Валентин Горблюк - Хроники московского провала [СИ]

Перед самым домом Алексей Васильевич -Фовас остановился как вкопанный. Он увидел возле спортивного магазинчика оживление. Напротив витрины стояли два Цербера, Лена-Финера и Вячеслав Иванович-Борл. Идти дальше было опасно. Он прижался к стене и стал наблюдать за происходящим. Один из стражей что-то говорил девушке, жестикулируя своей лапищей. Та резко отвечала, затем повернулась и зашла в магазин. Другой Цербер пальцем ухватил Борла за воротник костюма и подтянул к себе. Положил ему руку на светящуюся лысину и стал ее поглаживать, при этом что-то говорил своему коллеге. Они вместе смеялись, словно лаяли. Спустя минут десять Лена-Финера вышла. В руке был пакет, которым ее одарил жених. Цербер одной рукой подхватил девушку за талию и усадил ее на свое огромное плечо. Другое чудовище отпустило испуганного Вячеслава Ивановича и внезапно указательным пальцем залезло девушке в декольте сарафана. Урод потянул Лену на себя. Она ухватилась двумя руками за ухо Цербера и сарафан лопнул, обнажив красивые белые груди. Девушка едва не упала с трехметровой высоты. Ее жених изо всех сил влепил затрещину своему коллеге. Верзила отлетел и с размаху ударился спиной о стену здания, да так, что вывеска слетела на землю и разлетелась вдребезги. Он подскочил к обидчику и зарычал на него словно лев, но тронуть не посмел. Все же начальник, да и покрупнее в размерах будет. Тот громко закричал: 'стоять скотина', и ударил его еще раз. Обиженный Цербер сразу сник и отошел в сторону. Затем повернулся и увидел растерявшегося Борла. Схватил его за плечо и, зычно крикнув 'чего вылупился мразь!', зашвырнул мужчину в дверь магазина. Внутри послышался звон падающего металла. Алексей Васильевич невольно зажмурился. Ему стало так страшно, что хотелось бежать, куда глаза глядят.

Когда он опять выглянул из-за угла, на улице уже никого не было. Стояла тишина. В окнах верхних этажей мелькали тени любопытных горожан, которые с интересом наблюдали за инцидентом.

Алексей Васильевич-Фовас, словно мышь, быстро перебежал улицу и юркнул в магазин. Роман-Элум шел к служебному входу, неся на плече пострадавшего Борла. Галамас своими детскими ручонками пытался поднять рассыпанные по залу металлические тренажеры.

– Сынок, что случилось?

– Пришли Церберы и забрали Финеру, ответил мальчик и заплакал.

Хозяин магазина попросил Алексея Васильевича закрыть входную дверь.

Задвижка со скрипом проскользнула в ушко на косяке. Больше в торговый зал никто не войдет. Из короткого рассказа Роман-Элума стало ясно, что жених Герундис все-таки нашел место обитания своей невесты и забрал ее в свой городок Церберию, как он сказал, для надежности. А ему пригрозил скорой расправой, если девушка окажется не девственницей. Этот урод приревновал меня к Лене.

План немедленного бегства в Самару был на грани провала. Что делать дальше они не знали и находились в полном замешательстве. Нужно было что-то предпринять для спасения девушки. Через сутки будет поздно. Лена-Финера превратится в чудовищную, увешанную целлюлитом лягушку. И ей будет все по барабану, кроме звериного секса. Этого нельзя было допустить, так как несчастная могла в худшем варианте просто наложить на себя руки.

На кровати застонал Вячеслав Иванович-Борл. Супруг Казаков подошел к нему.

– Как Вы себя чувствуете? Я все видел. Это было ужасно и унизительно.

– Ничего, ответил слабым голосом пострадавший, только бок очень болит.

Роман-Элум аккуратно приподнял у него рубашку. Там красовался огромный кровоподтек. Похоже на перелом ребра. Вячеслав Иванович-Борл осторожно поднялся с кровати и, не спеша, прошелся по комнате. Ушиб не мешал ходьбе, пострадавший даже не хромал.

– Скажите, вы сможете пройти километра три? – спросил его Роман-Элум.

– Думаю, что да.

– У вас сейчас действует иммунитет от Церберов. И вы можете ходить по спящему городу. Нам нужен совет моих друзей ученых, только они смогут найти выход из создавшейся ситуации. Я дам адрес и вот эту штучку, с этими словами Роман-Элум достал из кармана черный брелок и протянул Борлу, это наш опознавательный знак. Когда найдете их заведение, нажмете на кнопочку брелка. Смотрите в оба, что бы не дай бог, рядом не оказался Цербер. Откроется входная дверь, и зайдете туда. Там вас встретят. Скажете, что пришли от меня и расскажете все, что здесь произошло. Мои друзья творят чудеса, и я надеюсь, что они нам помогут выпутаться из этой тупиковой ситуации. Но если все же вам худо, то давайте подождем до ночи. Я схожу сам.

– Нет, нет, активно возразил Вячеслав Иванович-Борл, я готов. Давайте сейчас же адрес ваших друзей.

По записке нужно было идти до Сухаревской площади. Как коренной москвич, Борл прекрасно знал Москву и понимал, что это не близкий путь.

Сквозь густые испарения сиял бледный диск солнца. Почему здесь такой густой туман каждый день и, не смотря на раннюю осень, температура была в одной поре, как и в июльские дни. На расстоянии пятидесяти метров очертания зданий растворялись в молочной пелене. Улицы были пустынны, ни одной живой души. Дважды он сталкивался с Церберами. Те внезапно вырастали из клочьев тумана. Направлялись к нему, но, увидев на мужчине металлическую специальную бирку и крашенную лысину, махали своей уродливой лапой и проходили мимо. Один раз, мимо промчался огромный черный фургон с белым крестом, чуть не сбив его. Впервые Вячеслав Иванович увидел наземный транспорт. Это санитары занимались своим грязным делом. Чистили город от больных и обеспечивали сырьем заводы по переработке биомассы.

Вот и улица Гиляровского, дом 1. Странно, что здесь названия улиц, площадей имели те же имена, что и там, откуда они пришли в этот чуждый мир. Неужели здесь когда-то жил и работал писатель-однофамилец? Очень много странного и необъяснимого. Постоянно возникало ощущение нереальности. Словно это нелогичный сон.

Перед ним три двери. Вячеслав Иванович-Борл посмотрел по сторонам. Было страшно. Однажды, будучи маленьким мальчиком, он забрался самовольно на чердак своего многоэтажного дома. Там было темно, и отовсюду слышались шорохи. Начитавшись книжек про привидения, живо представлял себе летающую белую простыню. Набрался храбрости и шагнул в глубь чердака подальше от входного люка. Дошел до середины. У самого основания крыши метнулось прочь какое-то животное. Кошка или голубь. Это детское чувство страха вернулось к нему сейчас. Убедившись, что рядом никого нет, нажал кнопочку на брелке. Отворилась средняя дверь, Борл быстро вошел в темный проем. Дверь сзади захлопнулась. Мужской силуэт приблизился к нему и Вячеслав Иванович, почувствовал цепкий захват своей руки в районе локтя. Глаза никак не могли привыкнуть к темноте после яркого уличного света. Только на потолке прыгал светлый зайчик, испускаемый его светящейся лысиной. Вопрос прозвучал резко и недружелюбно: 'Вы кто?'