.
— Да хрен его знает! Всё и сразу!
— Понял, понял, я мигом…
Хорошо, что большая часть вещей осталась в «Лисяне». А так — спрятал ноут в рюкзак, захватил пакет с «мыльно-рыльными», вот и все сборы. Меньше, чем через минуту мы уже выходили из пустой располаги. Судя во всему, остальные бойцы собрались и вышли ещё раньше.
— Смотри, короче, я думаю, что тебе лучше сначала на Симферополь двигать, — говорил Лёха, шагая стремительно, в своей обычной манере. — Там по ситуации: новости включи на радио, слушай, что говорят. Сразу на мост я бы не совался, можно в очередь встрять. Да и вообще бы не совался. Понял?
— Понял, — кивнул я.
— Если всё плохо — двигай на Чонгар сразу. Там сразу по встречной обочке хреначь, понял?
— Да.
— Сможешь?
— Раз ты сказал — значит, сделаю, — ответил я.
— Добро.
Мы подошли к «Лисяну». Машина, узнавая меня, мигнула габаритами и открыла водительскую дверцу. Я закинул рюкзак и сумку на пассажирское сиденье.
— Мих, если что, извини, но сам видишь, — сказал Лёха, протягивая руку.
Я пожал его ладонь. Потом мы обнялись.
— Будет связь — давай знать, что нормально добрался.
— Конечно. Ты тоже! Не пропадай, главное!
В этот момент над морем что-то сильно бахнуло. В небе, на фоне туч, расцвёл огненный цветок. Ещё несколько огненных вспышек мелькнуло в отдалении.
— Ну всё, понеслась звезда по кочкам… — выдохнул Лёха. — Давай шустрее! Ходу! Не останавливайся и не оглядывайся!
— Добро, — ответил я, невольно копируя его манеру.
Я стартанул необычно резко. Лишь электроника не дала колёсам сделать пробуксовку. В зеркале заднего вида я наблюдал, как Лёха бегом несётся к воротам. А в небе над морем продолжают цвести огненные цветы. За раз я насчитал больше десятка.
Навигация, конечно же, не работала. Поэтому прежде, чем попасть на дорогу, ведущую к Черноморскому, пришлось немного поплутать. В сам посёлок я заезжать не стал — сразу повернул направо, в сторону Красной Поляны.
Дорога была пустынной. Ни встречных машин, ни попутных. Лишь возле самой Красной Поляны я увидел большую очередь на заправку.
К тому моменту распогодилось. Над горизонтом поднялась ущербная луна. Тихий пейзаж крымской степи, наполненный серебристым светом, выглядел удивительно спокойно. Особенно на контрасте со взрывами над морем, которые я видел совсем недавно, и которые уже казались нереальными — стоило лишь отъехать на пару десятков километров.
Я вдруг поймал себя на том, что сердце сжимает странная тоска. Будто бы я вовсе не хотел уезжать…
Достав смартфон, я покопался в приложениях. Хотел включить музыку — но вспомнил, что связи нет. Тогда я активировал ФМ-радио. Сканер прошерстил диапазон и на выбор предложил несколько радиостанций.
Немного подумав, я решил вместо музыки включить новостной «Спутник».
«…противоречивые данные, — говорил женский голос. — Наши корреспонденты остаются на связи в ожидании комментариев официальных лиц. Пока что можно уверенно сказать, что в ближайшие несколько часов проезд открыт не будет. Автомобилистам рекомендовано выбирать путь объезда. Там уже образовались многокилометровые пробки. Тем временем в самом городе…»
Приём вдруг испортился. Я попробовал переключиться на «Дорожное радио», но и там были сплошные помехи, слушать невозможно.
Я притормозил и остановился на обочине. Приоткрыл окно со стороны водителя — вдруг показалось, что в салоне душно. Ночной воздух принёс степные запахи и свежесть. Сделав пару глубоких вдохов, я открыл карту на основном экране. Внимательно просмотрел возможные маршруты до Чонгара. Потом обратил внимание на Армянск. Почесал подбородок.
Вдруг со стороны моря послышался шум, напоминающий гул самолётных двигателей. Я выглянул в окно. Мне показалось, что прямо на меня в хрустально-прозрачном воздухе, наполненном лунным светом, несётся хищная вытянутая тень с короткими крыльями.
Сердце замерло на миг. Я с тоской подумал, что вот и всё. Закончился мой творческий путь. Но нет: ракета прошла прямо над дорогой, очень низко, может, на ста метрах всего. Пролетев пару километров, она деловито развернулась и пошла куда-то в сторону Евпатории. Некоторое время я глядел ей вслед, уговаривая себя отцепить ладони от руля. Наконец, мне это удалось.
Ещё до того, как я тронулся, в той стороне, куда ушла ракета, что-то вспыхнуло. Потом до меня докатился низкий, утробный грохот. Конечно, мне хотелось верить, что это ПВО отработало — но едва ли взрыв в этом случае был бы таким мощным.
В Симферополь мне больше не хотелось. Да и в Чонгар тоже. Паника — страшное дело, а там наверняка будет что-то на неё похожее. Поэтому, проехав несколько километров вперёд, я свернул направо, на Далёкое.
Несмотря на то, что дорога была второстепенной, покрытие тут оказалось вполне приличным, видимо, недавно отремонтировали. Это позволяло держать приличную скорость, даже не пользуясь электронными помощниками.
Конечно, я вспомнил про Зелёного Гоблина и его предупреждение.
Кем на самом деле был мой неизвестный собеседник? Сотрудником одной из западных спецслужб? Теперь такой вариант выглядел вполне вероятным. Но для чего я ему был нужен изначально?
На самом деле у меня был ответ на этот вопрос. И он мне совершенно не понравился.
Возник соблазн разблокировать его и спросить напрямую. Интересно посмотреть, как бы он начал вертеться… или же, наоборот, признался бы сразу?