Майкл Когг - StarCraft: сборник рассказов
Зилоты ринулись в битву без промедления, с мрачной решимостью бойцов, чей враг превосходит их числом. Зилот не прячется в тенях, не бьет из ниоткуда, как неразимы. Зилот идет в атаку первым и первым же проливает кровь. Так было в бесчисленных боях на бесчисленных планетах. Не стали исключением и зилоты из вспомогательного отряда Тередала — они с клинками наготове набросились на зергов, сокрушая их с безмолвной яростью. Повсюду лилась черная кровь и падали отрубленные конечности. Атака зилотов остановила врага; они яростно сражались с противниками и чуть было не обратили исход битвы в свою пользу. Чуть было.
Но из чрева надзирателя выплеснулась вторая волна зергов, орошая землю брызгами желчи. Их было не удержать: твари цеплялись когтями, пробивались, ползли прямо по мертвым сородичам и погребали, подминали под себя зилотов. Все зилоты пали — каждый под кучей искореженных трупов зергов.
Все, кроме Тередала. Из шести зилотов, высадившихся на планету, он был последним, кто остался в живых. Это был отряд опытных бойцов, выбранных советом; у каждого из них был богатый опыт сражения с зергами. Они должны были обеспечивать поддержку при поиске укреплений зергов в белесых оврагах Саалок — по два зилота на каждую пару тамплиера и сталкера. Их десант должен был скрытно проникнуть на территорию противника, чтобы отметить основные позиции для последующих ударов. Камни искривления были сняты с брони, а это значит, что смерть не выпустит из своей хватки. Кровопролития никто не ждал.
Тередал покачал головой.
Его и не было бы, если бы мы прилетели на замаскированном корабле. Но зачем прятать корабли от врага, не способного мыслить? Животные не могут отследить высадку с орбиты, не видят разницы между звездой и челноком…
Задание провалилось. Теперь Тередал противостоял полчищам гидралисков и зерглингов вместе с двумя — нет, только с одним выжившим тамплиером, Кеданой. Враги окружили ее, и она отражала натиск множества когтей, стремительно парируя удары клинками; повсюду сверкал псионический огонь и лилась кровь. Тередалу стало ясно, что ее силы уже на исходе, и он выпрыгнул из-за тела Кереносса, пытаясь отвлечь врагов от слабеющей воительницы.
Его уловка сработала — трое гидралисков обернулись, чтобы напасть на него. За ними с голодными воплями последовала пара зерглингов.
Тередал услышал свист шипов гидралисков и повернулся на пятках, уклоняясь от последовавшего залпа. Из разворота он, не теряя скорости, сразу перешел в контратаку, встречая опускающиеся когти зерглинга псионическим огнем клинка и с неумолимой точностью рассекая их.
Ведомый яростью и не чувствующий боли, зерглинг прыгнул вперед сквозь брызги собственной крови, стремясь сожрать и убить врага. Его реакция была инстинктивной — такой, какую Тередал и научился вызывать. Долгие годы битв с этими чудовищами буквально вбили в память его тела связку парирования и ответного удара. С привычной грацией он пригнулся и дал чудовищу пронестись по дуге дальше, прямо по его выставленному вверх клинку. На бледную лунную пыль за зилотом рухнули две извивающиеся половинки зерглинга.
В мозгу Тередала эхом отдавались крики смерти, ткань сознания колебалась и трещала от мрачных песен его товарищей-зилотов. Кхала объединяла протоссов в мыслях и страстях, и смерти воинов отряда отзывались в Тередале холодным, пронзительным горем.
— Пригнись пониже, — телепатически передал он Кедане. — Пригнись и не стой на месте.
— У них клыки повсюду — и сверху, и снизу, — ответила Кедана, и ее мысленный голос дрожал от напряжения. — И их слишком мно…
Ее ответ прервался на полуслове, и Тередал, обернувшись, увидел, как она падает под натиском трех зерглингов. В воздухе просвистели шипы, и Тередал, нырнув вперед, поднял перед собой наручи. Он почувствовал сильный удар в броню и услышал стон разорванного металла, упав на землю. Перекатившись и встав на ноги, Тередал увидел, как на расстояние выстрела подходят два гидралиска. Один из них отряхнул с головы пыль, и вокруг его шипастого панциря медленно поплыло мутное облачко.
Тередал знал: еще один обстрел ему не выдержать, а пустота в Кхале означает, что против зергов остался только он один. Крутясь в такт с кружащимися чудовищами, он бросил быстрый взгляд вниз и увидел, что его правый наруч сломан. Теперь работает только один пси-клинок. Заряд щита был потрачен полностью. Идущий впереди гидралиск зашипел и выгнулся назад, убирая щитки с выталкивателей шипов. С его плеч опять посыпалась пыль.
Пыль! Эти зерги только что вылезли из норы.
Внезапная догадка подтолкнула Тередала вперед. Он пробежал три шага и прыгнул по направлению к гидралиску, свернувшись в клубок. В тот же момент под ним просвистели выпущенные иглы. Зверь, удивленный поступком Тередала, пригнулся и ускользнул вбок. Тередал приземлился и, вместо того чтобы повернуться и биться с гидралиском, убрал клинок и нырнул в темную дыру за ним. В его нору. В единственное место, где он мог укрыться от перекрестного огня и принудить противника к ближнему бою. Сражение лицом к лицу… в этом зилоты были искуснее и опаснее прочих.
Тередал пригнулся, попав во мглу. Тоннель был кем-то занят — обернувшись, он услышал, как там сразу же прекратили копать. Эти шорохи были Тередалу знакомы, их издавал таракан, воин из авангарда армии зергов. Тередал зажег единственный работающий пси-клинок, осветив тьму языками голубого пламени. На расстоянии вытянутой руки от него находился таракан. Холодные, пустые глаза. Зубастая утроба. Зазубренные челюсти, распахнутые в звериной ярости. Таракан загородил собой весь проход, занес толстые когти для удара. Его шипение перешло в рев, от которого посыпались камешки со сводов тоннеля.
Тередал вогнал ему свой клинок в средний глаз, уклоняясь вбок от когтей, забившихся по полу тоннеля в предсмертной агонии. Рев перешел в бульканье, таракан содрогнулся и затих.
За Тередалом раздались новые звуки — это гидралиск с негромким шелестом заползал обратно в нору, из которой вылез. Его голова и плечи уже опустились под землю. Тередал обернулся и свободной рукой схватил гидралиска за нагрудный гребень, стаскивая его еще ниже, чтобы ударить головой о каменную стену тоннеля. Он вынул клинок из таракана и воткнул его в шею гидралиска, пригвоздив того к полу. Тяжелое змееподобное тело задергалось в конвульсиях, ударяясь о каменные стены и поднимая облака пыли. Тередал повернул клинок, отделяя голову от тела. Гидралиск забился с удвоенной силой, из-за чего с потолка посыпались камни и песок, и зилот отпрыгнул назад. Вход в нору был завален. Тередал погасил свой клинок, и мгла сомкнулась вокруг него.