Лидия Смирнова - МЕССИЯ-42
Ейхо, кентавр, верховный целитель. Вороной брюнет. Глава реабилитационного центра, изумительный хирург и большой специалист по вирусам. Наш госпиталь в мировом сообществе пользуется славой лучшего лечебного заведения. Чем только ни прельщают Ейхо, пытаясь заманить в частную клинику, но для целителя такого уровня любое ограничение смерти подобно. Поэтому он будет жить здесь всегда, и только смерть разлучит нас. Аминь… Единственная слабость, после медицины — женские особи любого вида.
Госпожа главный аналитик — Сарувилла, человек. Логическое мышление, доведенное до совершенства. Железная женщина, способная пожертвовать всем ради поддержания РавновеСИЯ. Ходят слухи, что нисхождение дочери на нижний ярус было просчитано ею заранее, но так как это был единственный способ заштопать прореху, она пошла на это не моргнув и глазом. Похоже на правду… У нее две страсти: внуки и старинные артефакты, но даже сейчас, когда рыжие вляпались в очередную проблему, эта баба выглядит спокойнее всех остальных и невозмутима как обычно.
И, наконец, тот, кто может удержать всю эту разномастную банду в подчинении, — Командор. Знаю его с самого детства: когда близнецы притащили меня на «сорок вторую», он в какой-то мере заменил мне отца, научив есть жареное мясо и определив в начальную школу. Справедливости ради надо отметить, что ремнем мне от него доставалось не меньше, чем его разлюбезным детишкам, чему я чрезвычайно рад, ибо лишь благодаря этому из меня что-то вышло. Беспристрастно описать его все равно не смогу, поэтому пытаться больше не буду. Единственное, что могу сказать, — мужик он суровый и непослушания не приемлет. Жаль рыжих… Попадет им на этот раз неслабо… Курит крепкие сигары. Увлечение — кулинария.
В кабинете Командора, просторном помещении с круглым столом посередине (намек на какую-то древнюю человеческую легенду), стоял дым коромыслом, высшие сановники по-простецки ругались и покрикивали друг на друга. Было накурено, по полу раскиданы бумажки, на огромном экране, закрывавшем сейчас одну стену, прокручивался сюжет, но на него никто не обращал внимания. Когда я ворвался в кабинет, все дружно замолчали и уставились на меня.
— Скажи-ка нам, юноша, — прошелестел Энлиль, — а не говорили ли тебе Яков с Викторией о своих планах на Трише? — От этого голоса у собеседника Энлиля по телу ползли мурашки и возникало желание покаяться в краже туалетной бумаги из общественного туалета двадцать лет назад, которую к тому же он и не совершал. Но я толстокожий туповатый гоблин, а потому, подскочив к столу, так ударил по нему кулаком, что он чуть не перевернулся.
— Как вы их отпустили без меня? Кто там за ними присматривает? Вы же знаете, что они ходячая катастрофа и постоянно вляпываются во всякое дерьмо! — Кажется, у меня пошел из ушей пар. Близнецы — моя семья, они ближе мне моих многочисленных родственников, оставшихся на Уруке, и сейчас проснувшийся во мне дух древних воителей требовал крови. Сказать, что я рисковал, это не сказать ничего: любой из присутствующих мог изменить мою жизнь легким щелчком пальцев, но поступить иначе я не мог. Чувство вины грозило перелиться через край, ведь они действительно пытались мне что-то рассказать, а Нике даже выпросила один из новых сканеров. Но вместо того чтобы поинтересоваться, что такое они затеяли, я так увлекся своей работой, что отмахнулся от них как от назойливых мух. Мне первому из гоблинского племени доверили отдельную лабораторию, и я горел желанием доказать всем, что мы способны делать не только гадости.
Ейхо подал мне стакан воды. Выпив, я слегка отдышался и попробовал рассуждать здраво. С момента их исчезновения прошло не более суток, так что уйти далеко от Феба, а именно этот город упоминал Яков как первоначальную точку своего путешествия, они не могли. Нужно срочно собирать манатки и лететь на выручку. Пробраться в пункт переброски не составит большого труда — раз это удалось им, получится и у меня. И не забыть захватить с собой карту, паек и…
Тут я остановился и зажал рот обеими руками. Сам того не замечая, я выбалтывал все это вслух. Слушали меня внимательно, но, судя по разочарованным лицам, ничего интересного я не сказал.
— Вы отпустите меня на Триш? — еле сдерживая ярость, прорычал я. Подмешивать в воду и пищу всякую гадость, влияющую на физическое состояние, я считаю верхом подлости. Это святое! — Или мне обойтись без вашего разрешения?
— Какая молодежь пошла нетерпеливая, — проворчал Глорн. — И никакого уважения к авторитетам. Ты, паренек, прямо сейчас заскочи к Ейхо, как раз есть повод протестировать одну новую разработку.
Кентавр кивнул.
— Препарат экспериментальный, — сказал он, — поэтому, будь добр, по возвращении представить отчет.
— И захвати с собой свой аппарат для сканирования магических потоков. Вроде это ты утверждал, что у любого разумного существа такие существуют? — улыбнулся Виланий. — Я думаю, никто не возражает против альтернативного исследования феномена? — с той же улыбкой обратился он к остальным.
— Уже около сотни агентов посланы на Триш. Целесообразно ли посылать еще одного, неподготовленного? К тому же всем известна репутация гоблинов на планетах Содружества. Его появление там могут воспринять неадекватно, — сочла своим долгом напомнить Эстер.
— На Трише гоблинов иногда принимают на службу странствующие воины в качестве оруженосцев. Я думаю, такая легенда для него сойдет, — сказала Сара. Выглядела она совершенно спокойной, но, судя по расширенным зрачкам, спокойствие давалось ей с трудом.
— И кто же будет этим странствующим? — спросил полушепотом Энлиль.
— Я, — сказал, поднимаясь, Командор.
— Я против, вам нельзя покидать корабль, предлагаю отправить Медведя одного, — запротестовала Сара. — Концентрация М-излучения, которую мы имеем в данный момент возле Капеллы, по всем законам должна получить резонансный отклик. Вероятность мощного прорыва — девяносто восемь процентов. В таких условиях Командор не может покинуть свой пост.
Нервы у тетки действительно были железные.
— Прошу учесть, что в случае возникновения экстраординарной ситуации со мной можно установить пси-контакт и у нас достаточно специалистов, способных выдернуть меня по точечному порталу. На время операции я снимаю с себя обязанности Командора в связи с невозможностью действовать беспристрастно. — Ричард умеет быть настойчивым, когда хочет, и никто из присутствующих спорить с ним не рискнул. Сара неодобрительно поджала губы и отвернулась, демонстрируя свое несогласие. Командор продолжал:
— Признаю свою косвенную вину за происшедшее, но прошу учесть, что предвидеть такое развитие событий было невозможно в принципе. Вместо себя предлагаю Вилания. Кто за его кандидатуру, прошу голосовать. — Пошушукавшись, присутствовавшие стали поднимать руки. — Вот и хорошо. — Командор со вздохом повернулся ко мне. — Давай, сынок, подбери челюсть и бегом. На сборы даю два часа.