Майкл Когг - StarCraft: сборник рассказов

И, наконец, оставалась вероятность, что верховный разум, управляющий зергами, разгадает его замысел и никак не среагирует или среагирует так, что реакция будет казаться случайной. Тогда план зилота потерпит крах. Тередал отогнал от себя эту мысль. Она была параноидальной — и до крайности бессмысленной. Если зергам хватает ума имитировать поведение, лишенное разума, то почему они не сделали это, когда высадился его отряд?

Сейчас ему оставалось лишь бежать.

Установка второго и третьего маяков прошла без осложнений и без вмешательства зергов. Враг не предугадал маршрут Тередала.

Пока еще. По трем точкам им виден только треугольник. По четвертой станет видна закономерность, пятую и шестую угадать будет легче.

Тередал перепрыгнул через валун, лежавший на пути, приземлился с перекатом, который помог ему не потерять скорость, поднялся и побежал дальше. Теперь на его поясе были закреплены три маяка. Вес груза стал меньше — следовательно, он мог бежать быстрее и прыгать выше, чтобы не огибать препятствия. С утра и до полудня он сделал лишь две краткие остановки, чтобы установить второй и третий маяки. От первого маяка, находящегося в самой западной точке окружности, он побежал к северо-западной точке, а затем строго на юг, к юго-западной. Следующий отрезок маршрута будет самым длинным — из юго-западной точки в северо-восточную, то есть по всему диаметру окружности. Если не сбавлять темп, к четвертой точке Тередал добежит к закату.

Тередал догадался после включения маяков вести на бегу обратный отсчет, чтобы подготовиться к защите за несколько секунд до срабатывания и избежать наихудших последствий. Он жалел, что для этого приходится прерывать бег, но после того, как его сбил с ног первый псионический сигнал, зилот решил, что риск травмы от падения серьезнее, чем вред от небольшой задержки.

Зилот бежал. Солнечный свет обильно лился сквозь тонкую атмосферу Саалок. Тепло солнца на коже восстанавливало силы. Тередал чувствовал лучи солнца Айура, несколько эпох согревавшего его расу. Протоссы были созданиями солнечного света, теми, кто употребил свой разум и быстроту для охоты на великих равнинах и джунглях Айура задолго до появления языка и цивилизации. По сути, бежать под таким ясным летним светом и значило быть протоссом.

Зерги ему еще не попадались, но Тередал старался придерживаться укрывающих его дюн и валунов везде, где было можно. Один раз он, казалось, заметил парящего вдалеке надзирателя и затаился до тех пор, пока тот не исчез из виду. Насколько мог судить Тередал, надзиратель летел в сторону последнего установленного маяка.

Когда над правым плечом Тередала начало заходить солнце, он почувствовал неосязаемую связь с предками, тянущуюся сквозь время. Его задача было ясна, его смерть — неизбежна, и зилот ощутил странное умиротворение, наладившее ритм его скорой поступи. Он склонил на бегу голову и начертил на груди круг пальцем.

По подсчетам Тередала, место для размещения четвертого маяка было впереди. Он замедлил бег, приближаясь к нему.

Здесь три точки становятся четырьмя, треугольник начинает обретать форму круга. После этого каждый шаг будет омрачен тенью смерти.

Солнце почти исчезло за белой грядой сбоку. Тередал протянул руки навстречу угасающему свету и попрощался с золотой сферой, которой его народ поклонялся в давние времена. Остаток пути пройдет во тьме, без того ободряющего тепла, которое поддерживало Тередала весь день. В груди у него болело, а раненая рука, ставящаяше маяк на песке, тряслась. Тередал постарался отложить все опасения в сторону. Времени на отдых не оставалось. На заре флот будет здесь. Он включил маяк и побежал навстречу сгущающейся тьме.

У холодного и враждебного покрова ночи были свои преимущества. Тередал не пробежал и половины четвертого отрезка пути, когда чуть было не наткнулся на прямо пару ультралисков.

Их тут двое!

Отточенные рефлексы заставили его мгновенно остановиться. Тяжелые, низкие стоны эхом отдавались от скалы сбоку от Тередала. Нырнув под выступ, зилот старался унять дрожь в ногах.

Большую часть пути он бежал по узким каньонам, покидая их, лишь когда они уводили его слишком далеко от маршрута. Но каньоны закончились, и Тередал вынужден был передвигаться вдоль склона утеса. Хоть это и было лучше, чем бежать по открытой равнине, зилот чувствовал себя незащищенным и пытался отмечать взглядом все камни, расщелины и выступы, где можно было укрыться при необходимости. Эту изнуряющую привычку он приобрел во время осады Торенис Прайм. Она требовала постоянной, активной работы разума и рефлексов, когда зилот хотел лишь поддаться успокаивающему ритму бега. Привычка спасла ему жизнь.

Ультралиски готовились спуститься с утеса над ним (часть уступа там осыпалась, и за ней можно было укрыться от огромных чудовищ). Каким-то краем сознания он уловил их зов, отражающийся от ближайших камней. Инстинкты направили Тередала под выступ едва ли не раньше, чем он увидел врагов. Ультралиски прошли тяжелой поступью мимо гребня как раз над тем местом, где спрятался Тередал. От топота их массивных ног, похожих на столпы, утес задрожал, и с него осыпались камни и песок. Тередал поборол в себе порыв зажечь клинок и броситься в бой. Сражение, кровь — все это позволило бы выплеснуть боль, накопившуюся за день и ночь непрерывного бега. Но Тередал знал, что бой отнимет у него время и силы, которых и так слишком мало.

Оставь силы на маяки. Кровь и так скоро прольется.

Ожидая, когда звери минуют его, зилот пытался унять свои болящие сердца. В течение ночи боль неустанно росла. Он согнул и разогнул правую руку и затянул завязки, удерживающие когти на месте. Они отсырели от медленно сочащейся крови. Тередал беспокоился, что ране не дает зажить какая-нибудь инфекция зергов. Именно поэтому указы его ордена запрещали использовать органическую ткань и оружие иных рас, но Тередал подозревал, что осквернение своей плоти и вооружения протоссов сейчас менее важно, чем успех его самоубийственного задания. Все будет кончено гораздо раньше, чем на нем как-либо отразится небольшая кровопотеря.

Хватит отдыхать. Ультралиски ушли. Пора бежать дальше.

Он выполз из-под навеса и внимательно оглядел вершину утеса, следя, не движется ли что-нибудь на фоне звезд. Ничего не обнаружилось. Странно было видеть пару ультралисков в таком дозоре — обычно огромные чудовища бросались в самую гущу боя, туда, где их непременно ждала кровь.