Антон Парамонов - Поднебесье
По подсчётам, оборонявшихся было чуть больше двадцати человек, в то время как нападающих было, чуть ли не в полтора раза больше. Налётчики появились неожиданно, как только караван подошёл к ущелью, загудели моторы и метрах в пятистах впереди вырисовались мотоциклы и багги стервятников пустыни.
Нападающие не стали ждать, пока защитники среагируют и приготовятся к полноценной защите — в миг рев моторов определил начало атаки, и столбы пыли из-под колёс поднялись на горизонте.
— Шевелитесь, быстрее! Какого хрена я вам плачу? — кричал начальник каравана, махая над головой револьвером.
Суета позади Альфреда превратилась в гул, который стал понемногу утихать. Он взял на мушку приближающийся мотоцикл, очень трудно было прицелиться в налётчика, когда тот в движение, и прикрыт металлической решёткой. Две сотни метров, и Альфред уже различал защитные костюмы бандитов, направленное на караван оружие и разукрашенные лица. Налётчики были вооружены, чем попало, начиная от дротиков и копий, и заканчивая автоматами и даже ракетницей.
Сзади послышался выстрел и один налётчик, замахнувшийся копьём для броска, вылетел с багги, покатившись по земле. Немой поймал в прицел вторую цель и сделал ещё серию выстрелов, ранив того в плечо. Арбалетные болты звенели о металлические решётки и корпуса повозок, дротики вонзались в нескольких сантиметрах от защитников.
Альфред сделал выстрел, и пуля попала чуть выше колеса мотоцикла, второй выстрел вынес из сиденья налётчика, сидевшего сзади до того, как тот успел спустить механизм. Рухнувшее тело покатилось по земле как мешок.
Отовсюду слышались выстрелы, крики и стон. Затем глухо затрещал пулёмёт, и если верить глазам, то гнавшая во весь опор багги сначала накренилась вперёд под многочисленными выстрелами, направленными в защитную решётку, а затем с перебитым передним мостом клюнула носом в землю. Взлетели какие-то ящики и чести корпуса вверх, унося за собой пару бандитов. Автомобиль несколько раз перекинулся и приземлился на крышу. Ехавший сзади мотоциклист не успел вывернуть в сторону, и защитники наблюдали, как его силуэт пронёсся над головами, а после это же месиво рухнуло где-то недалеко от баржи. Нападающие тем временем уже взяли караван в кольцо, кружа и обстреливая защитников.
Ракетница показала свою мощь, когда выпущенный снаряд снёс с крыши баржи пулёмёт и двух защитников. Альфред обернулся, но не нашёл Немого на прежнем месте, адреналин снова ударил по нервам и боец поймал в прицел ещё одного бандита. Короткий выстрел и ещё один налётчик нашёл своё место на земле.
Не успел Альфред поймать в прицел следующую жертву, как справа выскочил разрисованный, с красным ирокезом налётчик. Одним махом он направил удар копьём в сидящего защитника, но Альфред уклонился и отскочил назад, выронив оружие. Не успел он подняться, как противник занёс оружие для очередного удара.
Раздался выстрел и бандит упал в пыль, так и не нанеся смертельного удара. Альфред повернул голову в сторону: начальник каравана опустил револьвер, ища новую жертву. Но не успел он заметить благодарный взгляд Альфреда, как сразу два дротика вонзились ему в грудь. Караванщик упал на спину, захлёбываясь собственной кровью.
Альфред вышел из оцепенения, он быстро подхватил винтовку и навскидку выстрелил в проносившуюся мимо него багги. Пару выстрелов и с кузова с предсмертным криком вылетел автоматчик.
Последнее, что Альфред увидел — была ракета, летевшая в повозку, из-за которой он стрелял. После оглушительный взрыв, звон в ушах и темнота перед глазами.
* * *— Эй, ты живой? — кто-то трепал Альфреда за плечо.
Боец открыл глаза и вмиг почувствовал острую боль в голове. Картина поплыла перед глазами, но сознания он не потерял.
— Да, я…, — через силы пробормотал Альфред.
— Живой, — подытожил караванщик и ушёл куда-то в сторону.
Альфреду стоило больших усилий занять сидячее положение. Он провёл рукой по голове, где боль была невыносимой, и наткнулся пальцами на липкие волосы. Какой-то тяжёлый предмет зацепил голову чуть правее затылка, сотрясения мозга стоило ожидать в такой ситуации.
Альфред оглянулся — недалеко был отброшен разбитый пополам прицеп, весь погоревший и погнутый. Ракетница сделала из крепкого кузова автомобиля куски ненужного металла. Как боец вообще выжил, едва успев отскочить от прицепа?
Баржа была взорвана — видимо генератор зацепило, и вся конструкция взялась пламенем. Кругом были перевернутые багги и прицепы, мертвые люди и догорающие мотоциклы. Часть груза уцелела, но это уже было неважно, потому что практически все были мертвы, мулы и лошади перестреляны.
Караванщики отбились, но в живых осталось несколько человек.
— Немой! — закричал Альфред и тут же корчась, схватился за голову.
Никто не ответил, Альфред поднялся на ноги и побрёл к барже. Едва различимые силуэты бывших защитников каравана лежали вокруг сгоревшей конструкции. Налётчики так и не подошли к ней, хотя и прорвали защитное кольцо.
Кругом валялось оружие, обломки транспорта, обгоревшие пластины. Кое-где от асфальта оставалось только название. Альфред обошёл баржу, окинул взглядом территорию вокруг, пытаясь найти друга. И он нашёл.
Немой лежал в метрах двадцати от погоревшей грузовой телеги. Правая часть лица и тела были обгоревшие, в груди зияло два ранения. Доспех пригодился бы в этом бою, но боец не стал тратить на это время, за что и поплатился ценой собственной жизни.
— Немой, — подскочил Альфред к чернокожему бойцу. — Немой, пёс бродячий, очнись!
Но боец лежал на руках у Альфреда без движения. Он уже не дышал, глаза были закрыты, а пальцы застыли навеки. Как и все другие защитники, Немой сложил голову в бою и остался лежать на холодной земле.
— Чёрт подери! — закричал Альфред и прижал к груди мёртвого бойца. — Какого чёрта ты ушёл? Зачем покинул меня в последний момент?
Глаза его были наполнены слезами, но он держался, он привык держаться. Головная боль резко ушла, оставив место шоку, и сейчас ему меньше всего хотелось думать об отдыхе и крепком сне. Сейчас он жаждал мести и пустить кровь врагам.
— Почему? — Альфред проговорил это тихо, крепко сжимая плечи погибшего друга.
Крик отчаяния вырвался из его горла и разнёсся по округе, этот крик нёс в себе сильную боль. Альфред видел, как умер его друг, и ничего не смог сделать, ничего…
Уже четвёртый день пути подходил к концу, а до Адарана оставалось меньше шестидесяти километров. В строю кроме Альфреда осталось ещё двое выживших караванщиков, но и те не важно выглядели. Один был весь потрёпан, а другой получил ранение в область плеча.