Дэниел Моран - Последний танцор

И опять тишина.

Он на миг пожалел, что не захватил с собой зеркала. Сделал глубокий вдох и осторожно высунулся из проема, выставив перед собой ствол автомата. В дальнем конце правого прохода раньше находился филиал адвокатской конторы «Гринберг и Басе», а сейчас размещался штаб повстанцев. На лифтовой площадке спиной к Лану залег за перевернутым офисным столом какой-то человек, в котором он, присмотревшись, с удивлением опознал японца-киборга, одного из шестерки личных телохранителей Ободи. Его строгий деловой костюм превратился в тлеющие лохмотья; ствол лазерного ружья у него в руках светился вишневым от перегрева.

В снаряжении возглавляемой Ланом группы имелось два «обреза», предназначенных для борьбы с гвардейцами. Он подал знак, чтобы ему передали один из них, и ловко поймал в воздухе брошенный помповик. Закинул за спину свой автомат, перехватил поудобнее приклад лазера, дождался очередной паузы, выскочил в коридор и навскидку влепил заряд в спину киборга. У японских моделей не было под кожей сетки сверхпроводников, как у гвардейцев, но на эффективность «обреза» это нисколько не повлияло. Хватило одного выстрела, чтобы японца разнесло на куски.

Лан отступил назад, сложил ладони рупором и во всю глотку закричал:

— Это Лан Сьерран! Не стреляйте!

Сунув руку в карман, он извлек ручную гранату, активировал взрыватель и плотно зажал ее в кулаке. Затем снова вышел в коридор, жестом приказав приверженцам Эриды следовать за ним. Лазер он по-прежнему держал в руке, но ствол направил в потолок.

— Стой! — прогремел властный голос. — Это ты, Лан?

— Да, Джо, это я.

Узнав по голосу Джо Тагоми, Лан продолжал двигаться вперед в сопровождении двух десятков смертников.

— Стой, я сказал! — повторил Тагоми. — Какого черта ты здесь делаешь, парень?

— Решил выяснить, что происходит. Внизу стреляют, моя сестра куда-то пропала, и никто не знает, что с ней случилось. Хотел зайти в штаб, а тут ваш же человек по своим палит. Пришлось его приструнить, ты уж извини. Слушай, Джо, где Ободи? Мне необходимо с ним поговорить. Миротворцы вот-вот приземлятся, а мы не получили никаких инструкций насчет эвакуации.

— Ладно, пошли со мной, — нехотя сказал Тагоми после паузы. — Оружие и своих людей оставь здесь.

Лан осторожно опустил на пол свой «обрез», присовокупил к нему автомат и медленно выпрямился. Ладонь вспотела, и граната заворочалась в ней, норовя выскользнуть, как мокрый обмылок. Приказав эризианцам дожидаться его, он двинулся вперед, кожей ощущая направленные на него стволы охранников. Мышцы живота свело болезненным спазмом. Когда до Джо Тагоми, стоящего в дверях штаба, осталось метров десять, тот скомандовал:

— Руки на голову!

Дан с облегчением выполнил приказ. Правую руку поднял первой, втиснув мячик гранаты в ямочку между шеей и основанием черепа, а левой накрыл ее крест-накрест.

Двое дюжих членов ОДР вынырнули из-за спины Джо, ухватили Лапа за камуфляжку и грубо впихнули в помещение.

Они медленно поднимались по лестнице.

На площадке первого этажа Дэнис притаилась за косяком двери, прикрывая высунувшегося в коридор Роберта. Снаружи, со стороны площади, периодически доносились звуки стрельбы, здесь же все было тихо, как на кладбище. За боковым окном сгущались сумерки.

Прижимаясь к стене, они бесшумно прокрались к выходу в холл, где совсем недавно разразилось настоящее побоище. Мраморный пол покрывали лужи свежей крови, в воздухе ощутимо пахло горелым мясом, а все пространство от лифтов до парадного устилали трупы. Тела мертвых из «Эризиан Клау» перемешались с телами убитых из «Общества Джонни Реба». Тех и других насчитывалось не меньше полусотни. Нигде не было видно ни одной живой души, да и площадь практически опустела.

— Все остальные наверняка разбежались, узнав о высадке миротворцев, — прошептала Дэнис.

— Скорее всего, — согласился Роберт и внезапно прошипел сквозь зубы: — Внимание, справа!

— Ничего не вижу, — пожаловалась девушка, напряженно всматриваясь в сумерки.

— Транспорт, — коротко пояснил японец.

Дэнис снова повернула голову и увидела метрах в пятидесяти за стеклом хищный черный корпус патрульного миротворческого «аэросмита». Рядом с ним выстроились в линию еще три таких же машины. Она кивнула и предложила:

— Идем дальше?

— Постой, — охладил ее пыл учитель. — Пока мы в безопасности, давай-ка лучше пораскинем мозгами. Как по-твоему: что здесь произошло?

— Повстанцы чего-то не поделили и перестреляли друг друга.

— Очень смешно, — фыркнул японец. — Теперь обрати внимание на характер ранений. Большинство действительно погибли от пуль и лазерного огня, но примерно треть убиты голыми руками. Взгляни на их форму — она целая, чистая и лишь местами испачкана в крови, да и то чужой,

У Дэнис словно пелена с глаз свалилась. Наставник прав: здесь поработали профессионалы.

— Седон? — вопросительно взглянула она на Роберта.

— Не думаю, — покачал головой японец. — Во всяком случае, не в одиночку. Я видел его всего один раз, когда нас пленили в резиденции Чандлера, и уверен, что он и не на такое способен, но с этими парнями разбирались сразу несколько хорошо натренированных бойцов. Трое или четверо, судя по...

Свет в холле мигнул и погас.

— Четверо, — прошептала Дэнис. — Слева, у южного входа. Я ощущаю тепловое излучение их тел.

— Уильям, вы умеете обращаться с «эскалибуром», — нормальным голосом спросил Роберт, повернувшись к Двану.

— Умею, — проговорил Защитник.

Сунув ему в руки карабин, японец бесшумно, как змея, метнулся влево. Спустя несколько секунд вернулся и сообщил:

— Киборги. Мои юные соотечественники. Похоже, им поручили произвести зачистку холла и его окрестностей, чтобы обеспечить Седону безопасный отход. Они мало чем отличаются от элитных гвардейцев по части слуха, зрения и быстроты реакции, хотя несколько более уязвимы.

— Пойду подгоню поближе один из «аэросмитов», — сказала Дэнис.

— Ступай, моя девочка, — кивнул Роберт. — А я задержусь тут еще на минутку.

Не сказав больше ни слова, он растворился в тени, а Дэнис в сопровождении Двана бегом устремилась к парадному.

Снаружи донесся рокочущий звук, напоминающий отдаленный раскат грома.

Мистер Ободи неподвижно стоял в углу зала, медленно и размеренно дыша. Пульс его не превышал тридцати ударов в минуту; бледное, застывшее лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Скрестив руки на груди, он пристально смотрел на Лана Сьеррана.

Все находившиеся в помещении штаба, исключая самого Ободи, целились в него из разнокалиберного оружия. Какого именно, Лан понятия не имел, потому что видел перед собой только ненавистного врага, которого следовало уничтожить любой ценой.