Уильям Форсчен - Реванш императора

Сообщение о предстоящей диверсии против Элдина застало Ярослава за обсуждением планов военной кампании против Лагары, расположенной на соседнем континенте. Ученому был предложен весьма высокий пост при Генеральном штабе. Представив себя в полном военном облачении македонского военачальника, он уже почти согласился на уговоры. Не менее соблазнительной была мысль о бронзовой статуе в полный рост — в сияющем шлеме, с копьем и щитом, — которую Александр обещал воздвигнуть в его честь после победы. Одним словом, все шло замечательно. До тех пор, пока не пришло это чертово послание.

А еще Ярослава чрезвычайно обеспокоил закодированный личным шифром Элдина сигнал экстренной тревоги. Он перехватил его двенадцать часов назад и в результате вынужден был отказаться от многообещающего визита на планету Ирмик, где у него была запланирована встреча с бывшим студентом, добившимся чрезвычайных успехов в избранной им области науки. Вместо этого пришлось увеличить скорость корабля до максимума.

Сегодня, обозревая скорбную панораму, Ярослав мучительно сожалел о том, что не сделал этого раньше. Если бы он с самого начала шел на пределе, да еще не потратил полдня на размышления, лететь или не лететь, — в конце концов, тревога могла оказаться ложной, — то вполне мог бы успеть вовремя. К сожалению, на этот раз, похоже, он безнадежно опоздал.

— Есть! Мы его зацепили! — воскликнул Корбин; его возбуждение мгновенно передалось всем собравшимся в игровом зале, тут же облепившим многочисленные мониторы. Тут же были объявлены новые ставки: один к пятидесяти против Элдина. В считанные минуты десятки миллионов катаров поступили в кассу тотализатора. Побочные ставки сопровождались несколько меньшими суммами и касались в основном исхода схватки между уцелевшими и готовящимися к высадке головорезами из команды Али Хасана.

— Это космический корабль, — сообщил Корбин, закончив сканирование. — Скорее всего, тот, который мы ищем. Все параметры совпадают.

— Есть там кто-нибудь живой? — задали вопрос сразу несколько кохов, обступивших центральный монитор.

— Пока не могу сказать ничего определенного. Атмосферные помехи просто бешеные.

Корбин развернулся в кресле и обратился лицом к сообщникам:

— Корабль завяз в самой середине огромного болота. Мы не можем посадить эту яхту рядом. При таком состоянии атмосферы вообще не стоит туда соваться — мигом разнесет на кусочки или расшибет о скалы.

Он на минуту задумался.

— Я попробую спуститься на шлюпке и все разведать, — предложил Хасан со странным блеском во взоре.

Хотя Корбин на людях держался подчеркнуто уверенно, в глубине души он никак не мог себе простить допущенной ошибки. Что могло быть проще, чем произвести сканирование дальнего полушария, чтобы окончательно убедиться в гибели соперника? Элементарный шаг, но ему почему-то это и в голову не пришло. Хорошо еще, в суматохе и горячке последних часов никто не обратил внимания на его оплошность. Да и сейчас, когда все заняты ставками на будущую вылазку, этот вопрос пока не возникал. Но он обязательно встанет позже, и тогда, чего доброго, найдутся злые языки, которые не преминут обвинить его в некомпетентности. Самое скверное, что они будут правы. В данной ситуации ему просто не на кого спихнуть ответственность. Взять того же Хасана. Корбин был почти уверен, что тот подумал о такой возможности еще в момент, когда ударная волна только начала распространяться, но промолчал, чтобы лишний раз досадить хозяину или даже выставить его на посмешище.

— Возьмите его живым, — злорадно напутствовал десантников кох Губта, чей громкий, скрипучий голос прервал на миг ход мыслей Корбина. — Тогда мы сможем выкинуть этого ублюдка в безвоздушное пространство и делать ставки на то, как долго он там протянет, пока не отдаст концы.

— Забавно, но уж больно примитивно, — возразил Умга, Ксарн-Первый из Улья Полта. — Куда интересней было бы сбросить его в черную дыру в четырнадцатом квадрате. Вот бы я посмеялся, как он проваливается все глубже и глубже, пока не зависнет навеки за гранью возврата.

Это предложение вызвало всплеск всеобщего одобрения и массу шутливых предположений относительно его дальнейшей судьбы. Тот факт, что Элдин формально будет считаться уцелевшим после первой атаки даже в том случае, если его поймают и прикончат высадившиеся на планете фанатики Эль-Шига, похоже, не очень беспокоил веселящихся игроков, хотя многие из них ставили на это и рисковали потерять миллионы.

— Хорошо, я согласен, — провозгласил Корбин. — Пускай Хасан спустится вниз и привезет нам Элдина. Лучше живого. Ну, а если не выйдет, пусть привезет хотя бы то, что от него осталось.

— А как мне поступить с вашей бывшей подругой? — вкрадчиво спросил Хасан.

Тяжелым взглядом Корбин покосился на перса. В каюте воцарилась напряженная тишина.

Он давно списал эту женщину со счетов. Пусть она была с ним когда-то близка и в дальнем уголке сердца под пеплом по-прежнему тлели угольки былой страсти. Сегодня он, однако, не мог себе позволить проявить снисхождение. Жаль, конечно, если она не испарилась при взрыве вместе с остальными. Что ж, тем хуже для нее.

— Убей ее, — негромко произнес Корбин.

Слова его громом отдались в ушах примолкших слушателей. В вынесенном приговоре было нечто зловещее, заставившее на мгновение сжаться сердца даже самых верных и преданных его соратников.

— Но смерть ее должна быть скорой и безболезненной, — добавил он после паузы и, ни на кого не глядя, поспешно покинул каюту.

Али Хасан с сардонической усмешкой на тонких губах окинул аудиторию взглядом, испытывая удовлетворение каждый раз, когда те, на кого он смотрел, испуганно отводили глаза или отворачивались. Затем повернулся на каблуках и поспешил следом за хозяином.

— Элдин, по-моему, я что-то слышал.

Со стоном разлепив воспаленные веки, Элдин Ларис открыл глаза и уставился в склонившееся над ним лицо Оиси Кураноскэ. Морщась от боли, он принял сидячее положение и осторожно ощупал на затылке шишку размером с лесной орех. Болела не только голова, но и все тело, на котором, казалось, не осталось и квадратного дюйма без синяка или ссадины. Последний час полета его драгоценной яхты надолго запомнится всем, кому довелось его пережить. Когда ударная волна настигла корабль, инерциальные стабилизаторы не выдержали и отказали. Яхта превратилась в детскую игрушку во власти могучей стихии. Их так трясло и швыряло, что казалось, будто их тела вот-вот разорвутся на тысячи мелких кусочков.

Элдин до сих пор не мог понять, каким образом автоматическая навигационная система умудрилась посадить корабль. «Вакс-8» — вот как она называлась! Ему вспомнился торговец с хитрой рожей, уверявший, что новый автопилот — последнее достижение научной мысли. По его словам, эта система была рассчитана на функционирование в самых неблагоприятных условиях ста двадцати двух видов, включая провал в черную дыру и такие природные катаклизмы, как падение крупного астероида на поверхность планеты в непосредственной близости от корабля. Разумеется, последние два случая никакой страховкой не предусматривались. Прижимистой натуре Элдина претило вкладывать целое состояние за новую систему, но Оиси уже одобрил покупку. Пришлось заплатить облаченному в пестрый полиэстер гаварнианину-коммивояжеру кругленькую сумму в шестьсот тысяч катаров. Тогда он согласился скрепя сердце, не видя в этом приобретении никакого смысла. Просто так, чтобы сделать приятное своему начальнику охраны. Элдин мысленно поклялся, что если когда-нибудь ему доведется снова повстречаться с тем гаварнианином, он забудет обо всех своих жизненных принципах, встанет перед ним на колени и поклонится в ножки. А потом вылижет языком сапоги, даже если те будут перемазаны в чьем-нибудь дерьме.