Руслан Ершов - СИМБИОГЕНЕЗ

      Спелестолог спрыгнул на пол нижнего этажа. Совсем рядом заваленный мусором лестничный пролет.

      Владимир спустился еще ниже на этаж и по пояс в воде прошел вдоль коридора к помещению, над дверью которого висела табличка 'ординаторская'.

      Открыть заклинившие двери оказалось очень трудно, но стуча зубами от холода, Владимир смог справится с этой задачей, оттащив от нее несколько больших фрагментов развалившейся стены. Откуда-то сверху, посыпалось несколько кирпичей. Кабинет оказался завален различным хламом и строительным мусором.

      Спелестолог осмотрелся, сбившись с ритма, его сердце на мгновение замерло. У стены, возле стеллажа, над поверхностью воды, просматривалась чья-то голова.

      Володя подошел ближе. - Маша!

      ---//---

      Один из блокпостов оградительного кордона Зоны отчуждения. 21 апреля 2006 года.

      Выдался ясный и теплый весенний день. Лейтенант Чередниченко поставил на стол пустую кружку и, взяв фуражку, покинул палатку. Осмотревшись, он шумно наполнил легкие свежим, пахнущим луговыми травами, воздухом. Глубоко вдохнув, он прикрыл глаза. - Красота! - И в это время, его внимание привлек чужой, властный голос из соседней палатки. Лейтенант прислушался.

      - Пожалуйста, вот наше предписание. - После короткой паузы. - Предоставьте нам документацию и объясните, почему на складе ГСМ отсутствует постовой.

      - Так это, товарищ майор, только вчера проверка из министерства была, мы же скорректировали с ними этот вопрос. У нас людей не хватает, к тому же ГСМ находится на охраняемой территории.

      - Это понятно, но приказ еще никто не отменял. Степаныч отметь у себя этот не достаток. А где у вас журнал расхода топлива?

      Лейтенант осторожно выглянул из-за широкого дуба и оставаясь в таком скрытном положении наблюдал за тем, что происходит в штабной палатке, полы которой, были раскрыты во всю ширь проема.

      Листая журнал, проверяющий обратился к старшине. - Где ваш командир?

      - А?

      - Своего командира, говорю, пригласи сюда!

      - Понял.

      Сержант испарился, оставив дежурного по штабу на едине с проверяющими, а в это время к палатке подошли еще двое в форменной одежде, и тут же с порога.

      - Проверка из штаба округа! Внимание! Вводная!

      Далее продолжил его напарник. - Из машины вашей части похищены секретные документы, и она заминирована.

      Стоящие в платке немного опешили, а два пришлых офицера из штаба округа казалось, вошли в кураж.

      - Это какой болван, догадался на подъезде к блокпосту бросить открытую машину, да еще набитую служебной документацией. Вот наше удостоверение и предписание, немедленно сюда старшего офицера, кто здесь управляет этим бедламом.

      Старшина, дежурный по штабу, принял от капитана удостоверение и предписание. - О какой машине идет речь? Дело в том, что все наши машины на выезде.

      - УАЗ 2615! Документация, где ваша?

      После этих слов, активность обрели ранее прибывшие проверяющие.

      -Подождите! Это наш УАЗ.

      - А вы кто такие?

      - Мы проверяющие из областного штаба взаимодействия....

      Короткая немая сцена и в это время из-за кулис появляется командир блокпоста, лейтенант Чередниченко.

      - Во как! Проверка проверку заминировала и взорвала.

      Далее произошла короткая дискуссия с применением ненормативной лексики и напоследок, лейтенант положил на стол книгу проверок несения службы.

      - Так что? Замечаний нет!

      Проверяющие переглянулись. - Не дождешься. Ты хочешь, чтобы нас с работы выгнали?

      - Как же без замечаний-то? Такого не бывает!

      - Давай каждому по паре штук, чего-нибудь не существенного, тебе же лучше знать. А мы уже не будем тут глаза друг другу мозолить.

      В это время раздался звонок полевого телефона. Старшина поднял трубку, выслушал и сразу же доложил.

      - Седьмой пост передал три тройки! С той стороны идут люди, около шестидесяти человек. Судя по тому, что они с носилками, есть нуждающиеся в медицинской помощи. Идут цепочкой. У человека в авангарде, в руках кокой-то шарообразный предмет.

      Лейтенант сразу вспомнил предписание.

      - По нашему подразделению тревога! Все о ОЗК. Передай информацию по команде. Запроси автобус и пару карет скорой помощи.

      Затем обратился к проверяющим. - Раз уж вы здесь и на машине, проскочим? Это не далеко, километров пять будет.

      ---//---

      Раннее утро, 22 апреля 2006 года.

      Солнце выглянуло из-за горизонта, брызнув ярким светом на густые кроны высоких деревьев.

      Округу огласил резкий птичий перескрежет, это сорока в окружении стайки мелких серых птиц, что-то усердно выискивала в невысокой молодой траве, как вдруг из низкого кустарника, выскочившая на луг собака, стремительно пронеслась сквозь успевшую стартовать птичью эскадрилью.

      Только чудом сороке удалось уйти с линии атаки хитрого пса, а вот одному из пернатых представителей воробьиных, не повезло. Пасть зверя сомкнулась, ломая жертве крылья.

      В два взмаха сорока достигла безопасной дистанции и, усевшись на сухую ветвь старого дерева, уставилась на собаку средних размеров, приступившую к утренней трапезе. Затем она, легонько подпрыгнув, стала на крыло, оставив далеко позади себя злополучный луг.

      С высоты птичьего полета, в раскинувшейся громадной панораме, изредка встречались загадочные темные плеши лунного пейзажа, будто над ковром из буйной растительности, поработала моль или какой-то странный, стригущий лишай.

      Что-то привлекло внимание сороки и, дав крен, она стала сваливаться, резко сбрасывая высоту.

      Среди высоких деревьев, в зарослях кустарника и дикого винограда, затерялось всеми позабытое и позаброшенное, старое кирпичное сооружение, почему-то очень напоминающее, как формой своего строения, так и внутренней планировкой, здание сельского совета. Из зеленых джунглей, окаймляющих это строение, на небольшую открытую площадку, засыпанную прошлогодней листвой и примыкающую к дороге, со временем превратившейся в туннель со сводами из живой изгороди, выступало центральное крыльцо 'сельсовета'. В тени его навеса, чернел темный прямоугольник дверного проема, филенчатая дверь которого, когда-то и кем-то безжалостно сорванная с петель, лежала тут же, неподалеку от входа.

      Сорока приземлилась на открытой площадке, прямо напротив крыльца и принялась энергично разгребать пожухлую и влажную от сырости листву, высматривая в ней интересующую ее поживу.