Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
— А что смогут освоить солдаты за такой короткий срок? — спросил нахмурившийся Игорь Леонидович. — Всего один год… Вы же, Владимир Вольфович, сами имеете боевой опыт и…
— И на это мне есть, что сказать, — кивнул Жириновский. — Мой личный боевой опыт показывает, что если первый год службы военнослужащего шпыняют и истязают неуставными отношениями, а второй год он сам шпыняет и истязает новоприбывших, вместо того, чтобы осваивать боевые навыки, толку от такого военнослужащего мало. Подобное происходит в очень многих войсковых частях по всему Союзу, поэтому мы только выиграем от того, что такой системы больше не будет.
Он прервался на глоток воды из гранёного стакана.
— Кхм, — кашлянул он. — Итак, один год… Одного года, полностью посвящённого теоретической и практической боевой подготовке, вполне достаточно, чтобы сформировать мобилизационный резерв нужного качества. Ведь вся суть системы призыва — накопление качественного мобилизационного резерва на случай масштабного конфликта. Мы такого конфликта не хотим, но это зависит не только от нас, вы ведь понимаете?
— Да, я понимаю, — кивнул ведущий.
— Поэтому мы предлагаем реформировать армию так, а не иначе, — улыбнулся Жириновский. — И сразу хочу заверить, что после завершения реформы и достижения доли в 30 % профессиональных подразделений, наша партия будет настаивать на запрещении задействования военнослужащих срочной службы в любых вооружённых конфликтах, за исключением масштабных войн с нашими вероятными противниками. Всё это будет законодательно регламентировано — не останется никакого пространства для двояких трактовок. Это я вам всем обещаю.
Профессионального компонента армии для локальных конфликтов хватит с большим запасом — в этом его основная идея.
Это потребует огромных средств, но Жириновский собирался существенно занимать у всех, кто готов дать деньги. Это сугубо политический вопрос: чем больше внешний долг — тем меньше желания у республик выходить из состава.
Когда «Прибалтийская сага» придёт к своему закономерному итогу, все будут знать, что выходить из СССР себе дороже, поэтому лучше не надо…
А обслуживание внешнего долга — это не особенно большая проблема, потому что бюджет оздоравливается и скоро начнётся сокращение дефицита.
— Наша реформа армии способствует резкому повышению обороноспособности страны, что позволит существенно снизить риск начала масштабного конфликта, — произнёс Владимир. — В этом наша цель — обеспечить безопасность и стабильность во всём Советском Союзе!
— Расскажите, пожалуйста, о вашем опыте в Афганистане, — решил сменить тему Кириллов.
— Да там особо не о чем рассказывать, — пожал плечами Жириновский. — Служил сначала военным переводчиком, а затем лектором в политуправлении 40-й общевойсковой армии.
— Но мы ведь знаем о том, что вы были награждены двумя орденами «Красного Знамени»… — улыбнулся Игорь Леонидович.
— Ах, это? — нахмурился Владимир. — Были эпизоды, да…
— А какие эпизоды? — спросил ведущий.
— Знаете, я не хочу об этом говорить, — ответил на это Жириновский. — Кому надо, тот может запросить у минобороны копии наградных листов — там всё описано подробно. Следующий вопрос.
* СССР, РСФСР, город Москва, Кремль, Сенатский дворец, 1 октября 19 90 года*
— А ты боялся! — воскликнул Жириновский. — Не надо бояться, Михаил Сергеевич, не надо! Пусть они боятся, ха-ха-ха!
— Всё же, я считаю, что это были шантаж и вымогательство, — ответил на это недовольный Горбачёв.
— Кризис разрешён? — спросил у него посерьёзневший Владимир.
Горбачёв ответил не сразу.
— Да, разрешён, — произнёс он.
— Чего ещё нужно-то? — спросил Жириновский. — Скоро начнётся процедура выхода прибалтийских республик из состава Союза, на наших скромных условиях — я называю это успехом! Скажи, я прав оказался или нет?
Не потребовалось никаких референдумов — на Верховные Советы Литовской, Эстонской и Латвийской ССР было оказано общественное давление, поэтому они вынуждены были принять условия и теперь начался процесс согласования механизмов выплаты их части долга. У них нет сейчас почти никаких денег, поэтому согласовывается выплата долгов с помощью заводов.
В середине следующего года будет начат демонтаж крупных предприятий, которые зачтутся в счёт долга. Это недешёвое мероприятие, но перспективное — в любом случае, они всё это постепенно раскурочат и за бесценок продадут Западу или сдадут на металлолом, поэтому Жириновский решил, что нельзя дать пропасть добру.
К моменту, когда начнётся вывоз крупных заводов, в РСФСР будет сооружена под них новая инфраструктура. Можно сказать, что это своего рода эвакуация заводов дальше на восток — у Советского Союза уже имеется подобный опыт.
«Пусть сами находят средства и отстраивают себе промышленность», — подумал Жириновский, прошедший к окну и открывший форточку. — «Но нихрена они не отстроят — на это нужны огромные инвестиции».
Есть риск, что таким образом на новой границе СССР будут созданы одно Сомали и два Могадишо, ввиду резкого падения уровня жизни в Прибалтике, но Жириновскому нужен наглядный и долгоиграющий пример.
«Именно это я и понимаю под социал-шовинизмом», — подумал он и улыбнулся своим мыслям.
— Но зачем ты обостряешь отношения с республиками? — спросил Горбачёв. — Зачем ты требуешь от них денонсировать декларации суверенитета?
— А чтобы даже не думали уходить, — ответил Жириновский. — Ты должен был, в тот же день, когда это началось, жёстко пресечь подобное! Это акты сепаратизма! Они ведь подумали, что можно просто уйти и оставить все долги РСФСР, чтобы мы тут отмахивались от всех иностранных мерзавцев! Суверенитет — это не только привилегии, но и обязательства! Пусть подумают об этом, подонки!
— Это крайне негативно сказывается на международных отношениях, — сказал генсек.
— Нам страну надо спасать, Михаил Сергеевич! — ответил на это Жириновский. — И я работаю над этим — спасаю страну! А ты только и делаешь, что критикуешь, без каких-либо предложений! Удобно устроился!
Ему нужно прожить ещё около года, чтобы удостовериться во всём окончательно. Если предпринятые меры возымели эффект, то Союз продолжит существование и никто больше не рискнёт заявить о выходе из состава.
Но если эффект окажется недостаточным, то ему придётся переключаться исключительно на РСФСР и вводить чрезвычайное положение, чтобы минимизировать ущерб от разрыва экономических цепочек.
В любом случае, у него в руках есть все инструменты, чтобы сохранить большую часть промышленности и экономическое влияние на тогда уже бывшие союзные республики. Просто так он их не отпустит — у них нет другого выхода, кроме сидения на месте.
— Мне докладывают, что твоя реформа армии ослабляет наши вооружённые силы, — произнёс Горбачёв.
— Генералы болтают? — усмехнулся Жириновский. — Они не рады, конечно же, но кому не плевать на их