Денис Запорожец - Новая реальность

— Нужно, как минимум, зашить повреждённые артерии, — предложил Бондаренко. — Если только тут не найдётся… — он не договорил и принялся что-то искать по кабинету.

— Даже если зашить артерии, это его не спасёт, он потерял уже, наверное, несколько литров крови, — Гена выругался.

— Значит, сверх того ему нужно переливание. Какая у него группа? — не отрываясь от поисков, спросил Бондаренко.

— Четвёртая положительная, — Геннадий посмотрел на нашивку на куртке Лёши.

— Довольно редкая группа крови, — Бондаренко поморщился.

— Первая группа крови подходит ко всем остальным, — раздался сзади голос Никольской, затем она выступила вперёд. — Возьмёте у меня.

В голове у Гены крутились разные мысли, ему почему-то вспомнился момент, когда его ударила необычная молния, затем он увидел образы момента, когда его убили. Он посмотрел на свою униформу. Дырки от пуль на ней были огромные. А сквозь дырки была видна абсолютно здоровая кожа. В этот момент к Озимцеву пришла безумная идея: а что, если ЕГО кровь могла спасти Лёшу? Возможно, после удара молнии произошли изменения в структуре ДНК, и молекулярный состав крови так же изменился. Скорее всего, именно поэтому его клетки восстанавливались с бешеной скоростью. Оставалось надеяться, что это сработает и конфликта крови не произойдёт.

— Подожди, я буду донором, — он мягко остановил Лену.

— Но почему? Я хочу помочь твоему другу! — Никольская с недоумением посмотрела на него.

— Твоя кровь не поможет, нужна моя, — уклонился от прямого ответа Озимцев. — Здесь есть аппарат для переливания крови?

— Слишком круто для поликлиники, — Руслан покачал головой.

— Возле входа была аптека, думаю, там должны быть наборы для капельницы или подобное, — припомнил Малецкий.

— Аксёнов, Ерёмин, разведайте, только аккуратно! — распорядилась Лена.

Пока эти двое ходили в аптеку, раны Лёши кое-как закрыли найденным Бондаренко микрорегенератором. Успей они забрать рюкзак Логинова и Лёша бы не потерял столько крови. Затем Романенко с носилками аккуратно переложили со стола на пол. Геннадий лёг на стол, чтобы перепад высот помог крови перетекать от одного к другому.

Угасающий мир вокруг Лёши пронзило бесчисленное количество тончайших разноцветных нитей, которые переплетались между собой, образуя миллиарды комбинаций цветов. Некоторые были прямыми, другие сворачивались в клубки, третьи извивались змеями.

— Как же это красиво! — Лёша не сдержал восторга. — Я смог увидеть энергию, так ведь?

П’эл молча кивнул.

— Тем обиднее остановится на пороге, но не успеть войти в дверь, ведущую к знаниям, — Романенко снова помрачнел. — Возможно, часть моего духа выживет, и тогда…

П’эл внезапно улыбнулся и прервал его.

— Тебе подарят время.

— Что? Но ведь этот мир почти угас!

П’эл приложил палец к губам.

— Тише. Я просто кое-что не взял в расчёт, но теперь в цепь событий встроилось последнее звено.

— О чём ты?

— Узнаешь потом. А пока будь добр, потрать подаренное тебе время с умом, и сосредоточься на знаниях.

— Хорошо, — Алексей покорно кивнул и снова закрыл глаза, загнав панику и страх в самый дальний уголок сознания.

— Ты был прав, — голос П’эла теперь, казалось, плавал в его голове. — Ты уже на пороге.

И Лёшу захлестнула волна тёплого белого света.

Принесли два набора для капельниц, оттуда позаимствовали трубку и 2 иглы. Закатали рукав Лёше.

— Что это за штука? — Лена с любопытством заглянула через плечо Гены.

Озимцев чертыхнулся про себя. Эквалайзер Лёши. Как он мог забыть про него.

— Э-э-э… Тут компас, навигация, коммуникатор, портативный компьютер, часы. Всё в одном, в общем. В некоторых подразделениях выдавали такое…

— Никогда таких не видел, — перебил его Дьяболик.

— Это, по большому счёту, безделушка. Особенного в ней не больше, чем в фонарике. Просто полезная в походе вещица.

— Черт, почему все новинки обходят меня стороной, — пригорюнился компьютерщик. — Всё приходиться доставать и узнавать задним числом.

На счастье Гены, больше никто эквалайзером особо не интересовался.

Одну иглу ввели в вену Гене, затем, когда с другого конца потекла кровь, и они убедились, что в трубке нет воздуха, ввели вторую Лёше. Весь процесс длился около получаса. Гена перекачал Лёше около двух литров своей крови. Когда пульс у Озимцева упал до 50 ударов в минуту, Лена остановила переливание.

— Помогите мне подняться, — у Геннадия кружилась голова.

Двое солдат подбежали и помогли Гене принять сидячее положение. Он обернулся и посмотрел на Лёшу. Тот по-прежнему лежал, не шевелясь, никаких изменений не происходило. Вдруг его тело забилось в конвульсиях, затем выгнулось дугой, а через секунду Романенко безвольно рухнул на пол. Лена подбежала к нему и попыталась нащупать пульс. Сердце Лёши больше не билось. Никольская подняла взгляд на Озимцева, в её глазах заблестели слёзы.

— Мне очень жаль… — скорее прочёл по губам, чем услышал её шёпот Гена.

— Нет, он не может умереть! — невесть откуда у Гены появились силы, он спрыгнул со стола и упал на колени возле неподвижного тела друга. Он пытался найти пульс, слушать сердце, почувствовать наличие дыхания. — Чёрт возьми, этого просто не может… — он бессильно откинулся назад.

Внезапно, в его глазах разгорелась ярость. Озимцев обернулся и посмотрел на Дмитрука, сидевшего у дальней стены, ненавидящим взглядом. Гена достал пистолет и нацелил его на Дмитрука. У того даже не было сил уйти с линии выстрела, он лишь с ужасом смотрел на направленное на него дуло, прижавшись всем телом к стене.

— Это не я… Это не я… — шептал Дмитрук пересохшими губами.

— Алекс, не делай этого, не нужно! — Лена вскинула руку, чтобы сбить дуло вниз, но опоздала.

Гена нажал на курок. Дмитрук зажмурился и одновременно с этим прозвучал выстрел. Прошло несколько долгих томительных секунд, перед тем, как он наконец решился открыть глаза. Гена держал дымящийся пистолет стволом в пол. Дмитрук оглядел себя, затем огляделся вокруг. В пяти сантиметрах от его головы в стене находилось пулевое отверстие.

— Тебе повезло, — Озимцев смотрел на него все таким же яростным взглядом.

В глазах у Дмитрука потемнело, организм не выдержал нервной встряски и Володя вырубился. Гена выронил из рук пистолет и съехал по стенке стола на пол. В глазах плясали разноцветные круги, он хватал ртом воздух.